Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2919

— Анне крупно повезло, что она относительно легко отделалась.

— Думаешь, она будет в порядке?

— Я верю врачам. Раз они говорят, что ничего опасного нет, значит, эта девушка будет в порядке.

Ракель и Терренс поднимаются по лестнице на второй этаж и спокойным шагом продолжают идти в свою комнату по длинному коридору.

— А я вот начинаю все больше нервничать… — признается Ракель, положив руку на сердце.

— Серьезно? — округляет глаза Терренс. — Ты же как-то сказала, что веришь в лучшее!

— Я имела в виду отношения Даниэля и Анны. По крайней мере, я уверена, что попытка спасения не останется незамеченной для моей подружки. Но я не могу быть уверена в том, что тот подонок не попытается отправить ее в могилу.

— Нет, тот отморозок больше не посмеет и пальцем ее тронуть, — уверенно обещает Терренс. — Скоро он будет пойман. Так же, как и его папаша.

— Кстати, а никто из них не объявлялся после случая с Анной? Может, они появлялись в больнице или дома у Сеймуров?

— Даниэль ничего не говорил об этом. Но я думаю, что какое-то время они точно будут скрываться. А потом дадут о себе знать и будут действовать еще решительнее.

— Надеюсь, мы узнаем об их планах намного раньше и сумеем спасти Сеймуров.

— Все будет хорошо, любимая. Мы сделаем для этого все возможное.

Терренс нежно целует Ракель в висок и к этому моменту подходит к своей комнате. Мужчина открывает дверь, позволяет девушке пройти вперед и следует за ней после того, как она оказывается внутри.

— У меня сердце сжимается, когда я думаю обо всем, что пришлось пережить бедной Анне, — медленно выдохнув и пройдя чуть дальше в комнату, признается Ракель. — Она слишком ранимая и впечатлительная… Я бы сказала, даже больше, чем Наталия.

— Мы поможем ей все забыть и поскорее прийти в себя, — уверенно отвечает Терренс, подходит к Ракель и мягко берет ее за плечи. — Больше ей придется страдать в одиночестве.

— Для нее это будет непросто. С Анной никогда так ужасно не обращались. Ее никогда не избивали и не унижали.

— А я верю, что Анна справится. Наталия же тоже у нас очень ранимая и чувствительная. Однако она более-менее стойко выдержала все, что с ней однажды произошло.

— Это стоило ей огромных усилий, — задумчиво отвечает Ракель. — По крайней мере, у нее был Эдвард, который сумел сделать ее счастливее и заставить забыть все то, что она пережила из-за Майкла и Юджина.

— Да, Эдвард умеет находить слова, чтобы утешить Наталию. Мой маленький братик в этом очень даже неплох. И всегда знает, что делать.

— Да… — кивает Ракель и переводит грустный взгляд вниз, обняв себя руками. — А если бы Анна захотела дать Даниэлю шанс, он бы сумел вернуть ее к жизни после того, что с ней сделал Джулиан.

— Все возможно, радость моя, — с легкой улыбкой уверенно отвечает Терренс. — Никогда не говори никогда.

— Ох, не знаю, Терренс… — Ракель поворачивается к Терренсу спиной, подходит к кровати и садится на нее, уставив свой грустный взгляд в пол и сложив руки перед собой. — Мне страшно … Что если прежняя Анна больше не вернется к нам? Если подобное насилие изменит ее навсегда?

— Не бойся, Ракель, прошу тебя. — Терренс садится рядом с Ракель, приобнимает ее за плечи, прижимает к себе и накрывает свободной ладонью ее руки. — Я прекрасно понимаю твои чувства, но, пожалуйста, не надо думать так, будто все безнадежно, а выход из этой ситуации может только присниться.

— Ну не совсем безнадежно… — неуверенно отвечает Ракель. — Однако причины опасаться плохого есть.

— Все наладится, любовь моя, — слегка улыбается Терренс. — Слово самого Терренса МакКлайфа!

Терренс чуть крепче обнимает Ракель обеими руками, сначала уткнувшись носом в ее макушку и погладив по голове, а потом нежно поцеловав в висок, пока та просто прижимается к груди своего жениха и прислушивается к стуку его сердца, который немного успокаивает ее.

— Вы с парнями слишком уверены в том, что все наладится, — тихо отмечает Ракель.

— Просто мы видим очевидные вещи и оцениваем ситуацию трезво. К тому же, мы с Эдвардом уже проходили через подобное и имеем опыт, которым можем поделиться с Даниэлем. Ему сейчас очень тяжело. Как бы усердно он ни пытался скрыть свои чувства. И мы как можем ему помогаем.

— Расставание с Анной разобьет ему сердце.

— Конечно, мы с парнями можем попробовать поговорить с Анной и убедить хорошенько подумать. Но все же она сама решит, что делать. Мы не можем заставить ее делать то, чего ей не хочется.

— Анна будет упорно скрывать свои настоящие чувства и врать, что уже не любит Даниэля. Точнее, она уже врет… — Ракель пожимает плечами. — Не знаю… Я сужу по себе и Наталии. Ведь мы обе скрывали то, что чувствовали на самом деле и нагло врали.

— Стена между Даниэлем и Анной скоро сломается. Она слишком хрупкая: один небольшой толчок – и от нее ничего не останется. Кто знает, может однажды момент эта девушка и сама не выдержит и откроет свою душу. Признает то, что мы уже и так знаем.

— Может, ты и прав… — устало вздыхает Ракель. — Но обида и гордость порой бывают очень сильны. Даже если ты и любишь, то эти чувства не дают тебе это признать.

— Ах, Ракель…

Терренс удобно устраивается на кровати, забравшись на нее с ногами, уперевшись спиной об стенку, и притягивает Ракель поближе к себе. Девушка же ложится рядом с ним, кладет голову ему на плечо, а руками обвивает талию своего жениха, пока мужчина гладит ее по голове и пальцами нежно копается в мягких женских волосах.

— Ну почему вы, девчонки, всегда так драматизируйте? Что ты, что Наталия, что Хелен… Ладно бы ситуация была безвыходная, и мы не знали, как помочь Анне. Но мы же можем покончить с этой историей и спасти ее!

— Никогда не знаешь, чего тебе ждать сегодня, завтра или когда-то еще, — с грустью во взгляде отвечает Ракель. — Сегодня вроде бы все хорошо, а завтра что-то пойдет не так.

— Ракель, ты доверяешь мне?

— Э-э-э… — запинается Ракель и округляет глаза. — Что, прости?

— Ты прекрасно слышала мой вопрос.

— Терренс, ну какие могут быть вопросы? — Ракель отстраняется от Терренса, принимает сидячее положение и с удивлением уставляется на мужчину. — Я всегда говорила и говорю, что доверяю тебе целиком и полностью.

— Тогда доверяй и сейчас, когда я говорю, что с твоей подругой все будет хорошо, а ее отношения с моим приятелем рано или поздно наладятся, — уверенно отвечает Терренс и тоже принимает сидячее положение. — Рано или поздно.

— Прости, милый, но я не могу такой уверенной.

— Ничего, мы с парнями поможем вам поверить. — Терренс мягко гладит Ракель по щеке и просто прикладывает к ней свою ладонь. — У Эдварда есть влияние на Наталию. У Питера точно есть что-то, что и ему помогает успокоить Хелен. Ну а я знаю, как внушить тебе то, что мне хочется.

— Да, но это поможет лишь на время … — опустив взгляд вниз, неуверенно отвечает Ракель.

— А ты сделай все, чтобы это помогало на протяжении всего времени. — Терренс приподнимает лицо Ракель за подбородок и уверенно смотрит ей в глаза. — Вот например… Веришь ли ты, когда я говорю, что считаю тебя чертовски привлекательной девушкой?

— Тебе и не нужно это говорить, — бросает легкую улыбку Ракель. — Ты заставляешь меня так думать без единого слова. С помощью всего лишь одного взгляда.

Стоит только Ракель немного опустить взгляд вниз, как Терренс приподнимает ее лицо и берет его в рки.

— Я знаю, что не могу заставить тебя забыть об этом и сделать вид, будто ничего не происходит, — спокойно говорит Терренс. — Однако я хочу, чтобы ты искренне верила, что все обойдется. Да, это очень тяжело, но, пожалуйста… Постарайся сделать это ради меня . Мне и так больно видеть тебя грустной.

— Ты же знаешь, что я стараюсь, — пожимает плечами Ракель и нервно усмехается. — Чтобы я, Ракель Кэмерон, не переживала из-за происходящего с близкими ей людьми… Даже если дело не касается ее саму…