Дочь севера. Исцеление дракона (СИ), стр. 52

Возможно, я начала сходить с ума, но стоило мне войти в сокровищницу и увидеть его, как я совершенно забыла о вибрирующих от драконьего боя стенах, об опасности, которая коршуном нависла над всеми нами. Голос Великой Стужи будто звал меня, как если бы сам мечтал оказаться в руках своего клана и продолжить служить потомкам своего создателя.

Я сразу заметила реликвию своего народа. Сокровищница удивила меня так же, как и королевские покои. Ни тебе несметных богатств и золотых украшений, скинутых в кучи, ни ослепляющего блеска. Лишь редкие ниши, в которых лежали предметы, на первый взгляд не представляющие особой ценности, но уже стало понятно, что все эти вещицы не так просты. Каждая из них была украдена у кого-то.

Например, идол хримтулов. Их истребили сразу же, даже искусство владения ледяной магией их не спасло. Лишь единицам удалось спастись, но кровь настолько смешалась, что найти потомков этих людей уже невозможно. Мой народ по-прежнему хранил их песни и молитвы, но больше как детские сказки.

Теперь изображение их божества было не больше, чем бесполезной деревяшкой, а ведь когда-то оно помогало слышать волю предков. С другой стороны, если найдётся прямой потомок, в котором осталась хотя бы крупица древней крови, сумеет использовать идола по назначению…

И вот он — Голос Великой Стужи. В самом конце галереи он стоял, как главный трофей, венец коллекции. При взгляде на него у меня на мгновение перехватило дыхание. Я столько раз видела этот посох на рисунках, оставшихся от прежних поколений, слышала о нём в преданиях, рассказанных мамой перед сном.

Тело мелко затрясло от затопившего меня предвкушения. Ноги стали ватными, а голова отказывалась верить, что это происходит наяву. За спиной был страшный остров, бушующий океан, страждущая Искальдра… Да, всё это было, но сейчас передо мной была вечность. В Голосе Великой Стужи заключались души тех, кто его создал много веков назад, в каждой чёрточке и трещинке остановилось время, впиталось в дерево, становясь его частью.

Инстинкты велели мне схватить посох и бежать, причём бежать как можно быстрее. Но разве можно? Такой момент нужно запомнить, надышаться им. Ведь передо мной был не мешок с картошкой, не какое-нибудь платье, пусть и расшитое драгоценными камнями, а сердце моего народа. Оно почти перестало биться, истосковалось по родной земле, закрытое в мрачную каменную тюрьму чужими грязными лапами.

Кажется, сделать вдох я смогла, лишь когда пальцы прикоснулись к дереву. Шершавая поверхность приятно холодила кожу. Посох идеально лёг в руку. Возможно, так мне показалось из-за приятной тяжести и нахлынувшего облегчения. В некоторых местах поверхность была будто отполирована до маслянистой гладкости. В тех местах, которых чаще всего касались прежние старейшины.

— Совсем скоро ты будешь дома, — прошептала, с нежностью и трепетом поглаживая высеченные на посохе руны.

Словно услышав мои слова, дерево завибрировало, словно требовало чего-то. Ведомая чем-то первобытным, забытым даже моими дедами, я начала вливать магию в посох. Энергии целителя, исходящей от представителя Саарг’хаи оказалось достаточно, поскольку руны на артефакте засияли. Из каждой трещинки исходил слабый голубой свет.

Проявив неосторожность, я дотронулась до одной из них и сдавленно зашипела, ощутив укол. Оцарапавшись об одну из торчавших ворсинок, не сразу поняла, что именно это и было нужно Голосу Великой Стужи. Он изголодался не только по родной земле, но и по пище, которой служила кровь шаманов. Пусть я не прошла посвящение, но даже этого было достаточно, чтоб свет стал ярче, камень на вершине посоха загорелся, и его мощь стала ощутимой настолько, что стало трудно дышать.

— Скоро будешь дома, — повторила, как в трансе, — но сейчас нужно мне немножко помочь…

— Да, помощь тебе понадобится.

Глава 29

Далия

Обернувшись к источнику незнакомого голоса, я дёрнулась, словно призрака увидела. В женщине, стоявшей у входа в сокровищницу, угадывалось нечто общее с Кетрин. Словно передо мной стояла её старшая сестра.

Спустя пару мгновений взгляд прояснился, отличия стали очевидны, и я поняла кто передо мной. Королеву Искальдры тщательно скрывали от посторонних глаз, стоило ей появиться. Шутка ли — истинная пара Его Величества?

Уж не знаю, где он её нашёл, но, похоже, что Её Величество каким-то образом прибыла сюда из Раота. Никогда не интересовалась жизнью королевской семьи, а было бы неплохо…

Некогда оливковая кожа обрела землистый оттенок, потухшие карие глаза вцепились в меня так, что я кожей ощущала этот взгляд.

Печальное зрелище. Эта женщина была молода, но в каждом её движении читался отпечаток скверно прожитых лет. Будь люди бессмертны, я бы предположила, что ей не меньше двух сотен.

Лицо её практически не двигалось, кожа была натянута на острые высокие скулы так, что мне казалось, будто королева испытывает от этого постоянную боль. Возможно, проблема была в тугом пучке чёрных волос, собранных на макушке.

— Королева Роксана, — с трудом, но всё же вспомнила её имя. — Какая честь. Не ожидала вас здесь увидеть.

— Странно слышать это от девицы, прокравшейся в сокровищницу моего мужа.

Она двигалась медленно, но в движениях не было плавности. Неестественно прямая спина, подрагивающие пальцы… Каждое слово она цедила, как змеи сцеживают свой яд. От южного акцента не осталось практически ни следа, если не брать во внимание слишком объёмные и протяжные гласные.

Роксане было далеко до аристократии, это читалось слишком хорошо. Если отмести громкие титулы, то мы были схожи по положению, в какой бы стране ни находились.

Вот только из неё Искальдра выкачала всю жизнь. Мне же эти земли придавали сил.

— Ваш муж имел неосторожность хранить у себя кое-что принадлежащее мне.

И, словно вторя моим словам, стены и потолок вновь содрогнулись, а по полу пробежала вибрация.

Мы обе понимали, что сейчас драконы дерутся за этот замок и выживет только один. А также знали, что они не приблизятся к башне, в которой находятся их истинные пары.

Королева небрежно взмахнула рукой, открыв часть метки, расположившейся на предплечье.

План созрел мгновенно. Боги сами привели ко мне спасение Ингвальда. Разумеется, я в нём не сомневалась, но зачем проливать больше крови, если можно меньше?

Сейчас передо мной стояла не женщина — враг. Враг, который нацелился меня устранить. Её Величество больше не скрывала кинжал, спрятанный в складках платья. Она не выглядела изумлённой или растерянной. Эта стерва знала, кто именно окажется в замке и где искать незваного гостя.

— Как вы узнали, что я здесь? — шагнула вперёд, опираясь на посох.

Нужно было заставить её двигаться, потерять самообладание. Невольно вспомнилась арена Драгонхолда, куда выталкивали узников. Никто из них не соглашался на это добровольно, если дружил с головой, однако награда стоила того. Для одних это было сокращением срока, для других — привилегии. Но одно было неизменно: победитель получал жизнь.

— Супруг сообщил.

— Вот как?

— Когда пропадает ценный узник и один из лучших… — Роксана сделала театральную паузу и будто прикидывала, какое слово подобрать. — Работников. Да, пожалуй, так. В любом случае, о таком сообщают. Тем более, если они из одного королевства. Комендант служит Альянсу.

— Фиенд всегда был несколько трусоват, — равнодушно повела плечом и произнесла с издёвкой следующие слова: — Впрочем, неудивительно, что именно он согласился присягнуть на верность Ормарру I и вам, Ваше Величество.

Вот оно!

Губы королевы сжались в тонкую нить, глаза вспыхнули праведным гневом.

Похоже, мои догадки о происхождении оказались не только верны, но и крайне болезненны для венценосной особы. Да, ей позволили надеть корону, однако изо дня в день королеве приходилось доказывать, что она достойна своего титула.

— Похоже, что Его Величество был прав. Ты и впрямь дикарка. Хотя признаюсь, я оценила твои попытки быть остроумной, они довольно милы, — её губы растянулись в подобии улыбки. — Трогательная непосредственность.