Обречённые (ЛП), стр. 30

Глубокий смешок был единственным ответом, когда он забрал у меня флягу и снова повесил её мне на талию.

— Тебе не кажется, певчая птичка. Сад действительно существует.

— Как? — спросила я, позволяя ему взять меня в руку, погружённая в моё увлечённое очарование оазисом. Мозоли его пальцев царапали мою чувствительную кожу, затрагивая каждый нерв и воспламеняя меня от его прикосновений. Я сопротивлялась искушению отстраниться, не желая, чтобы он понял, как меня беспокоит его близость. Было бессмысленно так поддаваться влиянию такой простой вещи.

Я была Красной ведьмой, и всё же иногда мне казалось, что это я попала под его чары. Мы приблизились к убежищу, увязая в глубоком песке. Спотыкалась, спеша к убежищу, словно мотылёк на пламя. Вельзевул, казалось, решил, что ему надоело ждать, пока проберусь сквозь глубокий песок. Он двигался так быстро, что даже не заметила, как он сбил меня с ног, пока я не повисла. Его грудь прижималась к моему лицу, его енохианские руны светились, а я смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он почтительно держал меня за бицепс, одной рукой поддерживая поясницу, а другой обхватывая колени.

— Ты действительно ненавидишь жару, — заметил он, едва взглянув на меня сверху вниз, без труда пробираясь по песку.

— У нас в Хрустальной Лощине не бывает слишком жарких дней, — сказала, глядя на убежище, когда он приближался. Когда он оказался всего в нескольких шагах, я молча похлопал его по груди, довольная тем, что выполнил безмолвный приказ и поставил меня на ноги. Я сделала несколько шагов к убежищу, блаженно вздохнув, когда мои обутые в ботинки ноги коснулись отчётливо выраженной рыхлости травы. Было что-то прекрасное в мягкости подо мной, в том, как зелёные стебли не сместились в сторону и не сбили меня с ног. Сделала несколько шагов к бассейну, решив искупаться в прохладной, расслабляющей воде, пока Вельзевул мягко не схватил меня за предплечье, молча покачал головой и повёл меня к деревьям.

Он огляделся, словно изучая окружающую нас пустыню, прежде чем подойти к одному конкретному дереву.

— Вода — ловушка, призванная заманить тебя сюда. Это не мираж, она действительно существует, но есть существа, которые называют её своим домом и очень, очень жаждут плоти. Нечасто живое существо каким-то образом попадает в Ад, поэтому ему приходится выживать, питаясь чистой энергией. Съесть тебя было бы декадентством, как съесть шоколадный торт после всей жизни, питаясь только капустой, — объяснил он, ухмыляясь, когда скривилась, глядя на него. Я не была уверена, что мне нравится эта аналогия, и даже не могла понять, почему.

Возможно, дело было в отвратительной сути разговоров о том, чтобы съесть меня.

— Тогда зачем вообще привёл меня сюда? — спросила я, скрестив руки на животе.

— Это вход во Второй Круг, — сказал, ухмыляясь, изучая меня. Он оторвал одну мою руку от живота, накрыл тыльную сторону моей ладони своей и просунул пальцы между моими. Едва слова слетели с его губ, как я ощутила отчётливую близость вожделения, магии, зовущей к тому, что текло по моим венам.

— Так скоро? — спросила я дрожащим голосом. Это заявление прозвучало почти смешно, ведь всего несколько мгновений назад отдала бы всё, чтобы спастись от этой жары. Но близость того самого круга, который пугал меня больше всего, смыла всё облегчение, которое когда-то испытывала.

— Посмотри на меня, — успокаивающе сказал Вельзевул, протягивая руку и беря меня за подбородок. Он поднял на меня взгляд, и, казалось, был так же шокирован этим нежным прикосновением, как и я, словно желание утешить меня было для него таким же странным, как и для меня.

Он ненавидел меня, напомнила себе. Ненавидел таких, как я, и это чувство было взаимным.

Так почему же напряжение покинуло меня, плечи опустились, перейдя в шею, когда я посмотрела в его покрасневшие глаза, напоминавшие мне о доме?

— Не могу этого сделать, — прошептала я, презирая уязвимость, которую открыли эти слова. Была готова расплакаться, когда его лицо смягчилось от удивления к сочувствию. Подумала, что он не способен на такое, с его эмоциями, такими далекими по сравнению с теми, что открыто носила на рукаве.

— Нет, можешь. Ты выжила, и ты сильнее, чем сама себе представляешь, — сказал он, делая полшага ко мне. Наклонился надо мной, его грудь была всего в одном дыхании от моей. Я замерла, застыв в этом мгновении, пока его губы едва заметно приоткрылись.

Он опустил голову, сильнее согнувшись, прижавшись лбом к моему. Я резко вдохнула, его аромат наполнил лёгкие, когда отступила назад и снова увеличила дистанцию между нами ради нас обоих.

Он прочистил горло, покачав головой, словно пытаясь стряхнуть мои чары.

— Когда мы прибудем в Похоть, я сделаю всё возможное, чтобы убедить Асмодея пропустить тебя. У меня есть план. Просто доверься мне и следуй моему примеру, — сказал он, коснувшись моей руки.

Медленное скольжение его мизинца по моим собственным, возбуждённым плотским образам, промелькнувшим в голове, отчётливое ощущение прижимающихся ко мне тел, захлестнувшее всё моё тело. Я знала, что это близость входа во Второй Круг играет с моим телом, и осознание того, что мы скоро пройдём через него, пугало.

Самоконтроль и без того был непрост. Что же будет, когда мы войдем?

Я снова взглянула на бассейн и могла поклясться, что видела отчётливые призраки тел, извивающихся в садах вокруг нас. Покачала головой, прогоняя эти образы из головы.

— Как нам перейти в Похоть? — спросила я, ровнее голосом.

— Сорви яблоко, певчая птичка, — сказал он, указывая вверх. Я проследила взглядом и увидела яблоки, висящие на ветвях прямо над моей головой. Сама бы до них не дотянулась, поэтому поискала те, что висели достаточно низко.

Я их не нашла, но замерла, когда на меня уставилось одно-единственное жёлтое яблоко. Оно почти мерцало, словно золото, его цвет был таким захватывающим и металлическим, когда оно сверкало в угасающем свете, что мои слова вырвались бездумно.

— Вот это, — сказала, внимательно изучая его.

Вельзевул быстро наклонился, чтобы обхватить меня за бёдра. Он поднял меня, обхватив руками чуть выше колен, прижимая мои ноги друг к другу. На мгновение оценила его, понимая, что он действовал так, как мне было бы удобнее — менее интимно. Я потянулась за яблоком, но замерла, когда он перехватил меня, поддерживая одной рукой, чтобы взять мою ладонь в свою.

Мы, как один, обхватили яблоко пальцами и потянули, с хрустом оторвав его от ветки.

И мы погрузились в водоворот красного и чёрного, закружились и завертелись в нём, словно подвешенные во тьме.

МАРГО

Сады по ту сторону портала раскрылись. Яблоня, похожая на ту, что росла в пустынном святилище, раскинулась, образуя проход, когда нас выбросило через пролом. Слабое мерцание волшебных огоньков замерцало, когда Вельзевул заключил меня в свои объятия, когда я, споткнувшись, потеряла равновесие и повалилась вперёд. Он поддержал меня, прижавшись широкой грудью к моей спине, а его массивные крылья обвились вокруг меня, окутав меня сетью безопасности, пока медленно останавливал нас. Он держал меня в подвешенном состоянии, мои пальцы ног висели меньше чем в футе от земли, пока он не опустил меня вниз, широко расправив крылья, чтобы я впервые беспрепятственно взглянула на Второй Круг.

Сглотнула, взглянув на лестницу, которая поднималась из сада, куда мы только что вышли. Она вела на огромный балкон с видом на скалу, перила которого были украшены резьбой из красного дерева. На балконе осталось несколько человек, их внимание перешло на нас, когда дерево позади нас сместилось, закрыв путь обратно в Лимб, отрезав мне путь к спасению, в то время как стресс всё возрастал. Я знала это место, чувствовала его зов в глубине души.