Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 3008
— Черт, Дэнни, не будь занудливой училкой!
— Ничего, сестренка, я еще сделаю из тебя красивую девушку, — уверенно заявляет Даниэль. — Вот когда тебя выпустят из клиники, то я займусь твоими воспитанием и внешностью.
— Лучше займись своим самообразованием! Чтобы люди не удивляюсь, что ты умудрился окончить школу, несмотря на скудный запах знаний. Лично я до сих пор охреневаю от того, что « постоянный клиент » директора школы все-таки не завалил экзамены и получил свой диплом в той шикарной черной мантии.
— Я не такой глупый, как ты думаешь, — с гордо поднятой головой заявляет Даниэль.
— Спросим парней?
— Они подтвердят! — Даниэль окидывает Эдварда, Питера и Терренса взглядом и показывает им кулак. — Верно?
— Конечно! — произносят Питер, Эдвард и Терренс.
Сэмми уверенно подает голос, все еще сидя рядом с Кэссиди, которая время от времени гладит его по голове и приглаживает мягкую на ощупь шерстку.
— Правда твой брат никак не может научиться складывать и отнимать числа, — хитро улыбается Терренс. — А уж про деление и умножение я вообще молчу.
— А еще нам с парнями приходится считать сдачу, чтобы его не обманули, — добавляет Эдвард. — Чтобы он дал правильную сумму и случайно не сделал огромное пожертвование кому-нибудь магазинчику. Безвозмездная помощь бизнесу.
— О, Дэн никогда не дружил с матаном! — машет рукой Кэссиди. — Пока другие дети на зубок знали всю таблицу умножения, это создание даже на пальцах не мог решить простой пример.
— Ну и ладно! — гордо приподнимает голову Даниэль. — Зато пою красиво. На гитаре играю. Песни пишу. Я нуб в матане, но гениален в музыке!
— А еще ты пишешь как курица лапой! И можешь сделать три ошибки в одном лишь слове.
— О, да! — восклицает Питер. — Я почти что не могу разобрать его писанину. Хотя он и сам порой тупит над ними. Знаешь, сколько раз это происходило, когда мы работали в студии! Вместо того чтобы работать над песнями, мы разбирали, что написал твой братец.
— Да уж, быстрее на китайском или арабском заговоришь, чем поймешь его творения, — скромно хихикает Эдвард.
— Эй, а как же один за всех, все за одного? — возмущается Даниэль.
— Вот видишь, красавчик! — разводит руками Кэссиди. — Парни все подтвердили! А учителя постоянно тебя ругали! Один из них давал уроки моему классу и как-то сказал, что за годы его работы никто не писал так ужасно, как ты.
— Да нормальный у меня почерк! Чего прицепилась-то?
— Ха! Да тому, кто разберет твою писанину от и до, можно давать звания героя!
— Мы с девочками вынуждены с тобой согласиться, Кэссиди, — скромно хихикает Наталия. — Иногда мы тоже не понимаем, что он пишет.
— Да, мы видели его почерк, — уверенно подтверждает Хелен. — И скажу, что для глаз человека, который ходил на курсы каллиграфии, подобный почерк – это боль.
— И для глаз человека, который привык к изящному , — добавляет Эдвард.
— Да идите вы все! — резко качает головой Даниэль.
— И мы тебя любим, братишка.
Кэссиди приобнимает Даниэля за плечи, целует его в макушку и гладит по голове, пока остальные скромно хихикают, а Сэмми тихонько подает голос.
— Кстати, насчет пьяного друга… — задумчиво произносит Терренс. — Кэссиди, а почему ты не рассказала родителям, что твой братец привел того парня домой? У тебя ведь была такая прекрасная возможность надрать ему задницу!
— Ну… — с хитрой улыбкой закатывает глаза Кэссиди. — Можно сказать, братик подкупил меня…
— Обещал молчать, если ты где-то накосячишь? — уточняет Ракель.
— Ну… Типа того… А еще он подарил мне свой музыкальный плеер. Мы с моими друзьями обожали его! Накачали туда кучу классных треков и лихо отплясывали.
Глава 32.4
— Минуточку, я не дарил его! — громко возражает Даниэль. — Это ты выклянчила у меня тот плеер в обмен на молчание! Да еще и заставила купить шоколадный батончик!
— И ты согласился !
— Сам бы я ни за что не отдал бы его тебе. Потому что это я обожал его! Он был моей любимой вещью после моей первой гитары, моего первого мобильного телефона с кучей функций, скейтборда, роликов и коньков.
— Ну да, перечисли все, что у тебя было! Все, что ты выклянчил у родителей!
— Между прочим, я почти полгода ждал, когда родители подарят мне тот плеер. Целый год облизывался, смотря рекламу и видя картинки в журналах! И я попользовался им совсем немного, потому что ты его забрала. И умудрилась потерять уже через пару месяцев.
— Это не я! Это мой приятель! Он где-то его посеял!
— Ты хоть знаешь, сколько он в то время стоил? Родители сказали, что купят его лишь на мой день рождения, и я с нетерпением ждал этого момента.
— Ой, Дэн, да зачем он тебе был нужен? Ты же все равно был занят тем, что тусовался со своими друзьями и думал над тем, как бы классно оторваться на вечеринке какого-нибудь крутого парня или девчонки. Ну а немного повзрослев, начал учиться кадрить девчонок и залезать им в трусики без угрозы получить смачную пощечину.
— А тебе он зачем? Ты попользовалась им всего пару-тройку раз! Твои друзья постоянно клянчили его и не возвращали по неделям!
— Я же говорила, что мне всегда нравилось то, что родители дарили тебе! Мне никогда не дарили таких крутых гаджетов! Только одни куклы, да платья!
— Между прочим, до определенного возраста мне вообще не разрешали пользоваться компьютером и прочими гаджетами. А когда я пошел в школу, то мне купили самый простой мобильник. Кнопочный. Который мог только звонить и отправлять SMS-ки.
— Зато потом ты оторвался по полной и начал каждый день заказывать новые покупки. Телефоны, плееры, ноутбук…
— Ты была еще слишком маленькая для дорогих телефонов и компьютеров. Удивлен, что ты сумела уговорить родителей купить пленочный фотоаппарат и отдать тебе отцовскую видеокамеру.
— Мама с папой знали, что я мечтала о классном фотике и хорошей видеокамере! Я постоянно об этом говорила. И устала повторять, что не хочу куклы и девичьи шмотки.
— И поверь, если бы родители узнали, что ты выклянчила у меня плеер, то точно забрали бы его, ибо в то время тебе еще было запрещено пользоваться гаджетами.
— Ну ты же сам сказал, что отдашь мне что угодно, лишь бы мама с папой не узнали о том, что у нас дома был твой пьяный в стельку дружок.
— А ты, хитрюга, этим воспользовалась! Забрала мою любимую игрушку!
— Ой, да у тебя этих любимых игрушек было больше, чем у мамы – косметики! Или у папы – костюмов!
— Эй, а ваши родители не узнали об этом? — интересуется Эдвард.
— Нет, не узнали, — спокойно отвечает Даниэль. — Сестренка все-таки сдержала свое обещание и ничего не сказала. Ну а я не сказал родителям, что отдал Кэсс свой плеер. А когда они один раз спросили, где он находится, то соврал, что потерял его. Да, они прочитали мне небольшую нотацию, но в целом все обошлось.
— Я не могла предать своего любимого старшего братика, — хитро улыбается Кэссиди, на секунду кладет голову на плечо Даниэля и мягко щиплет его за щеку. — Не могла!
— Да, Даниэль, тебе повезло тебе с сестренкой, — с легкой улыбкой отмечает Наталия.
— В какой-то степени, — задумчиво отвечает Даниэль. — Хотя от Кэсс было больше проблем, чем пользы.
— Ха, вы слышите, ребята? — по-доброму усмехается Кэссиди. — Я миллион раз прикрывала его драгоценную задницу перед родителями! Не хотела, чтобы Дэнни ругали! А он вот как меня благодарит!
— Да, а сказать, сколько раз я прикрывал тебя и отвечал за твои косяки? — предлагает Даниэль. — Я понимаю, что проще спрятаться за спину старшего брата и подвергнуть его опасности. Но надо уметь и самой брать ответственность за свои действия.
— А я и брала! Так же, как и ты! Тебе же пришлось отвечать, когда ты со своими друзьями играл в футбол на заднем дворе дома и мячом разбил огромное окно в гостиной.