Вечные Пески. Том 7 (СИ), стр. 10

Спустя гонг, хмурым пасмурным утром, мы выехали из города через брошенные ворота. Их створки ночью демоны так и не снесли, но всех защитников вырезали. Несколько песчаных людей даже укрылись в помещении с воротом, который опускал решётку. Пришлось подниматься и зачищать.

Нас так никто и не остановил, не окликнул. И вообще я не был уверен, что рядом со стеной оставались живые люди или хотя бы одержимые. Вот песчаные демоны в домах отчётливо ощущались…

Тихап и Тавр, ехавшие на переханах, гнали стадо в пять десятков голов. Я, Ситранис и Денос рулили каждый составом из нескольких телег, который тащили сразу три гнура, по ширине не умещавшиеся на дороге.

В телеги мы успели дополнительно покидать зерно, сушёные овощи и сено, найденное в стойлах. Забрали столько, сколько вообще могли погрузить. Но, конечно, куда меньше, чем хотелось бы. Спутников у меня было мало, а песчаные воины, которых я развеял, грузить не умели.

Впереди ехали Ашкур и Алана, проверяя шёпотом землю на пути. Шансов, что после первого же штурма попадутся демоны орды, зарывшиеся в землю, были невелики. Однако я предпочитал перестраховаться.

А позади нас умирало Святилище, пуская в небо чёрные струи дыма. И туда нам ещё предстояло в ближайшее время вернуться.

Однако прежде я хотел провести одну спокойную ночь со своим войском.

Глава 151

К лагерю мы подъехали, когда солнце уже стояло высоко. Правда, мир вокруг всё равно выглядел неприветливым и серым. Тучи, пришедшие утром с озера, ещё клубились в небе. Далёкие раскаты грома в горах напоминали о прошедшей грозе. А стекающие с гор ручьи подсказывали, что не вся влага в тучах закончилась.

Перевалить Рудный хребет грозовой фронт не мог. Вот и проливался на южных склонах, освобождаясь от тяжёлой влаги. А уж затем влага возвращалась обратно в озеро. Ну или оседала снежными шапками на горных вершинах.

Впереди показалась громада старой гостиницы. Вокруг раскинулись шатры моего войска. Я сразу же, с расстояния в полёт стрелы, начал оценивать обстановку. Это была привычка, въевшаяся за годы. Первым делом подмечать любые детали. Да и волновался я за своих людей.

Следов боя не наблюдалось. Земля вокруг лагеря хоть и была изрыта следами ног и копыт, но я не увидел ни опрокинутых телег, ни сломанных копий, ни пятен крови. Да и дозорные стояли спокойно, не выказывая признаков тревоги.

И, главное, я не увидел ни одного погребального костра, ни одной кучи пепла, в которой могли бы лежать останки павших. Лагерь пережил ночь без потерь. Защитный купол, выставленный Фертом, сделал своё дело, и демоны орды всё-таки прошли мимо, не учуяв целое войско.

Дозорные нас, конечно же, заметили. И, само собой, узнали. Вскоре у ворот лагеря собралась небольшая толпа: командиры, бойцы, беженцы из Серебряного Ключа. Все они смотрели на нашу процессию с плохо скрываемым облегчением. Да и удивление во взглядах присутствовало. Ещё бы: мы уехали ввосьмером, а вернулись с караваном из телег, гружённых провизией и ящиками, а ещё с целым стадом переханов и гнуров.

Жаль, не все, кто уехал, вернулись. Отсутствие Элии, должно быть, заметили сразу. Кто-то из женщин испуганно заахал, прикрывая рот ладонью. Я стиснул челюсти, вновь переживая острый приступ боли. Не хватило мне крови в Священном Храме, ой, не хватило…

Истор подошёл, стоило мне занести ногу, чтобы спешиться. И, едва дождавшись, когда я передам поводья подоспевшему бойцу, доложил:

— У нас спокойно было. Демоны орды прошли совсем рядом. Буквально в шаге от границы купола. Ферт к рассвету вымотался до предела. Поэтому ещё крепко спит.

— Заметили что-то странное? — спросил я.

— Дозорные поднимались на крышу гостиницы, откуда город видно. И вот им показалось, что нападение шло с двух сторон… — признался Истор.

— Спасибо. Надо будет проверить следующей ночью, — кивнул я.

После чего обвёл взглядом собравшихся. Нужно было сказать то, что они ждали. Легенду мы с Ситранисом, Аланой, Ашкуром, Тавром, Тихапом и Деносом выдумали ещё по пути, пока гнали стадо и телеги через опустевшие предместья. Легенду, которая объясняла бы всё произошедшее. И нашу «добычу», и, главное, смерть Элии.

Не люблю врать. Однако это был не тот случай, когда стоит делиться правдой. Такая правда посеяла бы в лагере страх, смущение и, возможно, даже смятение.

Если мои люди узнают, что Верховная Жрица Священного Храма оказалась одержимой… Что это она призывала сюда истинных демонов… Что мы собственными руками убили её и всех её последовательниц… Это могло обернуться непредсказуемыми последствиями.

Наверняка были бы и те, кто осудил меня. Нашлись бы и те, кто засомневался в наших нынешних целях. А сомнения в нашем положении — роскошь непозволительная.

Поэтому я рассказал то, что мы по пути договорились считать правдой. Мы прибыли в Священный Храм, были приняты Верховной Жрицей и обсудили с ней условия доступа к архивам. Переговоры шли непросто, но в итоге удалось достичь предварительных договорённостей. Мы остались на ночь в гостевых покоях, чтобы утром продолжить переговоры.

А ночью пришла орда демонов. Твари прорвались в город, начался штурм. В суматохе и хаосе Священный Храм подвергся атаке с нескольких сторон. Верховная Жрица, её помощницы и почти все, кто находился внутри, погибли. Нам удалось вырваться, забрав то, что могли унести, и собрав по пути скот, но… Не всем повезло. Элия, наша лучница, пала в бою в Священном Храме.

Я говорил коротко, сжато и не слишком охотно. Подробности я готов был рассказать только командирам, и то чуть позже. А уж они сами донесут рассказ до подчинённых.

— Ты в порядке? — когда я закончил, спросил Истор.

— Вполне, — ответил я хмуро.

— Если ты хочешь… Ну, скажем, напиться… Или запереться в своей комнате… — сочувственно глядя на меня, проговорил мой заместитель.

— Зачем мне это хотеть? — спросил я, не понимая.

— Ну… Ты и Элия… — проговорил Истор, внезапно смутившись. — Вы, конечно, скрывались…

— А-а-а… Ясно, — кивнул я, поглядев в сторону. — Многие знали?

— Ну… В общем-то, все знали, — пожал плечами мой зам. — Это же лагерь, тут особо ничего не скрыть…

Я бы соврал, если бы сказал, что меня не тронули его слова. Ну и да, я предполагал, что многие знают, но не думал, что многие — это все.

— Напиться и забыться? — вопросом на вопрос ответил я. — Хочу, конечно. Но мне, знаешь ли, нельзя.

Истор кивнул, хотя вряд ли понял, о чём я. А я всё о том же… О том, что, раз спившись, сделаешь это снова. Стоит повторить, и больше ты себе не хозяин. Это плата за несдержанность. А подставлять своих людей длительным запоем… Это никуда не годится. Да и боль не снимает, если честно. Разве что притупляет на время.

— Собери всех старших на совещание, — попросил я Истора. — Надо решить, как быть дальше. Пока надо всех, кто со мной был, накормить и дать поспать. Я бы тоже слегка вздремнул.

Конечно, божественные сновидения дают заряд бодрости. Но мне ещё купол над лагерем будущей ночью держать. Во-первых, надо дать Ферту отдохнуть. А, во-вторых, надо бы самому посмотреть с крыши гостиницы, что там в Святилище происходит.

Вечером того же дня я, шептуны и командиры собрались в самой большой комнате гостиницы. Когда-то здесь, видимо, была общая трапезная: длинный стол, грубо сколоченные лавки и большой очаг в углу.

Сейчас стол был застелен картой Приозёрья. Не слишком точной, наспех нарисованной углём на куске выделанной кожи, но достаточной, чтобы понять расклад. Вокруг стола расположились командиры и сотники, а также все имевшиеся у нас шептуны.

— Задерживать надолго я никого не хочу. Перейдём сразу к делу. Ситуация такова, — начал я без долгих предисловий. — В Святилище после этой ночи живых осталось мало. Те, кто ещё держится, обороняют восточную часть города под командованием Основателя. Да и там, если честно, неизвестно, кого больше: людей или одержимых. Но и это всё ненадолго, как вы понимаете. Орда вернётся с закатом, и тогда город падёт окончательно. Вопрос не в том, выстоит ли Святилище. Оно уже, считайте, пало. И послезавтра там практически не останется людей.