Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2503
— Вот негодяйка! — возмущается Фредерик.
— Это еще не все! Даниэль додумался обвинить Питера в том, что он организовал на него то самое покушение. Мол, либо он сам сбил его на машине, либо опять же кому-то заплатил.
— Получается, что все шишки достались именно Питеру?
— К сожалению. Именно поэтому нам с парнями и девчонками не удалось убедить Даниэля в том, что это ложь. До этого он еще как-то верил нам. Но сейчас Перкинс верит испанке, которая водит его за нос и хочет женить его на себе.
— Да… — медленно выдыхает Фредерик. — Ну и дела…
— Хоть мы и понимаем, что он сам все поймет, когда к нему вернется память, нам все равно обидно . Обидно, что нас незаслуженно обвиняют в таких вещах. Мы пытались помочь Даниэлю, а он поступил с нами так омерзительно.
— Думаю, у вас еще есть шанс все изменить.
— Вы это о чем?
— У вас ведь есть нож и кольцо, которые были найдены рядом с Даниэлем. Так почему бы вам не показать ему эти вещи? Я думаю, это в корне могло бы поменять ситуацию!
— Уже слишком поздно , мистер Кэмерон, — качает головой Терренс. — Даниэль, грубо говоря, послал нас куда подальше и вряд ли захочет общаться с нами. По крайней мере, до тех пор, пока не вспомнит все. Только тогда он прибежит к нам и начнет просить прощения за все, что сделал.
— Хорошо, тогда покажите эти вещи мистеру Джонсону. Он как раз хотел взглянуть на них и узнать, могут ли они принадлежать тому, кто виноват в случившемся с Даниэлем. Попросил твоих с Эдвардом родителей сказать вам об этом.
— Конечно, мы покажем ему. Но это уж точно не поможет нам заставить Даниэля вспомнить все и понять, что он повел себя глупо. Из-за своей амнезии он натворил столько глупостей… И кто знает, сумеет ли он все разрешить.
— Ничего, не переживай. Это не будет длиться вечно.
— Это не тот Даниэль, которого мы все знаем. Это какой-то другой человек. Человек, которого хочется придушить собственными руками. Мы не узнаем своего друга! Мы как будто потеряли его…
— Нет, вы не потеряли его. Он вернется !
— Когда? Прошло уже столько времени! Мы все перепробовали, чтобы помочь ему! Но ничего не помогло! И не поможет, раз он решил разорвать с нами дружбу.
— Ох, Терренс… — качает головой Фредерик и гладит подбородок. — Я даже не знаю, как помочь тебе… Все слишком запутанно и местами даже ужасно… Хочу, но не могу.
— И это очень обидно … Да еще и приходиться разрешать не только эту проблему, а еще несколько…
— Я все понимаю.
— Знайте, хоть я пытаюсь оставаться спокойным и собранным, иногда мне кажется, что мое терпение на пределе, — неуверенно признается Терренс, потирая ладони. — Опять столько всего навалилось будто гром среди ясного неба… Нам казалось, что скоро мы будем веселиться на свадьбе, а моя группа выпустит альбом и отправится в турне. Но один случай перевернул все с ног на голову… Все наши планы пошли под откос… Я знаю, что жизнь – не бесконечная сказка и позитивные эмоции, но все это слишком тяжело…
— Не надо падать духом, Терренс, — мягко говорит Фредерик. — Ты же сильный человек и можешь многое вытерпеть.
— Но не все.
— В твоей жизни уже столько всего произошло, но ты все равно стоял на ногах. Сильная буря пыталась сбить тебя с ног и повалить на землю, но ты выстоял как кирпичная стена и продолжил жить. А раз тебе удалось выстоять ранее, значит, ты сделаешь это снова и снова, с каждым разом становясь все сильнее и сильнее. Любые жизненные испытания помогают нам укрепить тот невидимый щит, которым мы защищаем себя. Чем он надежнее, тем легче человеку отбиться от палок и камней, что в него летят.
— А знайте причину, почему я стою на ногах даже в самую сильную бурю? — Терренс пару секунд ничего не говорит, с грустью во взгляде смотря на Фредерика. — Это Ракель . Именно ради этой девушки я живу и борюсь. Она – смысл моей жизни. Лучшее, что у меня есть. Если она счастлива и улыбается – счастлив и я. А если с ней что-то не в порядке, то я нервничаю. Сейчас мне больно, и я в отчаянии. Потому что с ней что-то не в порядке, а я ничем не могу помочь ей, поскольку не знаю причину ее беспокойства… Она молчит. Даже если я – ее жених. Даже если ваша внучка говорит, что полностью мне доверяет.
— Я прекрасно понимаю твои чувства, — с грустью во взгляде говорит Фредерик, подсаживается к грустному и напряженному Терренсу и кладет руку на его плечо, которое он слегка сжимает. — Мне тоже очень больно знать, что с моей внучкой что-то не в порядке. Больно от того, что я тоже не могу ей помочь. Я не уверен, что Ракель захочет довериться мне, раз она закрылась ото всех и горько плачет…
— Вы правы…
— Слушай… — Фредерик замолкает на пару секунд. — А ты не знаешь, что за кошмары ей снились? О чем они?
— Она рассказывала только про один, который приснился ей недавно… — задумчиво отвечает Терренс. — Он касался меня и… Моей гибели …
— Твоей гибели? — мгновенно распахивает глаза Фредерик.
— По вине Саймона Рингера. Ракель так сказала.
— Но… — Фредерик молчит пару секунд и качает головой. — Но ведь этот негодяй уже получил по заслугам. С чего бы ей видеть сны с его участием и твоей гибели?
— Она видела во сне не только его, но еще и дядю Майкла, Юджина Уэйнрайта и женщину, которая пыталась убить Алисию ради смерти за убийство ее отца. Они… Издевались над ней и… Радовались моей смерти…
— О, господи Иисусе…
— Да, мистер Кэмерон, знаю, это ужасно… Но кто знает… Возможно, она тоскует по своим родителям… Даже если они погибли тогда, когда она была маленькая. Даже если прошло столько лет с момента их смерти…
— Я тоже тоскую по ним и хотел бы, чтобы все было иначе… Чтобы мои сын и невестка были живы… Но к сожалению, они погибли по вине ужасного человека. Который был одержим любовью к матери Ракель и не смог смириться с тем, что она выбрала другого.
— Согласен, это несправедливо … Эти люди стали жертвами того подонка… Но я рад, что он поплатился за это.
— Не только он, но и твой дядя и та самая Элеанор, которая сошла с ума после убийства своего отца.
— Только жаль, что Юджину Уэйнрайту удалось сбежать.
— Значит, ты уже знаешь?
— Да, Эдвард рассказал. Они с Наталией однажды встретили его, когда прогуливались в каком-то тихом месте.
— Кстати, ты вроде бы сказал, что Ракель начала предчувствовать какую-то беду, связанную с тобой…
— Да, — кивает Терренс. — Ей кажется, что со мной скоро что-то должно случиться. Только потому, что в ее сне меня убили… Наверное, будь ее воля, Ракель вообще не выпускала бы меня из дома в надежде спасти от плохого.
— Знаешь, я бы советовал тебе не пропускать ее слова мимо ушей. Ее предчувствия всегда что-то означали.
— И это, честно говоря, меня пугает … Хоть я ничего не сказал Ракель, у меня тоже появилось какое-то тревожное чувство. Это не означает, что я панически боюсь ходить по улицам и со страхом смотрю по сторонам, будто выискивая опасность. Но ваша внучка заставила меня занервничать…
— Тем не менее я бы советовал тебе быть осторожнее , Терренс. Вспомни, что Ракель много раз предчувствовала беду и умоляла тебя не делать чего-то, хотя ты не слушал ее и делал все по-своему. Если моя внучка опять начнет отговаривать тебя от чего-либо, лучше остановись. Она делает это не ради контроля над тобой, а ради твоей безопасности.
— Я знаю, мистер Кэмерон.
— У ее покойной матери была такая же особенность. Элизабет тоже могла предчувствовать беду, и она случалась на самом деле. Хотя эта способность не спасла ее и моего сына…
— Вот всегда говорю себе, что надо прислушиваться к ней, но потом начинаю думать, что моя невеста просто шокирована и бредит. А потом попадаю в какие-то неприятности.
— Поэтому ты должен смотреть в оба. Не вздумай делать ничего, что может подвергнуть твою жизнь опасности. Не вступай в борьбу, если знаешь, что не сможешь сделать это один. Держись ото всего этого подальше, если не хочешь заставлять мою внучку страдать.