Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2918

— Мы с мужем и квартиру нашу продадим, чтобы найти деньги на лечение, если нам понадобится еще больше, и будем жить у родственников за их счет. Я знаю, что будет непросто. Но я готова пройти через это ради здоровья моей девочки.

— Кристиана…

— Давайте я сегодня же свяжусь со своей знакомой и попрошу ее приехать сюда, чтобы вы с ней побеседовали, — предлагает Кристиана. — Девочка очень хорошая. Совсем молоденькая… Даже моложе Блер… Да, может, у нее нет никакого образования, и она не обладает огромным умом, но зато моя знакомая трудолюбивая и исполнительная.

— Слушай, давай мы с тобой присядем, — задумчиво предлагает Терренс, приобнимает Кристиану за плечи, подводит ее к дивану, усаживает и сам садится напротив нее вместе с Ракель. — Послушай, Кристиана, мы ни в коем случае не собираемся заставлять тебя работать здесь против твоего желания. Если ты твердо решила уволиться – мы не будем возражать. И возможно, поговорим с твоей знакомой.

— Терренс…

— Однако нас с Ракель беспокоит твоя судьба и судьба твоей дочери. Мы хотим, чтобы с ней все было хорошо. Чтобы она справилась с этим недугом, каким бы тяжелым он ни был. Попробуй спросить себя, что ты будешь делать, когда твоя дочь вылечится? Мы оба прекрасно понимаем, насколько тяжелую работу выполняют все те, кто работают в нашем доме. И она должна оплачиваться по достоинству. Но ведь таких, как мы, единицы! Будут те, кому плевать на твои трудолюбие и услужливость. Те, кто будет платить тебе гроши.

— Не беспокойтесь обо мне, я что-нибудь придумаю, — низким голосом обещает Кристиана, сложив руки перед собой. — Но сейчас для меня намного важнее моя дочь.

— Мы с Терренсом прекрасно понимаем твою ситуацию и с уважением относимся к ней, — отмечает Ракель. — Если тебе нужно уехать за границу, то ты можешь сделать это, не бросая работу.

— Да, но я не могу так! — взволнованно восклицает Кристиана. — Если я уеду и не буду работать, то за что же мне платить?

— Никаких проблем, — спокойно говорит Терренс. — Мы просто предоставим тебе отпуск и не будем платить зарплату.

— Лучше дайте работу моей знакомой.

— Слушай, ну давай мы хотя бы возьмем на себя часть расходов на перелеты и лечение, — предлагает Ракель. — Я так понимаю, сумма получается довольно большая.

— Да, Кристиана, давай мы заплатим хоть за что-то, — добавляет Терренс.

— Нет-нет, не надо! — широко распахивает глаза Кристиана, приподняв руку ладонью к Терренсу и Ракель. — Мы с мужем несколько лет работали как волки, чтобы накопить нужную сумму. Да, иногда приходилось во многом себе отказывать, но для Аннабель нам ничего не жалко.

— Хорошо, как хочешь. Но увольняться не нужно. Просто возьми отпуск. На любой срок. Ты приступишь к своим обязанностям тогда, когда вылечишь дочь.

— Конечно, — соглашается Ракель. — Но если к тому временем ты все же захочешь уволиться, то мы не будем удерживать тебя.

— И даже если мы примем на работу еще одну служанку, то ты все равно всегда сможешь вернуться.

— Вы правда могли бы дать мне такой длинный отпуск? — неуверенно спрашивает Кристиана. — Лечение будет длиться несколько месяцев, а то и больше.

— Твоя причина уважительная , — дружелюбно отвечает Ракель. — Мы не можем уволить тебя за это.

— Мне очень жаль, что все так получается… Но я должна сделать это.

— Не извиняйся, Кристиана, прошу тебя, — с ободряющей улыбкой мягко говорит Терренс. — Мы все понимаем и готовы сделать для тебя и твоей семьи все, что нужно. Только дай нам знать, что тебе нужно, и мы обо всем позаботимся.

— Спасибо вам огромное, Терренс, Ракель, — сложив руки перед собой, с грустью во взгляде произносит Кристиана. — Вы всегда были очень добры.

— Кстати, а когда ты планируешь начать лечение дочки? — интересуется Ракель. — Когда тебе надо уезжать за границу?

— Через месяц. А перед поездкой нужно сделать еще кое-какие документы… Но вообще, этим занимается мой муж. Я же общаюсь с врачами и разбираюсь с денежными делами.

— Уверен, что все будет хорошо, — с легкой улыбкой говорит Терренс. — Твоя дочь попадет в руки опытных врачей.

— Я молюсь об этом каждый день… — Кристиана тихо вздыхает. — Но как бы тяжело мне ни было, я стараюсь верить в лучшее. Да и дочка держится молодцом. Аннабель – вообще сильная девочка. Никогда не впадает в отчаяние. Успокаивает нас с мужем, когда мы буквально бьемся в истерике.

— Думаю, это поможет твоей дочери победить болезнь, — скромно улыбается Ракель.

На несколько секунд в воздухе воцаряется пауза, во время которой все с грустью во взгляде думают о чем-то своем. Но потом с дивана встает сначала Терренс, а потом уже и Ракель с Кристианой.

— Ладно, иди немного отдохни, а потом мы еще раз обсудим этот вопрос, — сложив и согнув руки в локтях перед собой, говорит Ракель.

— Да, отдохни, — кивает Терренс. — Немного подумаешь и потом сообщишь нам свое окончательное решение.

— Хорошо… — неуверенно произносит Кристиана. — Может, у вас будут какие-то поручения?

— Нет, ничего не надо. Иди к себе в комнату. Поговори с Блер и Виолеттой. Их мы тоже отправили отдыхать.

— Может… — Кристиана бросает короткий взгляд на пустые стаканы, стоящие на столике. — Мне унести стаканы?

— Да, отнеси их на кухню и иди отдыхать, — задумчиво говорит Ракель.

— Еще раз простите, что так получилось…

Кристиана забирает оба пустых стакана со столика и направляется в сторону кухни, изо всех сил стараясь держаться и не заплакать. Проводив женщину грустным взглядом, Ракель переглядывается с Терренсом, который качает головой и крепко сцепляет пальцы рук.

— Теперь я понимаю, из-за чего она в последнее время была такой расстроенной, — с грустью во взгляде говорит Терренс.

— Я сильно расстроюсь, если она все-таки решит уволиться, — обняв себя руками, тихо отвечает Ракель.

— Я тоже. Но что-то мне подсказывает, что она останется.

— Ах, ну почему ей так не повезло? — с грустью во взгляде тихо вздыхает Ракель. — Кристиана – такая хорошая женщина… Но ее дочь уже с рождения больна.

— Уж не знаю, чем больна та девушка, но я надеюсь, что она справится со своим недугом. Или хотя бы облегчит ее.

— Кстати, а сколько ей лет?

— Понятия не имею, — пожимает плечами Терренс. — Но кажется, около двадцати-двадцати пяти…

— Молодая еще… Вся жизнь впереди…

Увидев то, как обнимающая себя руками Ракель потупляет грустный взгляд в пол, Терренс крепко обнимает ее, прижимает поближе к себе и гладит по голове.

— Будем надеяться, что все будет хорошо, — выражает надежду Терренс. — Что за границей ей хоть чем-то помогут.

— Как же иногда жизнь бывает несправедлива, — низким, подавленным голосом отвечает Ракель. — Всякие гниды живут как ни в чем ни бывало, а хорошие люди страдают.

— Не расстраивайся, милая, — бросает легкую улыбку Терренс. — Черная полоса не может быть вечной. Рано или поздно ей приходит конец.

— Имеешь в виду не только про Кристиану и ее дочь?

— Да, не только ее, но и все наши проблемы.

Ракель ничего не отвечает и тихо вздыхает, поближе прижавшись к Терренсу, обвив руки вокруг его талии и положив голову ему на плечо. Мужчина же с легкой улыбкой нежно гладит девушку по голове и целует в макушку. А через несколько секунд Терренс немного отстраняется от Ракель, закидывает руку вокруг ее шеи и направляется к лестнице, пока она снова обнимает себя руками.

— Кстати, Даниэль ничего не говорил про Анну? — спрашивает Ракель. — Она еще не пришла в себя?

— Нет, пока все без изменений, — качает головой Терренс. — Но он даст нам знать, если что-то изменится. Ведь Даниэль проводит все свое время в больнице вместе с родителями Анны.

В этот момент Терренс и Ракель уже начинают подниматься по лестнице.

— Ох, как же сильно нужно было избивать бедняжку, что она до сих пор без сознания? — держась за перила, задается вопросом Ракель.