"Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 1561
— Это война, — поправил я. — Они пришли убивать нас. Мы их опередили.
— Столько мертвых… и тебя это вообще ни капельки не трогает?
— Лучше они, чем мы. Если бы не мой план — через пару часов эти ни разу не благородные джентльмены мочились бы в наши отрезанные головы. А так…четыреста к одному по мне так неплохой расклад, ты так не думаешь?
Вова посмотрел на меня долгим взглядом, остановился на кровавых полосах и потеках на моем бронежилете и вздохнул:
— Ты изменился, Джей. Сильно изменился.
— Мир изменился, не я. Я просто адаптировался.
Он качнул головой и отошел, отдавая распоряжения о сборе трофеев.
Медведь подошел ко мне, хлопнул по плечу:
— Неплохо сработано, командир. Хотя и рискованно было.
— Риск оправдался.
— На этот раз. А в следующий?
— В следующий придумаем что-нибудь еще.
Он усмехнулся:
— Ты неисправим.
— И не собираюсь исправляться.
Вечером Вова вызвал меня в свой кабинет. Сидел за столом, перед ним — бутылка и два стакана. Это уже просто становилось какой–то традицией.
— Садись.
Я сел. Он налил нам обоим, пододвинул стакан.
— За победу?
— За выживание, — поправил я.
Мы выпили. Вова налил еще.
— Джей… я должен тебе сказать. Ты спас базу. Твой план сработал. Без него мы бы все погибли.
— Знаю.
— И я благодарен. Правда. Но…
— Но?
Он помолчал, подбирая слова:
— Ты подрываешь мой авторитет. Сильно. И ты стал абсолютно неуправляем. Твой выкрутас на переговорах…это был перебор. Понятное дело, что сейчас ты герой и взятки с тебя гладки.
— Так, и?
— Как бы тебе так сказать… а что, если кто–то решит следовать твоему примеру? Не ставить ни во что меня, Пряника, остальных лидеров? Мы просто развалимся на мелкие группировки. Этого я допустить не могу.
Я не удивился. Ожидал чего-то подобного.
— И что ты хочешь от меня, Вов? Чтобы я ушел?
Он промолчал, спрятал лицо в ладонях. Потом с силой провел по щекам руками, и хлопнул по столу.
— Да. Уф–ф–ф… Как же тяжело это сказать то было. Ты слишком опасен. Для чужих, для своих…тебе просто все равно, кого убивать ради своих целей. Николай — это была необходимость, пусть так. Не верю, что нельзя было по–другому, ну да ладно. Но сегодня… ты убил троих на переговорах. Хладнокровно и расчетливо, ты шел туда, уже все спланировав –перестрелку, ловушку, даже то, что я просто буду делать так, как ты сказал. Ты нарушил все правила ведения войны. Убил парламентеров.
— Я выиграл войну. А победителей не судят, как ты верно заметил.
— Ты развязал войну! И теперь «Вороны» будут охотиться на нас годами!
Я покачал головой:
— Нет. Не будут. Их разгромили. Их лидер мертв. Его братья, которые могли бы взять банду под контроль — мертвы. Всё, Вов. Блицкриг. Остатки «ворон» разбегутся или вымрут — на той стороне моста бушует эпидемия, а лекарство от неё только у Шеина. Те, кто не примкнет к нему — просто сдохнут. «Воронов» больше нет как организованной силы.
— Ты не можешь этого знать!
— Могу. Ты же знаешь, я редко ошибаюсь в психологической оценке людей. Мы уничтожили почти всю банду, не потеряв никого. Те, кто выжил — теперь боятся нас больше, чем своего иблиса. И распространят по всей округе информацию о том, что Регуляторы, именно Регуляторы — страшные ребята, с которыми нельзя связываться, они просто убивают всех. А самый страшный там — Джей. Он срубил башку главе «воронов», и, смеясь, швырнул ее на его труп, помочившись сверху. А потом обрушил небеса на тех, кто был против него. Сегодня родилась легенда, которая будет защищать тебя куда круче, чем пара тяжелых пулеметов на стене.
Вова вздохнул:
— Даже если так… Джей, ты не вписываешься сюда. Ты слишком… безжалостный. Слишком готов жертвовать людьми ради победы. Это не то, чего я хочу для «Регуляторов».
— Понял. Значит, я уйду.
— Да. Завтра утром. Забирай свою технику, своих людей, трофеи. Можешь брать со складов все, что тебе нужно. И отправляйся в свой Ахтияр. Там тебе раздолье — воюй сколько влезет. Пряник поедет с тобой — поможет нам организовать взаимодействие. Я не говорю — мы теперь враги, но жить на одной территории мы не сможем.
Я кивнул:
— Хорошо. Вот только когда тебе понадобится моя помощь — а она понадобится, и скоро — помни свои слова.
— Я буду помнить, Жень. И все хорошее, через что мы прошли — тоже буду помнить. Но и вот это вот, сегодняшнее, я тоже никогда не забуду.
Мы допили в молчании. Потом я встал:
— Что ж, Вова, было приятно с тобой работать.
— И мне тоже, Джей. Несмотря ни на что.
Мы пожали друг другу руки. Крепко, по-мужски.
— Удачи тебе, — сказал он.
— И тебе.
Я вышел из кабинета. В коридоре стоял Пряник, опершись о стену.
— Подслушивал? — спросил я.
— Да. Вова попросил. Хотел свидетеля.
— И что ты думаешь?
Пряник пожал плечами:
— Думаю, вы оба правы. И оба не правы. Но такова жизнь.
— Глубокомысленно.
— Иди уже, Джей. Нам завтра выезжать, и лучше бы пораньше.
Я кивнул и пошел дальше.
В своей комнате я обнаружил Аньку. Она сидела на кровати, обняв колени.
— Вова попросил тебя уйти, да?
— Слышала или догадалась?
— А это важно?
— Наверное, нет. Да, он сказал, что нам двоим слишком мал этот городок.
Я сел рядом с ней, и обнял за плечи:
— Прости. Знаю, ты хотела остаться здесь.
Она посмотрела на меня:
— А ты? Ты хочешь уехать?
— Не знаю. С одной стороны — здесь безопасно, налажено, есть будущее. С другой — мне тут душно. Я… кажется, я больше не создан для мирной жизни, солнце. Я создан для… этого. — Я махнул рукой в сторону окна, за которым еще догорали костры на поле боя. — Строить схемы, побеждать там, где другие пасуют. И у меня это здорово получается.
— Для войны?
— Для действия. Для решения проблем. Для… движения вперед.
Она помолчала, потом сказала:
— Я еду с тобой.
— Аня…
— Не спорь. Я еду. Потому что если я останусь здесь, а ты уедешь — я сойду с ума от беспокойства. По крайней мере, рядом с тобой я буду знать, что с тобой происходит. Да и к тому же… есть у меня и еще одна причина.
Я поцеловал ее, не дав договорить.
— Спасибо.
— И да…теперь ты должен знать, что отвечаешь не только за нас двоих.
— Постараюсь. Стоп…что ты имеешь в виду?
— Именно то, что ты подумал, Бешенный Джей. Именно это. — Аня порывисто встала с кровати и отошла к окну. — У тебя будет ребенок.
Глава 10
Предательство
Анька уже уснула, сопя носом в подушку, а я все еще сидел на кровати и слушал ночные звуки базы. И ощущал я себя крайне странно. Казалось бы, ну что такого? Люди, занимаясь любовью, делают новых людей — это как-то не подвергается сомнению. Но вот то, что этот новый человечек будет моим, осознавать оказалось неожиданно странным и пугающим.
Я никогда не задумывался над собой в роли отца. А смогу ли я вообще им быть, ну… такой я, как сейчас? Вот со всем этим набором психозов, комплексов и фобий — какой из меня будет наставник? И вообще… как это — быть папой? И не спросишь ни у кого. Отца у меня никогда и не было. Дед умер, когда мне было двенадцать. Мужских примеров отцовства в моей жизни как–то разочаровывающе мало оказалось.
Впрочем, эту проблему я могу отложить на потом. Дети, слава богу, не рождаются сразу, и до момента появления у меня дочери или сына еще много времени. Но кое-какие планы придется поменять в корне. Никаких больше безрассудных вылазок в одиночку. Никакой ненужной героики. Теперь я отвечаю не только за себя и Аньку, но и за маленького человека, которого пока еще и в помине нет, но который уже заявил о своих правах на существование.
Я аккуратно, стараясь не тревожить Аньку, слез с кровати, оделся и вышел из «квартиры». Вдохнув кондиционированный воздух полной грудью, я вытащил из пачки сигарету. Что-то последнее время курение стало просто постоянной привычкой. Весь мир через привкус никотина. Пожалуй, стоит обратить на это внимание. А то до рака легких докурюсь, а мне теперь нельзя рак — лет еще двадцать минимум жить надо. А лучше все сорок.