Нежеланный жених (ЛП), стр. 11

— Мистер Уокер не позволял.

Мне требуется секунда, чтобы понять, что он отвечает на мой вопрос, паркуя машину у мраморной лестницы, ведущей к дому.

— Кто такой мистер Уокер?

— Отец Ориона.

Я моргаю.

— Разве он не был мистером Райтом?

Он фыркает, вцепляясь в руль, и ворчит:

— Нет. Он взял фамилию семьи Анжелики, когда понял, как далеко сможет продвинуться с ней. — Проходит мгновение. — Как будто женитьбы на богатой наследнице ему было мало.

Значит, отец Рафаэля, должно быть, был двоюродным братом матери Ориона? Это определенно объясняет их огромные состояния.

— Его смерть могла бы стать праздником, если бы только Анжелика не умерла первой.

У меня нет времени размышлять над всеми этими довольно тревожными семейными преданиями — каким человеком нужно быть, чтобы твой водитель мечтал отпраздновать твою смерть? — дверь машины открывается как раз в тот момент, когда гром сотрясает небо. Я вижу пожилую женщину во всем черном с туго зачесанными назад волосами. Она стоит у входной двери и с мрачным выражением лица наблюдает за нами.

— Добро пожаловать домой, миссис Райт. — Я ошарашенно смотрю на пожилого мужчину, который приветствует меня, держа зонт, пока сам промокает до нитки под дождем. — Позвольте мне помочь вам. — Он протягивает мне руку в перчатке, и я замечаю, что его ливрея состоит из длинного черного фрака и серых брюк с соответствующими кожаными туфлями.

Совершенно ошеломленная, я отвечаю:

— Здравствуйте, — и вкладываю свою ладонь в его руку, выбираясь из машины и махая Тимоти. — Спасибо, что подвезли.

— К вашим услугам в любое время, мэм.

— Пожалуйста, зовите меня Диана.

Меньше всего мне нужно, чтобы все эти почтенные люди величали меня «мэм». Бабушка бы мне шею за такое намылила. В нашей семье она была единственной, кто ценил людей, работавших на нас, и никогда не позволял неуважения, даже когда мой брат закатывал истерику за истерикой, требуя уволить «этих церберов». А церберами он называл всех, кто не позволял ему творить всякую хрень.

— Меня зовут Леон. — Мужчина рядом со мной, которому тоже должно быть за шестьдесят, представляется, пока мы идем к дому. — Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, дайте мне знать. Всё, что вам нужно сделать — это позвонить в колокольчик.

— Позвонить в колокольчик? — Что за бред?

— Да. В каждой комнате есть колокольчик, в который можно позвонить, чтобы вызвать нас.

— Да уж, не думаю, что это будет необходимо.

Очевидно, существует уровень богатства моей семьи и уровень достатка семьи Райт.

Мы доходим до дверей, Леон закрывает зонт, стряхивая воду, пока мы с женщиной переглядываемся. Матильда наконец решает заговорить, ее голос настолько пустой и ворчливый, что кажется, будто он доносится прямиком из преисподней.

— Добро пожаловать, миссис Райт.

— Привет. Очень приятно познакомиться. Просто зовите меня Диана, пожалуйста.

В ее взгляде проскальзывает холод.

— Вы — жена мистера Райта, и к вам будут обращаться по титулу. Мы не допускаем фамильярности.

Ладно.

— Я провожу вас в вашу комнату. Мистер Райт сообщил мне, что вы поселитесь в левом крыле, в то время как он займет правое. Постарайтесь туда не заходить. Он предпочитает уединение, а мы не позволяем никому нарушать правила.

О, жизнь с этой женщиной в течение года будет тем еще опытом.

— Не беспокойтесь. Мне неинтересно осматривать его крыло.

На самом деле, я буду держаться от него как можно дальше.

Она игнорирует мою реплику, и мы входим в дом. Нас встречает золотистый мрамор, каблуки звонко стучат по нему, пока мы идем по коридору с развешанными на стенах картинами в сторону лестницы. Скорость Матильды не позволяет мне ничего рассмотреть.

Мы быстро поднимаемся на второй этаж, и она сворачивает налево в бесконечный коридор, где расположено около десяти комнат. Когда мы входим в третью, она хлопает в ладоши, и свет мгновенно зажигается.

Я замираю, разглядывая огромную комнату с кроватью «queen-size», белым диваном, парой кресел, шкафом и небольшим столиком у распахнутых дверей балкона. Белые занавески колышутся в разные стороны под порывами ветра снаружи, приносящего свежий воздух. В общем… Здесь настолько же безлико, насколько и холодно. У Райтов что, аллергия на цвет? Почему весь интерьер черно-белый?

— Ванная там. — Она указывает на черную дверь в нескольких футах. — Поскольку вся ваша одежда прибудет завтра, мы взяли на себя смелость обеспечить вас всем необходимым на сегодняшнюю ночь. Ужин будет подан в восемь, так что у вас достаточно времени, чтобы отдохнуть.

Она разворачивается на каблуках и направляется к двери, а я, наконец, выхожу из оцепенения.

— Я не голодна. Я просто лягу спать, а перекушу позже.

Она замирает на пороге, и у меня по спине пробегает холодок, когда она оглядывается на меня через плечо.

— Ужин будет подан в восемь. На ужин у нас принят формальный стиль одежды, так что, пожалуйста, выберите платье, которое для вас приготовили.

Одно дело — иметь общие правила, и совсем другое — пытаться заставить меня есть, когда я не хочу, или следовать какому-то странному этикету, который она тут развела.

— Я не думаю…

— Это не обсуждается. — Она закрывает дверь, но я отчетливо слышу то, что осталось несказанным. Иначе хуже будет.

Что за чертовщина здесь творится, еще раз?

С громким вздохом плюхнувшись на кровать, я задаюсь вопросом: а может, Орион — самый нормальный человек здесь? Разве это не просто чудесно?

Однако одна лишь мысль о муже проносится в голове, и у меня перехватывает дыхание, ведь это значит, что нам придется ужинать вместе. Целый ужин в компании человека, который умудрился за десять минут сбить меня с толку и разбудить мое тело — как бы жалко ни было это признавать.

— Во что ты ввязалась, Диана? — бормочу я себе под нос и закрываю лицо руками, тяжело выдыхая и моля всех богов о помощи.

Потому что мне кажется, я только что вошла в проклятый замок, и раз уж я не собираюсь разрушать никакие чары…

Будем надеяться, что я выберусь отсюда живой.

Потому что пока я чувствую себя добычей, попавшей на вражескую территорию.

А что делает добыча, когда охотник нацеливает на нее свой взгляд?

Она бежит.

Глава 6

— Это большой объем работы, — говорит архитектор, оглядывая библиотеку и морщась, когда что-то падает с крыши вместе с несколькими книгами где-то вдали. — По правде говоря, Орион, я не уверен, что здесь вообще безопасно находиться прямо сейчас.

Он достает сигарету из заднего кармана и закуривает, вдыхая никотин и выпуская дым с громким выдохом.

— Судя по эскизам и инфраструктуре, это здание должны были снести давным-давно. Удивлен, что владельцу удалось продать его ей. Любая законная инспекция выявила бы все эти проблемы.

Он приседает и стучит по полу, и тот трескается под его костяшками.

— Да, это место — одна сплошная зона риска.

Гнев скользит по моим венам, заражая кровь и пробуждая во мне ревущего монстра, который жаждет убить любого, кто подверг мою жену такой опасности. Мне ненавистна сама мысль о том, что могло бы с ней здесь случиться.