Феодал. Том 6 (СИ), стр. 31
Однако на сей счëт у меня были другие соображения. Отыскав ближайший пологий ступенчатый подъëм, мы сами взобрались на зубчатую стену. Наглость и безбашенность порой лучше всяких хитроумных схем. Таран из глипт накатывал вперëд, давил, заставлял бедолаг спрыгивать вниз.
Гио поднялся последним, так как был занят — подтачивал основание ближайшей к нам башни. Несколько десятков заклинаний и фундамент «поплыл», а вместе с ним и вся конструкция с людьми наверху. Созданная на скорую руку и куда менее талантливыми умельцами, она рухнула вперёд за пределы оборонительных укреплений. Появился широченный проход внутрь.
Все были заняты обстрелом союзников и только после столь серьёзного происшествия на нас обратили достойное внимание. В тыл по ступенькам побежало подкрепление из сотни дружинников, вооружённых мечами и копьями. Наверху их ждали лучники бурята Алега, а также дуэт из Лёлика с башенным щитом и Мефодия с увесистой секирой. Аномальной мощи обоих хватало сдерживать такую толпу в узком проходе.
Магам на стенах требовалась срочная помощь и наперерез нам к следующему лестничному пролёту военачальники Абросимовых послали достойную группу воинов. К моему удивлению, те сумели затормозить нашу машину смерти. Это грозило промедлением и схлопыванием капкана. Мы живы пока двигаемся, а не служим мишенями. Триста боевых единиц против трëх тысяч — очевидно на чьей стороне время.
Права на ошибку нет, потому я дал добро Склодскому. Смертоносная пурпурная змея прокралась между тяжëлыми щитами дружинников. Еë зубы жалили на другом уровне, нарушали саму биологию тел, внося разрушительные коррективы. Три ряда совершенно здоровых мужчин упали замертво от разрыва ключевых сосудов в сердце и мозгу. Никто в суматохе боя не разобрался, что это вообще было.
Маги остались без прикрытия. В этот момент был мой ход. Я не дал навредить своим глиптам, приняв разноцветный залп на антимагическую защиту меча. Заклинания соскальзывали в стороны, либо развеивались при прямом попадании, а расстояние между нами стремительно сократилось.
Убив двоих и заткнув оставшихся «Тишиной Мëбиуса», я отошëл в сторону, пропуская рванувших вперëд магзверей завершить начатое. На второй лестничный подъём также был выставлен «дозор» из пятерых камнекожих под командованием Щукина. Водный маг шквалом жалящих ледяных игл исключил любые попытки пробраться к нам.
Получалась странная ситуация, когда Абросимовым приходилось штурмовать свои же стены. Они создали их в виде протяжённой дуги, сделав ставку на численное превосходство три к одному и бесконтактный бой заклинаниями большой дальности.
Обладая выдающимся стратегическим мышлением, патриарх Абросимовых всë сделал правильно: использовал плюсы возвышенной местности, исключил для своих людей лобовую схватку и лишние потери, держал наготове пехоту на случай прорыва — всë идеально для сражения равных по качеству войск. Только вот я со своими отборными ребятами — неучтëнная переменная.
Длинная стена обернулась слабостью — пробравшихся наверх черноярцев невозможно окружить или разом прихлопнуть. Разве что спуститьчасть магов и перебросить по земле к нам, но тогда союз Остроградского меньше пострадает и тоже доберëтся до стен.
— Гио, ломай! — крикнул я, когда мы отошли всем составом к третьему пролёту.
Джанашия обрушил внушительный кусок стены, отсекая преследователей. Препятствие нереально перепрыгнуть человеку в броне. Часть пехоты развернулась обратно к лестнице, но нашлось несколько смельчаков, которых ветряные маги забросили через брешь.
Увы, долго они не прожили — Маркел залпом четырнадцати заранее заготовленных арбалетов кучно нашпиговал их болтами. С такого близкого расстояния всë прошло навылет. Ну а выживших добил копьями. Как только ему хватало концентрации на все эти действия и на смену оружия? У кого угодно мозг задымиться через пять минут.
Нас встретили и у третьего лестничного подъëма, и у четвëртого, но ни магия, ни физическая мощь не справлялись. Слишком высокий разрыв в качестве войск. Мой гарнизонный рядовой, ещë даже не вступивший ни в один отряд, по силам равен их офицерам!
В пехоте противников сплошные «E», «D» и редко «С» ранги, много собрано никуда не годных ополченцев, пусть и с хорошей амуницией. С магами ситуация получше: часто мелькали «С» и «B» ранги.
Тогда как у нас сплошные «B» — и 'A"-монстры, а до кучи две сотни почти не пробиваемых жутких существ с бычьим напором. И что прикажете делать? Соперник сыпался на глазах.
Мы настойчиво отсекали врагов с тыла и плодили бреши для замедлившихся союзников. К сожалению, они угодили в пекло — вся мощь магов Абросимова обрушилась на их головы. Темноту то и дело развеивали сотни вражеских шаров света, шипело, свистело, взрывалось магическое буйство.
Остатки тумана ещë как-то спасали баронов, эту эстафету они подхватили и продляли его действие. Также земельники Остроградского возвели из грунта многочисленные временные укрытия. Для захлебнувшегося в крови наступления это стало спасением. Люди прятались за ними, перебегали к следующим и ждали. Даже граф осознавал, что сейчас гнать их вперëд — самоубийство.
«Так он сам всех завëл в эту ловушку!»
Мог бы я поделиться своими планами с Остроградским? Конечно, нет. Чтобы какой-то мальчишка руководил военной кампанией и указывал на ошибки командования? Боже упаси. Покусительство на авторитет Его Сиятельства!
Ну а что насчёт Шеина, Кислица и Рындина? Все доносчики. Подстава и срыв операции от сюзерена — получите распишитесь. Подстроят как случайное стечение обстоятельств. Плюс каждый из баронов опасался моего возвышения. Оставался только личный пример доблести. Воодушевить и помочь.
Я действовал бесхитростно, но не с бухты-барахты. До нападения продолжительное время оценивал неприятелей в подзорную трубу: спасибо заклинаниям «Диктатура параметров» и «Картотека». Лучше любой разведки составил усреднённую картину войск Абросимовых, прикинул наши шансы и дерзнул.
Как результат — пробрались почти без жертв там, где все могли полечь. А теперь попробуй вытури нас отсюда. Зазевались защитники. Не шибко организованное войско из крестьян и наспех собранных дружинников расслабилось.
Мы хозяйничали как слон в посудной лавке: крушили стены, обваливали башни, сеяли хаос и панику. Иногда спускались, чтобы отогнать снизу лучников и арбалетчиков с магами. Обычно этим занимались глипты — едва заметив подступающего врага, они спрыгивали со стены, ловко перекатывались и устраняли помеху.
Зачастую это заканчивалось побоищем. Межмировые твари привычны только для витязей — у обычных дружинников коленки подгибались при виде несущейся на тебя махины. Что уж говорить про ополченцев?
— Я пуст, дальше идём? — спросил меня Гио, это был первый тревожный звоночек, запас магических сил иссяк.
Я посмотрел вниз на засуетившиеся остатки отрядов Шеина и Кислица. Мы расчистили им путь своим рывком, и сейчас с ними бежала в атаку даже вторая троица военачальников. Заклинания туда почти не долетали. Не знаю, что изначально планировал Остроградский, но он передумал. Славно. Меньше людей погибнет.
— Да, обеспечим им прикрытие, — махнул я в сторону союзников.
Как ни крути, а без них не справимся — нужны свежие силы. Количество магов, засылаемых против нас, кратно возросло. Компанию дружинникам составили и обычные ополченцы с перчатками-линзами. Запас энергии у них крошечный, но задачу свою они выполнили — сократили численность камнекожих. Последние служили щитом для людей, даруя драгоценное время отреагировать в ответ.
Невидимая обычному глазу «Тишина Мёбиуса» блокировала раз за разом попытки поджарить нас или нашпиговать инородными элементами. Мне достаточно было увидеть голову цели и проникнуть в еë когнитивный модельный ряд. Разорванное в клочья заклинание распадалось и ослепляло. Я действовал на пределе возможностей, а ведь приходилось ещë руководить людьми!
Многократно повторяющиеся действия перешли в ранг бессознательных. Я перестал задумываться как мне заглушить чужую магию, вопрос лишь в выборе цели: в первую очередь «С» и «В» ранги, те, кто реально может навредить, потом уже остальная мелочь. Из-за этого я стал больше подмечать нового.