Люди и Боги, стр. 17
Кайров сложно было увидеть – терялись в толпе мещан, пришедших, как и Мик, поглазеть. Все же нескольких он рассмотрел и ощутил уважение, но не интерес. Кайры были крутыми суровыми вояками, но не владели магией. Мик по лицам видел: нет, это тебе не колдуны, не жала криболы. Если ты умеешь колдовать, то не будешь ходить с такой мрачной миной.
А позже – уже после Натаниэля – в город пожаловал император. Мик очень хотел поглядеть на него, ибо был уверен: у владыки есть придворный колдун. Просто не может не быть! Имперский чародей представлялся Мику бородатым стариком с посохом, а на конце палки – красный камень, вроде рубина. Старик всегда держится подле владыки, но магию творит очень редко – только по особому приказу, чтобы казнить предателя или поразить толпу, или защитить владыку от другого, злого волшебства. Предателей и злых колдунов в Уэймаре не было, а вот толпы хватало, и Мик надеялся, очень надеялся увидеть тот самый момент, когда…
Ни в день прибытия, ни на следующий Мик не выбрался в город: мешала возня с Натаниэлем. Но воскресным утром он отпросился у мастера, взял Натаниэля и потащил в центр, на озерный базар.
– Вот увидишь: там будут столичники! Ходи и слушай, как говорят, и сам учись. А если повезет, мы и владыку увидим!
Натаниэль выглядел совершенно здоровым. Последние следы побоев исчезли, но вместо закономерной радости на лице темнела тревога.
– Послушай, Мик, я отчего-то волнуюсь… Нет ли способа выучить акцент как-нибудь иначе?
– Да ты не бойся! Я всему научу, никто тебя больше не побьет! Начнем с имени. Оно у тебя больно заковыристое, за одно это можешь получить. Так что будешь просто Натан, ага?
– Хорошо, пускай Натан.
– Дальше смотри. По центру дороги ездят лошади, по бокам ходят всякие важные. А такие, как мы, ходят не с краю, но и не посередке, чтоб и под лошадь не попасть, и под ногами не путаться. Ходить лучше быстро, но не бежать – не то подумают, что мы что-то украли. В глаза никому просто так не смотри, а если смотришь – то жалобно, как я. Всех называй «мастер» или «добрый господин», вообще всех, даже пьянчугу под забором. И голову держи вперед и вниз, бороду не задирай, а то решат – зазнался.
Натаниэль делал все наоборот. Шел медленно, временами вообще вставал на месте и пялился на что-нибудь дурацкое: ржавый флюгер, коновязь, башмак на башмачной мастерской, чистильщика сапог, старуху-гадалку, черного поросенка. Держал голову не вперед и не вниз, а гордо поднятой кверху, точно какой-нибудь дворянчик. Жалобный вид напускать не умел, а носил на лице такую удивленную мину, будто попал в Подземное царство. И самое глупое: он боялся коней. От звона подков вздрагивал и бледнел, а когда слишком близко проезжала телега – хватался за сердце.
– Что с тобой, парень? Ты в Дарквотере что, лошадей не видал?
– Ага… У нас все ездят на этих… саламандрах.
– На ком?!
– Большие ящеры-амфибии, на них можно ездить и по суше, и по воде. Удобнее, чем лошадь.
– Вот же!..
Ладно кони – скоро выяснилось, что Натан и вовсе не умеет ходить по улицам. Дважды пытался пролезть между купцом и его охранником – Мик вовремя ловил за руку. Раз вперся на чужой двор: «Ой, а я думал, это просто сквер…» Даже перейти улицу – и то была проблема! «Как – перескочить канаву?.. Что это вообще за канава? Она так смердит – ужас. Как вы терпите?..»
Мик очень внимательно поглядел на колдуна:
– Ты правда не знаешь, что в канаве?
– Фу-уу! Почему они текут прямо по улице?!
– А вы куда сливаете?
– У нас это… магическая канализация.
Мик рассмеялся:
– Ты ври, да знай меру! Не бывает магической канализации. Наверное, просто в болото выливаете. У вас же болота повсюду.
Кое-что в городе удивляло и Мика. Оказалось, Уэймар подготовился к приезду императора: улицы убрались и принарядились, дома украсились, как на Сошествие, извозчики вплели ленточки в гривы коням, всадники надели шлемы с плюмажами.
– Гляди, как нарядно! – показывал Мик.
– Где?
– Да всюду же!
– Прости, я что-то не замечаю.
– Ну, вот же: гирлянды, флажки, спиральки на окнах! Вон ленты в гриве, а вон, гляди, перья на шлеме!
– Ах, ты об этом… Какое-то убожество. Убрать бы это все.
– Что ты сказал?
– Говорю: мишура и безвкусица. У нас… в Дарквотере такого не любят.
Не будь Натан колдуном, Мик дал бы ему под зад. А так посопел обиженно пару минут, но потом забыл обиду и ринулся на помощь. Натан снова шарахнулся от повозки и наступил на ногу констеблю, а вместо извинений додумался заявить:
– Нужно упорядочить дорожное движение! Так и сообщите вашему начальству, констебль: кареты создают опасность для пешеходов!
Мик подскочил как раз вовремя, когда рука констебля уже легла на дубинку.
– Простите моего друга, мастер! Мы с ним служим в библиотеке, он совсем ослеп над книгами, вот и не видит, куда прет. Читает целыми ночами, простите дурачину!
Кое-как выпутались и почти без приключений добрались до рыночной площади. Здесь возникло препятствие. Как и ожидал Мик, многие столичники из свиты императора пришли на рынок. Чтобы создать им удобство и не допустить толпы, граф Шейланд ограничил вход на площадь. Стражники пропускали лишь хорошо одетых взрослых мещан, а беднякам и мелюзге прохода не было.
– Не беда, – сказал Мик, – идем другим путем.
Он порадовался, что может блеснуть своими знаниями, и повел Натана вокруг – по задворкам купеческих домов, между лавкой шляпника и трактиром Старой Греты, через кучу бочек в переулке за трактиром – прямиком в щель у собора Вивиан. Очень узкий лаз вдоль стены храма оставлен, видимо, затем, чтобы было куда стечь воде с крыши собора. Стража думала, что человек не пролезет в такую щелку, но тщедушный Мик и худосочный Натан легко юркнули в нее – и оказались на площади.
Мик даже ахнул от того, как тут было красиво. Все люди – в нарядных одеждах, кто в серебре, кто в красном, кто в черном. Все в шляпах, все с прислугой, кто со шпагой, кто с тростью. На всех прилавках – самый лучший товар: блестит, пестреет, лоснится. Даже упаковочные коробки – и те красочные! Мик годами попрошайничал на этой площади, и ни разу не видел ее такой нарядной. От восхищения встряхнул Натана:
– Ты только погляди!
И тут заметил, насколько колдун бледен.
– Что с тобой?
– Много людей…
– Где же много?! Обычно – вдвое больше!
– Мне дурно в толпе… Давай уйдем, а?
– Вот чудак – где ж тут толпа! Может, сотня-другая! И никуда мы не пойдем, пока не послушаешь столичников.
– Тревожно стало… Мне бы книгу…
Мик показал ему кулак:
– Вот тебе, а не книгу. Сначала дело, потом угощение. Давай, слушай!
Мик заметил пару столичных гвардейцев – они выделялись ослепительно красными мундирами. Один держался важнее и имел длиннющие усы – Мик решил: офицер. Второй был скромнее и отставал на полшага – помощник офицера, или как это называется? Мик и Натан пристроились за ними.
Офицер с помощником шествовали по рынку, но редко и нехотя смотрели на прилавки. Больше, чем товар, их занимала собственная беседа.
– …не по нутру. Шейланд проявляет заносчивость: ведет себя так, будто принимает нас в гостях.
– Но ведь это правда, сир Уильям: мы – гости на его земле. Боги его благословили.
– О, он все выжмет из этого Дара, не сомневайтесь! Выдоит его досуха, как старую корову!
– Сир Уильям, не гневите богов.
– Правдой?!
Гвардейцы говорили не по-здешнему. Столичный акцент был очень силен, и Мик радостно толкнул Натана в бок:
– Слушай и запоминай!
Натан забыл о тревоге и с предельным вниманием ловил каждое слово.
– Вы несправедливы к графу, сир Уильям: он аккуратно исполняет все традиции, предписанные в подобном случае.
– Соблюдение традиций, сир Клод, в данном случае граничит с оскорблением. Простой пример: видите собор? Вчера здесь была праздничная молитва, и граф подошел к алтарю раньше владыки.
– Но такова традиция: правитель благословенной земли…