"Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 765

Но Павел смотрел на него спокойно и выжидающе, и в этом взгляде не было ни провокации, ни хитрости. Только усталость человека, который слишком давно погружён в интриги высшего света.

— Несмотря на окончание долгой войны, империя в опасности, Григорий, — тихо сказал Юсупов. — И опасность эта не меньше той, что нависала над страной чуть более века назад.

Меньшиков молчал. Он прекрасно понимал, о чём говорит Юсупов. Столетие назад империя едва не рухнула. Не от внешнего врага, а изнутри. От слепоты власти, от глухоты к собственному народу, от убеждённости, что корона делает правителя непогрешимым.

Светлейший князь выдохнул, медленно отодвинул стул и сел.

***

Букингемский дворец. Лондон

— Этот Уваров как сквозь землю провалился, — доложил министр иностранных дел, стоя у камина. — Наши люди прочесали все возможные каналы. Ничего. Он словно испарился. Да ещё эти слухи об объявлении его в розыск… Полагаю, что Император таким образом пытается укрыть своего аристократа он нашего праведного гнева.

Королева сидела на своём диване с цветочным узором и медленно помешивала чай. Серебряная ложечка тихо позвякивала о фарфор.

— А что по остальным? — спросила она, не поднимая глаз.

Министр чуть замялся:

— Русские обнаружили наших агентов в порту. Задают неприятные вопросы. Пока они не выдвинули официальных обвинений в попытке похищения их аристократа, но…

— И не выдвинут, — спокойно перебила королева. — В противном случае им придётся раскрыть причины, по которым мы пытались его забрать. А это ударит по ним самим. Сейчас мы с русскими находимся в тупиковой ситуации: любое действие с одной стороны нанесёт ущерб и другой. Так что на этом направлении можно не беспокоиться.

Министр кашлянул:

— И всё же я бы не был столь оптимистичен, Ваше Величество.

Королева наконец подняла взгляд:

— Что вы хотите этим сказать?

— Наши люди на континенте доложили, что в рядах австрийской армии стало появляться новейшее вооружение. Вооружение, которое производится исключительно в Российской империи.

Ложечка перестала звенеть.

— Они не посмеют, — тихо сказала королева. — Они ещё недавно воевали друг против друга.

— Боюсь, что русские уже неофициально помогают австрийцам, — министр позволил себе чуть более прямой тон, чем обычно. — Знаете, как бывает: общий враг объединяет лучше любых договоров и альянсов. И к моему глубочайшему сожалению, их общий враг сейчас — это мы.

Королева медленно поставила чашку на блюдце. Фарфор звякнул о фарфор — единственный звук в мёртвой тишине кабинета.

Она проигрывала. Впервые за десятилетия. Австрия наступала при поддержке русского оружия, континентальные территории трещали по швам, а флот, некогда державший половину мира в страхе, был практически бесполезен. Она видела это с ледяной ясностью: ещё немного, и от великой империи останется лишь остров.

— Есть ещё кое-что, Ваше Величество, — осторожно добавил министр.

— Говорите, — сухо сказала королева и министр вновь заговорил:

— Кельтское княжество. Наши люди фиксируют рост недовольства. Волнения, собрания, листовки. Пока это не переросло в открытый мятеж, но…

Лицо королевы стало каменным.

— Крысы, — процедила она. — Почуяли, что мы отвлеклись на войну, и решили, что это их шанс. Что ж, этот остров не впервой думает, что у него есть право голоса.

Она встала и подошла к окну. Несколько секунд смотрела на вечерний Лондон, а потом произнесла голосом, от которого министр невольно выпрямился:

— Немедленно прекратите поставки продовольствия тужа. Выкупите всё доступное зерно, отправьте наших людей, чтобы выпустили грибок, уничтожающий картофель как мы делали в прошлый раз.. Пусть помучаются годик и наконец поймут, каково это – поднимать голову, когда она должна быть опущена.

Министр коротко кивнул. В жестокости этого приказа не было ничего нового. Англия уже не раз подавляла ирландское сопротивление голодом. Это был проверенный, надёжный, безжалостный метод.

— Будет исполнено, Ваше Величество.

***

Зимний дворец. Санкт-Петербург

— Каналы снабжения через северные моря полностью налажены, Ваше Величество, — доложил вошедший офицер. — В Мурманске сформирована конвойная бригада. Даже в случае организованной морской блокады мы сможем обеспечить бесперебойные поставки.

Император стоял у огромной карты, занимавшей половину стены кабинета. Его палец медленно скользил по синей линии, обозначавшей маршрут через Баренцево море, огибающий Скандинавию и уходящий к западным берегам Ирландии.

— Я никогда не сомневался в наших моряках, — сказал он, не оборачиваясь. — Англичане будут действовать так, как действовали всегда: грязно и подло. Они отыграются на простых людях, которых считают скотом второго сорта. Голод, блокада, страх. Это единственное, что они умеют.

Он отошёл от карты и сел за стол.

— Есть вопрос по вооружению и обучению бойцов Кельтского княжества, — добавил офицер, заглядывая в документы.

Император резко повернул голову:

— Свободной Ирландии, — поправил он. — Это свободная Ирландия, а не княжество Англии. Так что не называйте их так.

Офицер вытянулся:

— Прошу прощения, Ваше Величество.

— Что за вопрос с бойцами? — нахмурился Император. — Я распорядился оказать максимальную поддержку. Мои приказы исполнены?

— Так точно, — кивнул офицер. — Собственно, я как раз хотел доложить: из Ирландии прибыло офицеров и добровольцев в десятки раз больше, чем мы планировали принять. Наши учебные лагеря переполнены. Нам требуется расширение программы подготовки.

Император откинулся в кресле. Впервые за долгое время на его лице появилась улыбка. Не холодная, не расчётливая – настоящая.

— Расширяйте, — коротко сказал он. — Дайте им всё, что потребуется. Оружие, инструкторов, припасы.

Он помолчал и добавил, глядя на карту:

— Похоже, совсем скоро Ирландия наконец станет свободной.

Глава 6

Две недели спустя

Мой незасвеченный телефон зазвонил в половину девятого утра. Я даже не стал смотреть на экран, потому что знал – это опять Стас. Он звонил каждое утро в одно и то же время с тех пор, как Юсупов взялся за Народную газету. И каждый раз его голос звучал так, будто он только что лично стал свидетелем конца света.

— Даниил! — выпалил Стас, едва я поднял трубку. — Он увеличил тираж! В десять раз!

— Доброе утро, Стас, — спокойно ответил я.

— Какое к чёрту доброе?! Ты слышишь, что я говорю? В десять раз! У нас бумаги не хватит, у нас типографии не справятся, у нас…

— У нас есть Юсупов, — перебил я. — И, полагаю, он уже решил вопрос с бумагой и типографиями.

Стас замолчал на секунду, а потом выдохнул:

— Ну… да. Решил. Он привёл своих людей, они за ночь договорились с тремя типографиями и перезаключили контракты на поставку бумаги. Но дело не в этом!

— А в чём? — усмехнулся я.

— Он договорился о том, чтобы Голос улиц раздавали в метро всем пассажирам. Ты понимаешь, что это значит?!

Я откинулся на спинку кресла и улыбнулся:

— Это значит, что каждое утро сотни тысяч жителей Петербурга будут начинать день с нашей газеты.

— Это значит, что мне нужно в три раза больше авторов, в пять раз больше редакторов и примерно десять новых жизней, чтобы всё это координировать! — простонал Стас. — Он вчера пришёл в редакцию в шесть утра. В шесть! Я пришёл в восемь и он посмотрел на меня так, будто я опоздал на войну!

Я рассмеялся, но Стасу было не до смеха:

— И это ещё не всё. Он запустил три новых тематических приложения к газете: спорт, кулинария и светская хроника. Три. За неделю. Он… он просто приходит, раздаёт указания и всё начинает работать. Как это вообще возможно?

— Это возможно, когда за дело берётся человек, который тридцать лет строил медиа-империю и знает эту индустрию лучше, чем кто-либо в стране, — сказал я.