Вик Разрушитель 12 (СИ), стр. 37

— Арабелла, нужно ли ещё какое-то оборудование, например, для напыления сенсорной плёнки на комбинезон?

— Я всё делала вручную, — усмехнулась она. — Пропитка ткани особым составом позволяет создать микроплёнку, чувствительную к электромагнитным импульсам тела. Но вы правы, княжич. Нужно оборудование, если мы планируем выпускать линейку экзоскелетов без интеграторов. Иначе столь кустарное производство утопит нас. В России, к сожалению, спецоборудования для напыления нет. Я смотрела каталоги европейских фирм, которые и выпускают его. Одна немецкая, находится в Вестфалии. Другая в Англии.

— По какому направлению они работают? — поинтересовался Гена.

— Напыление на сенсорные экраны мобильных телефонов, мониторов, — пожала плечами Арабелла. — Скажу честно, кроме меня никто не догадался использовать подобную матрицу для иных технологических операций.

— А как же перчатки для пользователей? — Гена задумчиво тёр подбородок и глядел на комбинезон, словно пытался найти на нём то самое напыление.

— Баловство! — фыркнула женщина. — Я предлагаю купить микроэлектронную линию «Аккорд». Это автоматизированный комплекс для напыления и травления тонкоплёночных сенсорных матриц на гибкую подложку. Именно эти матрицы будут считывать биоэлектрические сигналы с тела пилота.

— Чья это линия? Надеюсь, не английская? — спросил я.

— Немецкая. Ею владеет семья Штауфенов.

— Штауфены? — я наморщил лоб, прокручивая в голове архив имён и фамилий, который за последние годы весьма расширился. — А кто там заправляет?

— Вильгельм, Глава Рода. Но он уже очень старый, — ответила Арабелла. — Граф практически отошёл от дел, всеми делами фирмы занимается его старший сын.

— А сына случайно не Отто зовут? — оживился я.

— Да, Отто Штауфен, наследник.

Мои губы самопроизвольно растянулись в улыбке.

— Кажется, я знаю, как нам приобрести линию в кратчайшие сроки.

— Тогда нужно строить ещё один корпус, — глядя на моё довольное лицо, воодушевилась госпожа Стингрей.

— Обязательно, — я уже прикинул, что с дополнительным цехом у нас получается огромный квадрат с внутренней площадью. — На днях встречаюсь с Его Высочеством, где и выскажу соображения по этому поводу. А пока… Завтра жду вас с Диком у себя в Сокольниках.

— Возьмите комбинезон, Андрей Георгиевич, — вдруг решилась Арабелла. — И обязательно его сегодня опробуйте, чтобы к завтрашнему дню у меня было хоть какое-то представление о возможных проблемах.

— Гена, забери, — распорядился я. — Как насчёт жилья для сотрудников, миссис Арабелла? Посёлок уже построили?

— Можем съездить, посмотреть, — оживилась моя компаньонка. — Тут недалеко.

Я предложил Арабелле прокатиться на моём «Фаэтоне». Бергу пришлось пересесть во внедорожник. К нашей маленькой кавалькаде присоединилась охрана госпожи Стингрей.

— Откуда у вас американская машина? — полюбопытствовала Арабелла, оказавшись в салоне «Фаэтона».

— Подарок Меллонов отцу, — не стал скрывать я.

На лицо молодой женщины набежала тень.

— Как-то подозрительно Энтони затих, — поделилась она своими переживаниями. — Я всё время жду звонка из Америки с угрозами. Мне не простят предательства национальных интересов.

— Вас очень хорошо охраняют, — мои слова вряд ли могли успокоить Арабеллу. — Мстиславские понимают, какой ценный актив у них сейчас находится. А хотите, мы пустим слух, что вас и Дика Трейси держат в подвале, жестоко мучают и заставляют раскрыть все секреты «Арморекса»?

Арабелла рассмеялась, убирая непослушный локон за ухо.

— Боюсь, эту дезинформацию надо было запускать сразу, как только я оказалась в России. Теперь же, когда обо мне узнали из статей продажных журналистов, поздно что-то менять.

Я задумчиво кивнул. Совсем игнорировать опасность от американских кланов, раздёргавших наследие Стингрей по кусочкам, нельзя. Они могут прислать диверсантов для ликвидации как Арабеллы, так и самых важных специалистов, переехавших в Россию. Об этом я тоже напомню цесаревичу. Нельзя расслабляться, нельзя. Хотя бы первые пять лет. Они будут самые тяжёлые на испытание прочности. За это время у нас появятся собственные инженеры. Они переймут опыт Арабеллы, и тогда «Бастион» не остановить.

Посёлок находился в двух километрах от строящегося завода, за полосой густого соснового леса. Судя по нагнанной сюда технике и строителям, к лету уже будет возведено девяносто процентов жилья. Да и сейчас двухэтажные кирпичные коттеджи с подведёнными к ним асфальтированными дорожками гляделись симпатично. У каждой семьи будет не только жильё, гараж и хозяйственные постройки, но и место под лужайку или сад. Я знал, что Арабелла просила строить именно такие дома, которые напоминали бы её землякам об оставленной родине. Ничего против не имею. Главное, чтобы люди трудились с душой и не думали, что они здесь ненужные или лишние.

Чуть поодаль виднелся кирпичный корпус будущей котельной, которая обеспечит теплом весь посёлок.

— Не ожидала такой быстроты, — призналась Арабелла. — У нас бюрократическая волокита длилась бы несколько месяцев. Пока дадут согласие различные инстанции, правозащитники природы и животных, можно поседеть от старости.

— В нашем случае повезло, — заметил я с улыбкой. — Строительство завода и посёлка находится под контролем Мстиславских. Вы должны понимать, Арабелла, что в таких случаях бюрократия обычно пасует и отступает.

— Я целиком и полностью поддерживаю такую позицию, — вернула мне улыбку молодая женщина. — Но лишь в самых крайних случаях, когда существует государственная необходимость.

— Можно возвращаться? — спросил я. — Убедился, что простоев нет, всё функционирует и приближает нас к заветному дню, когда мы может открыть завод. Сроки, надеюсь, не сместили вправо?

— Нет. Князь Владимир Данилович и вовсе оптимизмом лучится, — Стингрей задумчиво поглядела на строительную суету из окна машины. — Хочет, чтобы в августе уже были выпущены первые экземпляры «Бастиона».

— Нет-нет, ни в коем случае, — мне не понравился такой энтузиазм. — Лучше двигаться в графике. А если удастся сработать с опережением, то будет полезнее ещё раз всё внимательно проверить.

— Я ему говорила то же самое, но… Мне показалось, князю очень хочется преподнести сюрприз императору. Им движет… как бы правильнее высказаться… карьера. Наверное, от успеха «Бастиона» зависит его дальнейшая судьба при дворе вашего государя?

— В некотором смысле — да, — не стал отрицать я. — Но всё же основные вопросы решаются коллегиально теми, кто является хозяевами проекта.

— То есть Владимир Данилович — менеджер, — кивнула Арабелла. — Я так и поняла.

— Никанор, езжай в контору, — распорядился я, и пока водитель разворачивался, посмотрел на спутницу. — Мисс Стингрей, в России несколько иной принцип распределения обязанностей, особенно когда среди участников большинство — князья и высокородные аристократы. Ни в коем случае не демонстрируйте, что вы выше «менеджеров», если среди них числятся такие люди, как Владимир Данилович и его брат — Демьян Данилович. Когда будет сформирован Совет директоров, вот тогда станет ясно, как нам взаимодействовать друг с другом.

— Да, я понимаю, насколько в России сложная иерархическая система, — вздохнула Арабелла. — Мне пришлось сесть за изучение дворянского этикета. Дик меня всё время подзуживает, называет боярыней.

— Это правильное решение, — подбодрил я. — Кстати, когда у вас намечается свадьба?

— Решили осенью, после того, как запустим производство, — улыбнулась моя собеседница. — А медовый месяц проведём в Крыму. Всё равно меня в ближайшие годы в Европу не отпустят.

— Неплохо. Бархатный сезон, мало народу. Вам понравится.

Мы доехали до конторы, и Арабелла, попрощавшись, вылезла из машины, сама открыв дверцу. Ничего, скоро пообтешется, станет дворянкой, обзаведётся слугами и постепенно привыкнет к привычкам, что въелись в кровь потомственных аристо.

— Домой? — спросил сидящий рядом с Никанором Влад.