Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2753
— Это связано с тем, что Терренс идет на поправку? — бросив Эдварду короткий взгляд, спрашивает Наталия.
— Ты себе не представляешь, как я рад, что с моим братом все хорошо. Врач часто повторяет, что у Терренса отличное здоровье, и он скоро отправится домой.
— Свою роль в его выздоровлении играет и Ракель. Не зря она целыми днями находится рядом с ним.
— Она наконец-то улыбается и не выглядит такой напряженной, как раньше.
— Согласна. Но я все равно беспокоюсь за нее, потому что Кэмерон что-то от нас скрывает.
— Ракель не сможет молчать вечно, — задумчиво отвечает Эдвард, сдерживая желание рассказать Наталии о том, в чем ему призналась Ракель. — Рано или поздно она обязательно все объяснит.
— Ох, интересно, что же такого случилось, раз она боится говорить об этом? — с грустью во взгляде тихо вздыхает Наталия.
— Не знаю, Наталия, — пожимает плечами Эдвард. — Но хочу, чтобы она поскорее раскрыла свои тайну. Мне жалко Терренса, который сходит с ума из-за того, что она молчит. Ее молчание для него словно пытка …
— Может, она боится его? Боится, что реакция Терренса будет непредсказуемой?
— Я надеюсь, что даже в этом случае он не сделает ничего, о чем сильно пожалел бы.
— Ох… — медленно выдыхает Наталия. — Честно говоря, я немного боюсь представить себе, что она скрывает…
— Я тоже, любимая… Я тоже…
С этими словами Эдвард обнимает Наталию покрепче, целует ее в макушку и на несколько секунд утыкается в нее носом, с тревогой в душе думая о словах Ракель про ее выкидыш. Девушка же несколько секунд молча думает о чем-то своем и окидывает взглядом все, что ее окружает, чувствуя, как теплый ветерок с нотками прохлады приятно ласкает ее лицо.
— По крайней мере, теперь у тебя и парней есть шанс уделить время группе, — с легкой улыбкой отмечает Наталия. — Такое чувство, что в последнее время все позабыли про нее.
— Не отрицаю, — соглашается Эдвард. — Мы забыли о группе из-за Даниэля. Однако теперь мы снова можем обсуждать вопросы группы и проводить время в полном составе. Точнее… Если Перкинс простит Питера за то, что тот не защитил Анну.
— А он сможет сосредоточиться на выступлениях, если сейчас убивается из-за Анны?
— Он говорит, что сможет… Но кто знает. Мы, конечно, поддерживаем его как можем, но даже если Даниэль молчит и пытается оставаться спокойным, мы знаем, что происходит у него на душе.
— Хоть Анна и утверждает, что их отношениям пришел конец, я не уверена, что так оно и есть. Они зашли слишком далеко, чтобы расставаться просто так.
— По крайней мере Даниэль настроен помочь Анне и найти способ защитить ее от того типа. Мне кажется, она оценит это, даже если промолчит.
— Кстати, а он ни разу не пытался говорить с ней, пока мы были в больнице? Я никогда не видела их вместе!
— Нет, я не думаю. Анна всегда игнорировала Даниэля и делала вид, будто его нет. По крайней мере, он не говорил, что хочет попробовать поговорить с ней.
— Ее отец точно не погладит Перкинса по головке за предательство. Пусть даже и нежеланное…
— Но думаю, тот человек тоже поймет его и попросит защитить Анну от того подонка.
— Кто знает, милый… — Наталия замолкает пару секунд и тяжело вздыхает с грустью во взгляде. — Только меня волнует один вопрос… Неужели Анна снова пропадет и перестанет с нами общаться? Мы не видели ее уже три дня…
— Я тоже пытаюсь найти ответ на этот вопрос… — задумчиво отвечает Эдвард. — Но еще я задаюсь вопросом, как она вообще могла приехать в больницу. Как сказала Хелен, тот мужик должен полностью контролировать ее и отдубасит ее при любом неповиновении.
— Да… Мне это тоже интересно… Неужели она была готова рисковать ради того, чтобы увидеть нас? Анна ведь знала , что тот тип мог с ней сделать!
— В любом случае ее нужно как можно быстрее спасать. Даже если без доказательств Питер не может убедить всех, что видел избиение Анны. Но если родители Сеймур не поверят нам, то ситуация сильно усложнится.
— Знаю… — Наталия тяжело вздыхает с грустью во взгляде. — Боже, как же я хочу, чтобы она выбралась из этого кошмара. Бедняжка не заслужила весь этот кошмар… Это все несправедливо . Она сейчас похожа на безжизненную куклу.
— Поверь, я тоже был в шоке, когда Анна пришла к нам. И возмущен, что какая-то больная сволочь издевается над беззащитной девушкой. А она боится дать отпор, потому что ей будет только хуже.
— Это меня и пугает , — опустив грустный взгляд вниз, более низким голосом отвечает Наталия. — Анна будто маленький невинный ангелочек, который никогда не сделает ничего плохого. Тем более на мужчину или кого-то старше нее.
— К сожалению, такие всегда и страдают.
— Но я не хочу потерять ее… Не хочу терять свою подружку…
— Этого не случится, солнце мое, — уверенно отвечает Эдвард, покрепче прижимает Наталию к себе, держа руки сплетенными на ее груди, и трется щекой об щеку девушки, которую в определенный момент нежно целует. — Мы найдем способ спасти Анну.
— Если мы не найдем решение сейчас, потом может быть уже поздно, — с грустью во взгляде отмечает Наталия. — Каждая минута на счету.
Наталия тяжело вздыхает и опускает грустный взгляд сначала вниз, а потом на свои руки. Но Эдвард мягко прикладывает ладонь к ее щеке и поворачивает ее лицо к себе, все еще продолжая обнимать свою невесту свободной рукой.
— Все будет хорошо, поверь мне, — нежно гладя Наталию по щеке, тихо, но уверенно говорит Эдвард. — Однажды ее кошмар закончится.
— Никогда не думала, что с Анной может случиться такое… — признается Наталия. — Я в шоке … У меня нет слов…
— В любом случае случай не безнадежный. Сейчас у нас есть шанс помочь ей, и мы непременно воспользуемся им.
— Но мне все равно страшно за нее, Эдвард… — Наталия тихо шмыгает носом, переведя грустный взгляд на Эдварда. — Она запугана так, что даже боится встречаться с нами.
— Анна знает, что мы не бросим ее, даже если она будет умолять нас не вмешиваться.
— Знаешь… Глядя на нее в таком состоянии, я думаю о себе … О том, как сама боялась рассказывать правду из-за страха. Который едва не погубил меня… Едва не погубил то, что мне так дорого…
— Не думай об этом, любовь моя. — Эдвард нежно целует Наталию в щеку и гладит ее по голове. — Все это уже в прошлом.
— Вспоминаю все это и стыжусь… Стыжусь, что была такой дурой… Глупой дурой…
— Ну знаешь, я тогда тоже был полным дебилом, который творил всякую дичь. Но ничего, справились же!
— Анне сейчас очень страшно … Она хочет кричать о помощи, но боится разозлить того типа. Боится, что он снова ее побьет.
— Все будет хорошо, — уверенно отвечает Эдвард. — Я верю в справедливость. Верю, что эта гнида получит по заслугам.
Наталия ничего не отвечает и бросает мимолетную улыбку, с прикрытыми глазами наслаждаясь тем, как нежно Эдвард гладит ее по голове и пропускает пальцы сквозь ее волосы, пока она затылком упирается в его плечо.
— Не думай о плохом, радость моя, — мягко добавляет Эдвард и мило целует Наталию в висок. — Нечего себя мучить.
— Знаешь… — скромно произносит Наталия, обхватывает руку Эдварда, что обвита вокруг ее шеи, и нежно гладит ее. — Еще недавно на тебе лица не было… Но сейчас ты буквально излучаешь уверенность и решительность.
— Так оно и есть, — с легкой, загадочной улыбкой отвечает Эдвард. — Мой брат жив и идет на поправку… Наш главный враг получил что заслужил… А рядом со мной находится любимая девушка, которая одаривает меня такой любовью, какой у меня еще никогда не было.
— Да уж… — мило улыбается Наталия. — У тебя буквально крылья за спиной появились. Прямо как у ангела.
— Может быть… Но я знаю точно, что у меня есть свой собственный ангел. — Эдвард с легкой улыбкой мило трется кончиком носа об кончик носа Наталии, заставляя ее скромно улыбаться.
— Ах, любимый… — тихо, мягко произносит Наталия.