Путь Строителя 10 (СИ), стр. 48

[Существенный вклад в успешную оборону поселения]

А, ну вот, точно, правильно подумалось, кивнул своим мыслям и продолжил пялиться на гору.

Так вот, обострившееся чувство Основы не отпускает, и привыкнуть к нему с ходу не получается. Раньше, чтобы найти узел в материале, приходилось специально пропустить Основу по изделию и на короткое мгновение увидеть очертания узловых структур.

Сейчас я положил руку на бревно частокола и без всякого усилия увидел крохотный узелок, к которому тянутся тонкие нити через всю толщу дерева, и восприятие зацепило его само, стоило лишь коснуться поверхности.

А внутри груды камней за стеной узелков куда больше, и это видно даже без касания, даже невооруженным глазом. Тусклое неровное свечение исходит от основания горы и расползается по земле, и прежде я ничего подобного не замечал.

На стене к этому моменту почти никого не осталось, и раз уж система подтвердила, что все закончено, тратить время я не стал. Перелез через парапет на внешнюю сторону и спустился по еще теплым тушам, наваленным у стены в несколько слоев. Кто-то из зверей, похоже, еще дышал, потому что под ногой мелькнуло судорожное подрагивание, но разбираться с этим не хочется и не нужно.

Добрался до земли и дальше двинулся осторожнее, прощупывая почву перед каждым шагом, потому что вокруг наши же ловушки, и угодить в собственную лунку будет обидно до слез. А объяснять потом, как их же создатель провалился в яму не хочется вдвойне.

Вблизи все оказалось совсем другим, мерцание то и дело расходилось волнами по земле и камням, неприятно пощипывая пятки. Основа здесь агрессивная и нестабильная, и нечто похожее я уже видел, но в куда меньших масштабах, когда возился с мелкими сердечками глиняных големов. Здесь от обломков несет энергией так, что напор нарастает с каждым шагом, и чем ближе к центру завала, тем ощутимее.

А ведь весь план строился на том, чтобы расколоть голема, но сохранить сердце, которое и так было повреждено. Если оно лопнуло, утечка разъест накопленный за века запас, камень потеряет большую часть ценности, и все мои планы на голема полетят медведоеду под хвост.

Руки сами потянулись к завалам, и я начал разгребать обломки, откидывая ценнейшие камни куда-то за спину без разбора. Каждый такой булыжник сам по себе стоит целое состояние, и любой адекватный строитель отдал бы за один кусок годовой заработок, но сейчас не до жадности.

Сердце важнее всего остального вместе взятого, и если оно целое, если удастся вытащить его до того, как утечка доест остатки, это перевернет расклад сил в нашу пользу так, что вся осада и все потери обернутся для деревни началом новой вехи развития! Ну ладно, может и не вехой, но как минимум руны в унитазе запитать явно хватит, а там может и еще на что-то останется.

Руки горели от Основы уже всерьез, каждый камень из глубины завала отзывался в ладонях злым покалыванием, и чем ниже я зарывался, тем горячее становились прикосновения. Терпеть можно, а вот останавливаться нельзя ни в коем случае, и это понимание сидит где-то глубже всяких доводов, так что спорить с ним я не собираюсь. Отбросил очередной булыжник, и в открывшейся расщелине сверкнул яркий свет, а значит направление верное и копать осталось не так уж много.

*Ш-ш-штак!*

Метрах в десяти-двадцати от меня в землю воткнулось здоровенное копье, и я невольно отскочил.

— Эй! — возмущенно крикнул в сторону деревни.

— Рей? — удивленно отозвался кто-то со стены. — Ты там что… дебил, что ли?

— В смысле? А что не так? Надо срочно раскопать!

— Нет, ну точно дебил… — протянул тот же голос. — Гундар, там Рей копошится!

— Рей? — не менее удивленно проговорил Гундар. — Рей, ты дебил?

— Дебилом был бы, если бы не пошел! Помогите лучше, чем обзываться, дело очень важное!

На стене послышалось недовольное ворчание, затем Гундар все же приказал бойцам выдвигаться, и ворчание стало многоголосным.

Хорошо хоть стрелять по мне не стали, и на том спасибо. А копье из баллисты, оно ведь изначально не для меня предназначалось, промахнулись на приличное расстояние, да еще и снаряд ушел вбок, наши расчеты настолько сильно не промахиваются. Стреляли, чтобы спугнуть живность, которая копошится в сотне метров от стен. Обидно, конечно, числиться живностью, но сверху оно наверняка так и выглядело.

Бойцы перебирались через парапет и спускались по наваленным тушам, и судя по доносившимся интонациям, маршрут им не понравился. Совсем скоро рядом объявились стражники с одинаково мрачными лицами, а вот Гундар к ним присоединяться не стал, у командира стражи сейчас других забот хватает, и каменная гора за стеной в его список явно не входит.

Деревня тем временем шумела все сильнее, там разбирали завалы и перекликались десятки голосов, а от лазарета то и дело долетали крики раненых. Даже показалось, что староста повысил на кого-то голос, но это не точно. Да, послышалось, наверное.

Зато Хорга слышно отчетливо, мастер кроет матом бригаду, тогда как бригада, судя по направлению матов, кроет кровлю. Не знаю, чего они там так спешно за крышу взялись, дождя вроде не намечается.

— Рей, ты дебил? — сразу уточнил первый подошедший, уставившись на то, как яростно я раскидываю камни. — Нельзя было хотя бы утра дождаться?

— Не знаю, — честно признался ему. — Но мне кажется, что сердцу этого голема плохо, так что надо как минимум посмотреть.

— Эх… Да сдалось нам это сердце, безопасность важнее, — вздохнул тот, но пристроился рядом и тоже принялся откидывать камни. — Ребят, чего стоите? Гундар сказал помочь полудурку… — он осекся и посмотрел на удивленного меня. — Это его слова, не мои, — стражник поднял руки в примирительном жесте, — я просто повторяю, не более того.

Дальше дело пошло бодрее, десяток рук разгребает завал куда быстрее двух. Свечение из расщелины набирало силу с каждым снятым слоем, и мужики на него косились без всякого восторга, но работу не бросали.

Вскоре под расколотыми глыбами и правда открылся гладкий круглый камень размером с баскетбольный мяч. Ну, это по моим меркам, местным про баскетбол лучше даже не заикаться. Снизу шар оказался чуть подрезан, будто кто-то провел лезвием и отчекрыжил процентов пять от общего объема.

И пусть срез вышел ровным, радости в этом мало, потому что от него по всему камню расходятся трещины. Именно срез и трещины сейчас и сверкают, неравномерными рывками выбрасывая наружу агрессивную Основу, а остальная поверхность остается темной и гладкой. Вопрос, может эти трещины ничего и не значат. Ну, големовы сердца и раньше не совсем однородными попадались, вполне вероятно, что это тоже не обязано быть гладким…

Впрочем, гадать можно хоть до утра, и все равно это будут лишь предположения, так что запустил анализ.

[Анализ предмета…]

[Анализ завершен]

[Объект: сердце великого гранитного голема]

[Целостность структуры: 31%]

[Состояние: через повреждения идет неконтролируемый выброс накопленной Основы. Потери нарастают]

[Внимание: структура нестабильна. Существует риск окончательного разрушения]

[Особые указания: для стабилизации необходимо удалить избыток Основы. После стабилизации возможно восстановление структуры]

Постоял немного, похлопал глазами на системные строчки, но текст от перечитывания не поменялся. Впрочем, удалить избыток Основы вполне себе дельный совет, осталось только выяснить, куда девать избытки из камня, который копил их веками и расставаться с накопленным явно не планировал.

В голове закрутились варианты, и оставалось их только перебирать. Вариант первый, опустить камень ближе к земле, а лучше закопать целиком, грунт утечку принимает охотно, вон как свечение по земле расползается, и под слоем почвы разрядка пойдет со всей поверхности разом.

Звучит здраво ровно до того момента, пока не вспомнишь, что вместе с избытком в землю уйдет и все остальное, и через пару недель я выкопаю обычный булыжник, каких в реке на любой вкус. Ну, или наоборот, уйдет недостаточно много и тогда всё равно получу булыжник. Сейчас-то оно лежит на благодатной почве, между камней которые с радостью принимают любые порции Основы, и этого ведь все равно не хватает.