Чужая невеста для босса (СИ), стр. 3

Он хочет успеха, денег и красивой жизни, но кто бы ему сказал, что у судьбы не просят блага или зарабатывают раболепством, а выгрызают. Услужливым мальчикам дорога в менеджеры среднего звена, и только наглые, решительные и готовые рисковать могут добраться до вершины.

— А я готов рискнуть, — заявляет Вова.

— Да ты что? — делаю глоток терпкого односолодового виски, и бармен за стойкой с сомнением смотрит на него, молча натирая стакан.

— Да, — Вова бросает беглый взгляд на игорные столы, за которыми сидят пьяные и азартные посетители.

Он каждый раз алчно наблюдает, как они проигрывают или выигрывают огромные для него деньги и, вероятно, думает, что будь он за столом в качестве игрока, то ему бы обязательно улыбнулась фортуна. Мало того, он считает, что может обыграть меня.

— Хорошо, — я разворачиваюсь к нему, — чем ты готов рискнуть?

В его глазах проскакивает искра восторга и предвкушения будущих побед, но тут же затухает. Ставки, которые, здесь приняты, ему не по зубам, но мне любопытно, насколько мой помощник может быть азартен.

— Давай сыграем, — я энергично соскакиваю с высокого стула, — на твою зарплату.

— Вы серьезно? — голос Вовы понижается до недоверчивого шепота.

— Вполне, — одергиваю полы пиджака. — И на премию. Согласен?

По глазам вижу, что он ждал этого предложения очень давно. Уверенно кивает, и я едва сдерживаюсь, чтобы не дать ему воспитательную затрещину со словами, что он самонадеянный тупица.

— Отдельный стол, — небрежно бросаю молчаливому администратору, и он кивает.

Через пять минут сидим в углу зала и симпатичная блондинка-крупье с большой и, вероятно, силиконовой грудью с улыбкой тасует колоду. Вова еще не получил карты, а побледнел и носком туфли дергает под столом, обтянутым зеленым сукном. Нет у меня цели лишить его зарплаты и премии, а есть желание проучить, чтобы у него больше мысли не возникало играть в азартные игры.

— Начнем с четверти твоего оклада. Сколько я тебе плачу?

— Сто тысяч рублей.

— Тогда двадцать пять тысяч.

— А фишки?

Я перевожу спокойный взгляд на нашу красавицу-крупье, которая понятливо кивает. Какой хедз-ап и без фишек? Вова, как мальчишка, которому разрешили, наконец, сыграть в игры для взрослых.

Не буду углубляться в подробности. Я лишил Вову шести зарплат и двух квартальных премий, и чем больше он проигрывает, тем сильнее распаляется, а потом и вовсе с рыком вскакивает, бежит к барной стойке и выпивает пару рюмок водки.

— Не игрок, — высокомерно хмыкает крупье и кокетливо улыбается мне.

— Я должен отыграться, — в ярости возвращается, снимает пиджак и нервно ослабляет галстук.

— Тебе пора домой, — я встаю. — Проспись.

В истеричном отчаянии снимает наручные часы, цена которым в лучшем случае десять тысяч рублей, и кидает их на стол.

— Я отыграюсь, — в ненависти смотрит в глаза.

— Ладно, — сажусь и вздыхаю, — твое упрямство даже забавляет.

Кое-кто из посетителей с жалостью, а кто-то с пониманием косит на него взгляды. В общем, Вова теряет и часы. Прячет лицо в ладони и нервно трясет коленями.

— Все? Мы закончили? — утомленно интересуюсь я. — Ты рискнул?

— Я ставлю свою невесту, — он поднимает на меня мрачный взгляд.

— Что, прости?

— Невесту. Я готов ею рискнуть, — в неконтролируемой злобе шипит и его колени под столом замирают.

Мой гогот, наверное, слышен и на улице. Более нелепого предложения в жизни не получал, но когда Вова протягивает смартфон с фотографией своей зазнобы, я замолкаю. Присутствующие обращают на нас любопытные взоры и вытягивают шеи.

Я знаю эту сучку. Эта же та целка, что сбежала от меня с рыданиями, когда я ей по самые шары засадил два года назад в Сочи. Я эту стерву потом по всем отелям искал, а она будто сквозь землю провалилась. Я решил, что перепил, и она мне привиделась в пьяной дремоте под летним ночным небом.

— И как зовут твою невесту?

Боже, какая прелесть. Посмотришь на эту скромницу со смущенной улыбкой и не подумаешь, что она отдала первому встречному невинность.

— Диана или Ди, — хрипит Вова. — Играем?

Я не совсем мудак, поэтому перевожу взгляд со смартфона на красное от гнева лицо Вовы и тихо спрашиваю:

— Обрадуется ли Ди твоему проигрышу?

— Я выиграю.

— Даю последний шанс встать и свалить нахрен, — глухо отзываюсь я и щурюсь.

Я иногда мыслями возвращался к тем грезам, что были явью. От воспоминаний о сладких стонах, хрупком теле в моих объятиях и мягких спазмах девственного лона на члене в брюках тесно.

Охранники у дверей с ожиданием смотрят на меня и готовы в любой момент вышвырнуть взвинченного до предела Вову, но он сделал свой выбор, и кто я такой, чтобы его отговаривать?

— Играем? — повторяет он вопрос, а телефон в его руке давно потух.

— Играем, — медленно киваю и мягко улыбаюсь, как безумцу в приступе. — И скажи, Вова, ты любишь ты невесту?

— Люблю, поэтому я тебя и уделаю, — сдавленно отзывается и откладывает смартфон. — Ди принесет мне удачу.

— Ты ошибаешься, — я снисходительно и по-дружески смеюсь, — фортуна вновь подыгрывает мне.

Глава 3.

Я не удивляюсь тому, что Вова назначил встречу в отеле. Быт убивает романтику, и я рада, что он решил сменить обстановку. Возможно, меня ждут лепестки розы на большой кровати, свечи и бутылка игристого сладкого вина? Было бы неплохо.

Покидаю такси вся воодушевленная, окрыленная и красивая, как и просил Вова. На крыльце отеля его не вижу и поэтому поднимаюсь по лестнице стеклянной двери, которую распахивает пожилой швейцар. Могли бы и автоматические двери поставить и не мучили бы старого человека, которому сейчас чаю ромашкового бы выпить и лечь спать пораньше.

В вестибюле с диванчиками, обитыми бархатом и замшей, Вовы не нахожу. Тревога нарастает, и я пишу короткое сообщение, что я на месте. Девушка за стойкой и крепкий широкоплечий охранник у высоких панорамных окон с ожиданием смотрят на меня, и злюсь, что Вова не соизволил меня встретить, ведь он знает, что я некомфортно чувствую себя в незнакомых местах.

— Диана? — звучит за спиной женский голос.

Я оглядываюсь, и мне улыбается красивая высокая девушка с идеальным и выверенным мейкапом и тугим пучком волос на голове. Пугаюсь, что мне писал не Вова, а его любовница, которая решила встретиться и рассказать мне правду, что мне уже несколько месяцев изменяют.

— Прошу, следуйте за мной, — она цокает по мрамору высокими каблуками.

— Простите, а вы кто?

Она разворачивается и с улыбкой указывает острым ноготком на бейджик, приколотый к белой блузке на груди.

Регина.

Ага, значит, кто-то из персонала отеля, но кто именно? Спросить стесняюсь, потому что не хочу быть навязчивой и въедливой врединой. Следую за Региной мимо стойки администратора, проплываем лифтовой холл, выходим на лестницу и спускаемся. Через несколько ступеней я обеспокоенно интересуюсь:

— А куда вы меня ведете? К Вове?

Регина кивает. А что делает Вова в подвале гостиницы? Отгоняю нарастающую тревогу, а она порывистым ветром возвращается, когда мы останавливаемся у тяжелой железной двери, и Регина ключ-картой проводит перед электрическим замком.

Распахивает дверь и улыбается:

— Прошу.

Я слышу гул голосов, смех и неразборчивые споры. Заглядываю. Первое, что бросается в глаза это — игорные столы, неприятные мужчины за ними и барная стойка, за которой скучающе натирает стаканы молодой парень собранными в небольшой хвостик волосами.

На меня флегматично взирают два амбала в строгих костюмах, и я разворачиваюсь к Регине:

— Вова точно тут?

Она улыбается и шагает вперед, поманив за собой холеной ручкой. Что происходит? Я семеню за ней по толстому и плотному ковровому покрытию и стараюсь не смотреть по сторонам. Так много мужчин, и все они громкие, взбудораженные и агрессивные.