Вместе сильнее. Компиляция (СИ), стр. 2309

— И зачем ты это говоришь? — немного грубо спрашивает Эдвард, держа руки скрещенными на груди. — Думаешь, на нас это как-то повлияет? Да даже не надейся! Нас не волнует мнение какого-то тупого недомерка, который умеет только лишь трахать девчонок и оскорблять тех, кто ему ничего не сделал.

— Просто ты не хочешь признаться, что присосался к своему известному старшему брату, дабы получить свой кусочек славы. Ведь члены семьи такого известного человека, как Терренс МакКлайф, просто не могут работать за гроши. Они должны жить на широкую ногу ! Вот ты и пускаешь в ход свои коготки, защищая себя и упорно стоя на том, что твой успех – результат долгой упорной работы.

— Ну извини, что ты не родился в семье МакКлайф! — закатывает глаза Эдвард. — Что ты не брат Терренса МакКлайфа, чьей славой ты бы обязательно воспользовался.

— Ну ты-то, сосунок, этим правом воспользовался по полной . Пока другие работают годами, чтобы получить первые плоды, ты добился своего всего за несколько месяцев.

— Слушай ты, кусок дерьма, закрой-ка свой грязный рот и не раскрывай его, — подойдя к Блейку поближе, грубо требует Терренс. — А иначе тебе придется очень пожалеть об этом. Я раньше терпел твои выходки и старался сдерживать парней. Но теперь вижу, что ты переходишь все границы! И я не намерен это терпеть!

— Ах, МакКлайф, МакКлайф… — с презрением смотря на Терренса, качает головой Блейк. — Хватит уже носиться с этим маменькиным сыночком как курица – с яйцом. Гони ты его к черту. Все равно из этого бездарного урода ничего не выйдет.

— Не выводи меня из себя, Коннор. А иначе ты узнаешь, кто такой Терренс МакКлайф.

— Успокойся, парень, все и так знают. Знают, что у тебя не все в порядке с психикой, и ты заводишься по любому поводу. — Блейк тихо усмехается. — Вы с братцем стоите друг друга… У одного язык слишком длинный, и он боится признать свою трусость… А второй все время распускает руки и мнит себя едва ли не Богом, которому все должны поклоняться.

— Как будто меня интересует твое мнение, — с презрением усмехается Терренс.

— Однако ты прекрасно о нем знаешь.

— Просто заткни свой грязный рот и оставь нас в покое!

— Будешь и дальше защищать своего маленького братика? Активно продвигать его в шоу-бизнес так же, как и этого белобрысого и еще одного бездаря, которого здорово трахнули по башке?

— Ради друзей и близких людей я готов на все, — сухо бросает Терренс.

— Дружба – это сокровище, которое не каждому дано сохранить, — уверенно говорит Питер. — Не каждый способен по-настоящему ценить его и уметь не только пользоваться им, но еще и яростно оберегать.

— Ну да, я вижу… — хихикает Блейк.

— Эдвард – мой младший брат, Коннор, — напоминает Терренс. — Брат, которого я уважаю. За которого в той или иной мере ответственен. И которого я никому не позволю оскорблять.

— Надо же, какая трогательность! Я сейчас расплачусь!

— А Даниэль с Питером – мои близкие друзья, которые для меня тоже как братья. Только тебе не понять этой любви, потому что ты ни к кому не привязан. Но если бы у тебя был брат, сестра или кто-то близкий, возможно, ты меня бы понял.

— Ха, сомневаюсь, что с таким мерзким характером он стал бы защищать кого-то, — более низким голосом сухо говорит Питер. — Если бы у него был брат или сестра, то Коннор скорее бы подставил их под удар, лишь бы спасти свою драгоценную задницу.

— И это говорит человек, который хотел одним махом уничтожить группу, — со злой усмешкой говорит Блейк. — Который так хотел сдохнуть! А, Роуз? Разве ты не подставил свою группу, когда вел себя как истеричная девчонка? Когда строил из себя жертву и типа заставил всех волноваться, взяв ножик и порезав себе руки!

— Ты слишком много знаешь, прыщавый недомерок. Даже слишком !

— Да ладно, все в студии знают, как ты чуть не угробил свою группу! Как вы с Перкинсом собачились почти каждый день, а однажды чуть не разнесли здесь все! Я все про вас знаю! И если бы МакКлайф и Перкинс позволили бы тебе сдохнуть, то тебя обвиняли бы в том, что ты развалил группу ко всем чертям! Никто не поставил бы тебе шикарную могилу и не вспоминал бы как великого героя.

— Коннор, заткни свой чертов рот! — прикрикивает Эдвард, крепко сжав руки в кулаки. — Или ты напрашиваешься на то, чтобы один из нас набил твою наглую морду?

— А силенок-то хватит? — ехидно смеется Блейк.

— Хватит ! Глядя на тебя, я не сомневаюсь, что вырублю тебя с первой же попытки.

— Ну попробуй. — Блейк расставляет руки в стороны. — Давай, маменькин сыночек, врежь мне! Посмотрим, после какой попытки ты сумеешь вырубить меня.

— Сначала походи в качалку пару месяцев, а уже потом вызывай нас на дуэль. Хоть ты, мудак, реально уже задолбал нас, в моих планах нет цели грохнуть тебя.

— Да что ты! Так ты же уже сделал это! Уже кого-то грохнул! И даже успел побывать в тюрьме за убийство какого-то мужика! Предстал перед судом в качестве подсудимого… Но удивительным образом был оправдан. — Блейк с презрением рассматривает Эдварда с головы до ног. — Да… И как девочки могут восхищаться убийцей ? Я реально удивлен!

— А ты уверен, что знаешь всю историю? — сухо спрашивает Эдвард, расставив руки в бока. — Или же ты все знаешь, но намеренно говоришь ложь?

— Неужели будешь говорить, что ты не сидел в тюрьме и чуть было не получил тюремный срок?

— Я ничего не обязан тебе объяснять.

— Ну и пошел к черту! Я и так все знаю! Знаю, что ты – убийца! Что та милая блондиночка обрекла себя не несчастье, решив выйти замуж за того, кто сидел за решеткой вместе с зэками.

— Тебе же сказали, заткнуть свой поганый рот! — грубо бросает Терренс.

— Мы не потерпим подобное обращение! — уверенно заявляет Питер. — И если будет нужно, мы готовы набить тебе морду!

— Ах, клоуны, хоть бейте, хоть – нет, но правда остается правдой, — ехидно смеется Блейк. — Я так полагаю, для блондиночки больше не осталось женихов, раз она выбрала вот этого маленького щеночка, который умеет только тявкать. Хотя говорят, у нее было очень много поклонников…

— Если ты сейчас не заткнешься, я покажу тебе, на что способен этот щенок, — немного тяжело дыша, сквозь зубы шипит Эдвард.

— Что, неприятно слышать правду? Кто еще скажет тебе и твоей банде, кто вы есть на самом деле.

— Нам по хер на твое мнение!

— Да и вообще классная у вас компания собралась! — Блейк скрещивает руки на груди. — Бывший зэк, едва не севший в тюрьму за убийство… Белобрысый клоун, который едва не сдох по собственной воле… Самовлюбленный павлин, изменявший своей невесте и избивавший ее… Ну и жалкий дебил, падающий в обморок при виде крови и не умеющий играть и петь, но усердно притворяющийся крутым и грозным.

— Ты хочешь, чтобы мы и правда начистили тебе морду? — грубо спрашивает Эдвард. — А, сосунок поганый? Давно не получал по башке? Мы это исправим!

— И нам будет уже плевать на Джорджа, команду менеджеров и всех, кто здесь есть, — уверенно заявляет Питер. — Ибо такой мудак, как ты, может довести кого угодно !

— В таком случае вы все прославитесь как жалкие истерички, которые закатывают скандал любому, кто не восхваляет их, — грубо заявляет Блейк. — Здесь полно болтливых ребят, которые могут продать информацию любому журналу. Хоть за бесплатно, хоть за деньги. Уж я-то в этом хорошо убедился.

— Так все, парни, нам пора сваливать отсюда! — тихо прорычав, сухо бросает Терренс. — Если мы не уйдем, то я точно преподам ему пару уроков хороших манер.

— Да, давайте скорее сваливать отсюда, пока я еще держу себя в руках, — сухо говорит Эдвард.

— Валим, парни, валим, — тараторит Питер. — Эта тварь сейчас нас точно выведет из себя.

Эдвард, Терренс и Питер быстро разворачиваются и уходят как можно дальше от Блейка, который с завистью, злостью и презрением смотрит им вслед.