Связанные (ЛП), стр. 62

Он крепче сжимает мои волосы.

— Вот так.

Элиас вздрагивает, когда я провожу языком по всей длине. Его реакция настолько мгновенна, что я не хочу останавливаться. Я хочу доставить ему удовольствие. Хочу доказать ему, что это того стоит. Что его клятва была не напрасной и он заслуживает удовольствия, которого так долго себя лишал.

С новой целью в жизни я беру его всего. Руками я обхватываю ту часть, что не помещается в рот, и наслаждаюсь его теплом и гладкостью.

Элиас хватает меня за подбородок, его глаза сияют, словно он верит, что я повесила луну.

— Иди сюда, — он притягивает меня к своим губам и целует.

— Я еще не закончила, — бормочу я ему в губы.

— Я тоже, — отвечает он.

Я открываю рот, чтобы возразить, но он просовывает пальцы мне между губ, заставляя меня их облизать. Вытащив их, он оставляет влажный след вниз к моим затвердевшим соскам, пощипывая и поглаживая их, пока я не начинаю стонать.

— Отведи меня в свою комнату, — выдыхаю я.

Элиас поднимает меня на руки и несет прямо в свою спальню.

Пинком закрыв дверь, он осторожно опускает меня на кровать и опускается передо мной на колени. Раздвигая мои ноги, он большим пальцем проводит по влажному лоскуту ткани между моих бедер. Он оставляет дорожку из поцелуев на моей коже. Затем Элиас туго натягивает ткань между моими влажными складками, и наблюдает, как я извиваюсь от неподдельного вожделения.

— Потрогай себя. Посмотри, как намокла твоя киска после того, как ты сосала мой член.

Я просовываю пальцы под пояс трусиков и стягиваю их вниз по ногам. Элиас помогает мне, и этот мокрый кусок ткани рвется от одного его движения, после чего он выбрасывает его. Я погружаю в себя палец, и от удовольствия у меня запрокидывается голова, а Элиас ругается. Когда я показываю ему свой мокрый палец, он берет мое запястье и облизывает его.

— Ты вкуснее, чем я помню.

Я хихикаю, как школьница. Очевидно, я вышла из-под контроля.

— Ты думал об этом?

— Каждый гребаный день, — говорит он, грубо притягивая меня за бедра к краю кровати. — А теперь воплоти мои мечты в реальность, Сэйдж.

Его горячий рот прижимается к моему клитору, и я выгибаюсь. Движения его языка, а затем и посасывание его губ смешиваются, издавая пронзительный звук, звенящий у меня в ушах. Я одновременно возбуждена и парю, мое тело раскаленное, как угли.

Когда он вводит в меня два пальца, я сжимаю в кулаке одеяло. Одно дело, когда он прикасался ко мне в ванной, но здесь, без мыльной воды, его прикосновения опьяняют. Его ритм ускоряется, и каждая мышца моего тела сокращается. Его пальцы скользят внутри меня, и в животе у меня все трепещет, сея хаос. Элиас доводит мой оргазм до пика.

Этот мужчина никогда не должен был соблюдать целибат. Эти четыре года стали потерей для женщин во всем мире.

— Прошу. Пожалуйста, заставь меня кончить.

— Слишком вежливо, — хрипит он. Мой оргазм повисает в невидимом пространстве между нами, и я отчаянно хочу кончить.

— Мне нужно кончить, — едва слышно шепчу я.

Он качает головой, растягивая момент до мучительной медлительности.

— Попробуй еще раз.

— Твою мать, Элиас. Заставь меня кончить!

Его пальцы сжимаются в знак согласия, и я улетаю в космос на своем маленьком космическом корабле. Я слышу, как он усмехается, но я слишком измотана, чтобы думать о том, что он считает мою выносливость смешной. Может, мы оба и спортсмены, но ничто не могло подготовить меня к этому. К нему.

Приподнимаясь на локтях, я отползаю к центру его кровати, желая ощутить каждый дюйм его тела на себе. Мне даже не нужно просить его, потому что он следует прямо за мной и ложится на спину. Я забираюсь на него сверху, и его глаза широко раскрываются, мы оба всего в нескольких дюймах от того, чтобы наконец получить желаемое.

Я прижимаюсь к нему, теряясь в ощущении его тела у себя между ног. Горячего, толстого и твердого. Его красивое лицо выражает благоговейный трепет, а кадык подпрыгивает.

— Я хочу почувствовать тебя внутри себя, Элиас.

Его гортанный стон отдается у меня между ног.

— Пожалуйста, Сэйдж, просто… блять, — стонет он. — Мне нужна секунда, просто дай мне секунду, а потом я хочу, чтобы ты села на мой член, — запинается он.

Я киваю, наслаждаясь мучительным выражением его лица, пока он берет себя в руки. Его влажная от пота кожа и взъерошенные волосы не прибавляют мне терпения, поэтому я начинаю тереться о его член по всей длине. Он крепко сжимает меня за талию, заставляя остановиться, но затем сильнее прижимает к себе, чтобы я начала тереться об него. Как будто не может решить, чего он хочет — остановиться или продолжить.

— Ты слишком совершенна. Чертовски неотразима, — говорит он, обхватывая мое лицо ладонями, чтобы прижать мои губы к своим. Он целует меня нежно, сладко, как будто он не тверже трубы подо мной. Как будто я сама не готова засвистеть, как чайник.

— Элиас, ты мне нужен, — всхлипываю я.

Эти четыре простых слова, кажется, приводят его в чувство, и он двигается, чтобы дать мне именно то, чего я хочу. Он отпускает мое лицо, чтобы обнять меня за талию, и я практически ощущаю удовольствие от того, что он внутри меня.

Но он замирает.

— Презерватив, — выдавливает он из себя. — Черт, у меня нет презерватива.

Я разочарована, как человек, обнаруживший в рождественском носке уголь.

— Вообще?

Он смотрит на меня так, будто я должна знать ответ на этот вопрос.

— Даже если бы были, их срок годности истек бы года четыре назад.

Точно, целибат.

Он проводит рукой по своим длинным волосам.

— Уверен, что у Эйдена, наверное…

— Я принимаю противозачаточные. И я чиста, если хочешь обойтись без них, — говорю я. — Но никакого давления.

— Никакого давления? — он хихикает, затаив дыхание. — Сэйдж, если ты этого хочешь, я дам тебе это. Я бы отдал тебе все, что угодно. Но если дело в том, что у меня нет презервативов, я сбегаю в магазин и куплю их.

— Нет, — я качаю головой, опуская руки ему на грудь. — Дело не только в этом. Я хочу почувствовать тебя. Хочу, чтобы ты был именно таким, какой ты есть, Элиас.

Он стонет, и, если я не ошибаюсь, на его щеках появляется румянец, который заставляет меня подавить улыбку. Элиас Уэстбрук краснеет.

— Уверена?

— Было бы стыдно не почувствовать твой пирсинг внутри себя.

Когда он целует меня, я чувствую, как по всему телу пробегают искры. От него исходит уверенность, и если я когда-нибудь говорила, что он застенчив, он доказывает, что я ошибалась всеми возможными способами.

— Тогда трахни меня так, как хочешь, Сэйдж, и я позабочусь о том, чтобы ты почувствовала все.

Глава 38

Элиас

Четыре года ожидания стоили каждой секунды.

Сэйдж без колебаний опускается на меня, и все мое тело оживает и одновременно замирает. Эти два ощущения, пульсирующие под моей кожей, — невозможное сочетание. Сэйдж стонет, и этот звук возвращает меня к реальности. Она так идеально обхватывает меня, что я стону.

— Это слишком, — кричит она. Ее голова опущена, а вьющиеся волосы закрывают лицо. Она смотрит на меня из-под ресниц, нахмурив брови, но опускается только наполовину.

— Не для тебя, — хриплю я. — Ты так хорошо принимаешь мой член. Мы можем сделать так, чтобы он поместился в этой идеальной киске, верно, детка?

Ее глаза загораются от этого вызова. Я медленно рисую круги на ее набухшем клиторе и смотрю, как ее возбуждение покрывает мои пальцы. Она легко скользит вниз по моему члену, пока я не погружаюсь в нее до конца. В тот момент, когда пирсинг у основания моего члена касается ее клитора, она ахает и сжимает пальцы на моей груди.

Сэйдж прижимается лбом к моему лбу, а я держу ее за бедра, чтобы покачивать ими. Мы смотрим друг на друга, и когда она гладит мое лицо, что-то интенсивное и чуждое сжимается у меня в груди.