Едукарь, стр. 37

— Так вы ж, Ниночка, ничего в борщах не понимаете!

После этих слов Андрей Палыч испарился в окне за занавеской.

— Не забудьте бидон, пятый день без молока кукуем!

Летящие с четвертого этажа сквозь окна, дома, смех прохожих слова Нины не могли заставить его вернуться. Скорее наоборот, побежали еще быстрее обгонять трамвай. Ведь при его обгоне можно пятью минутами раньше в магазин успеть. Так думал и сторож Володька, но лень не давала ему слезть-таки с крыши этого трамвая, и потому перед Андреем Палычем просто снимал воображаемую шляпу.

Укоризненный взгляд Нины почти догнал беглеца. Пришлось ему пуститься что есть мочи, дабы на перекрестке с Фадеева на Чаянова оторваться от хвоста. Бежал без остановки и не дышал до самого магазина. Очевидцы утверждали, что в воздух он воспарял не менее трех, а то и пяти раз. Даже пару раздавленных кошек сюда приплели.

— Им досталось поделом, — сказал молочник и лег спать прямо на пешеходной дорожке.

Постигла его та же участь, что и ненавистных котов.

Преодолев двадцатиминутную дорогу за половину времени, Андрей Палыч, лишний раз убедился в полной бесполезности Нины для его личной жизни. Влетев ураганом в магазин, приветливо раскланялся и заказал: батон, а лучше шесть, крендельки шоколадные, пару бутылок столового вина для соседских детей и килограмм еловых шишек, если их нет, то можно клюквенным сиропом заменить. Продавец подхалимно улыбался в ожидании денег. Андрей Палыч полез в карман и удивился. Денег там не оказалось, как и самого кармана. Каков, однако, позор, ходить за продуктами, а привычки носить карманы не иметь. Дабы хоть как-то сгладить конфуз сложившейся ситуации, ему ничего не оставалось, как смачно ударить торгаша в глаз.

Так и записал человек в форме, с видимым удовольствием использовавший бездыханное тело молочника в качестве письменного стола.

КАРЛИКИ

Однажды карлик раскололся надвое, да так и пошел дальше, правая часть на трамвай, а левая на автобус. Правая добралась до дома быстрее, но ключей у нее не оказалось. Через неделю его правая половинка раскололась натрое. Правая часть пошла на трамвай, левая на автобус, правая от правой на троллейбус, левая от правой на метро, а серединка полетела на воздушном змее. Домой быстрее добралась та часть, которая не раскололась на этой неделе, а серединку и вовсе в Австралию унесло. Через полгода карлики заполонили весь город, и пришлось мэру раскошелиться на 3‑е транспортное кольцо.

ЯЗЫК

Давид Соломоныч, мужчина сорока пяти лет, очень любил преувеличивать и приукрашивать серую действительность. Однажды утром на вопрос участкового: «А где же ваша теща?», он ответил: «Убил и закопал на Новодевичьем». Убийства, конечно, никакого не было, но погода была столь прекрасна и солнечна, что ответ был дан нестерпимо оптимистичный. Тут же заключенный под стражу наш герой поехал показывать то самое место, где якобы произошла эта трагикомедия, но там было пусто. Свежевыкопанная могила могла поведать лишь о толпе народа, недоуменно ее осматривающей.

Уведомленный участковым о последствиях лжесвидетельства Давид Соломоныч вдруг заявил, что является гражданином Украины и в России находится нелегально. Надо ли говорить, что к концу этого беспокойного дня язык все же довел его до Киева, где как раз в это время гостила у родственников его многострадальная теща. Приключение солнечного дня обошлось гражданину не то России, не то Украины в полтора года тюремного заключения.

Недаром говорят, у дурака нет горя больше, чем от языка.

2 АПРЕЛЯ 2011

Мои работы и мои роботы, вот что волнует меня в первую очередь.

Во вторую, конечно, мои произношения, гласных и согласных приглушенья, как будто не ночные, а денные бдения. Чтобы в совершенстве овладеть английским, нужно пить истинно английский чай, а то истина так и будет ходить где-то рядом, а на чай не забежит. Я пью зеленый, но она пока терпит.

Надо бы сходить в магазин, да небо не пускает. Оно сегодня с утра стальное, а вокруг все замирает или движется слишком медленно. До магазина 300 шагов под стальным небом превращаются в 1000, плюс 7 килограмм нежелания. Все это так похоже на депрессию, как будто у Бога плохое настроение. Ему не до произношения — ночного и денного бдения, не до птиц, которым тяжело летать в стали неба, где не видно даже облачка, как в доме белого хлеба, и не видно создателя…

СТРАННАЯ

Я — странная, ты говоришь — волшебная.

Спасибо за твою преданность неокрепшую. Я доселе только ветер любила, а теперь и ты явился. Из никуда и в ниоткуда. Спрашиваю прохожих, удивляюсь, неужто ты настоящий? Никто не видел, не знают тебя, руками разводят, а кто ведает, прячется, словно Прометей огонь укравший. Дорожат тобой, видно.

И все-таки я странная, и тогда и сейчас верила и верую. Хоть не видела тебя. Ни другом, ни врагом не была. Пальцем выводила облик твой, а потом сама ввысь подалась, дождем стала. Трепетно, трепетно думать об этом, а ведь и правда настоящий. Возьми мои эскизы на веки вечные и то тепло рук, что они передают, и ту нежность помыслов.

Не писала, когда ждал, то ручки не было, то руки не хотели, а то и вовсе голос внутренний глупости нашептывал. Да только и запомнила, был ты из тех, кто ждет напрасно и не бреется по понедельникам.

Часы тикают, отмеряя расстояние. Не меняется лишь тот, кто и не живет вовсе.

Злой немного стал, колючий, но взаправду, не плакать же!

Правая часть лица обрядилась доброй, левая нет, и добрая же в свете дня осталась. Но тебе бесконечно идет эта разность. Полутона кружатся, играют на теле, диктуют поведение, смотрят на меня искоса. Черт с ними, свет включу.

Подарю очки розовые. Буду идеальной, одумалась в конце недели.

Купила платье себе новое, ну не злись же, пусть температура, уж почти здорова.

Молчишь по пустякам. А знаешь, я тебе благодарна за это!

Любовь Введенская

ИНЬ И ЯН ПЕРЕТЕКЛИ ДРУГ В ДРУГА

Есть социально сформированный слой представлений и ожиданий про то, как что есть — в смысле существует, и что чем является в этом Мире. И в этот слой, как в толстое плотное одеяло, укутаны все процессы Жизни со стороны восприятия человека. Правда, нужно отметить, что одеяло, видимо, старое, и плотность его неоднородна.

Где-то эти процессы Жизни сокрыты от наших глаз только двумя слоями ткани поверхности одеяла, а где-то плотным комком сбившейся ваты.

Причины формирования этого социального слоя тоже можно рассмотреть, хотя бы на том основании, что если он существует, значит, для этого есть некое обоснование. Скорее всего, у части людей есть потребность получить это описание реальности, а у части людей есть пристрастие ее, эту реальность, объяснять. У части людей есть желание на кого-то полагаться, а некая часть людей желает вести за собой других людей. А потом уже этот сформированный слой представлений и ожиданий упаковывает, насколько возможно, сознание человеков и определяет их поведение и реагирование.

Видимо, тема мужского и женского как раз находится под ватным комком. Давайте попробуем его сдвинуть в сторону и прощупать эту тему хотя бы просто через два слоя ткани. Вряд ли у нас получится увидеть, услышать, почувствовать, осознать эту тему напрямую. Можно — по возможности — опираться на статистику как инструмент исследования процессов, причины и объемы которых нам недоступны.