"Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 1041

И трясет еще, дополнительно. Каждая дорожная кочка шлет привет и моей голове, и плечу.

С плечом особенно худо: я на нем лежу. На нем и на правой руке, которая одновременно и отнялась, и болит, вот так вот.

Ни черта не вижу, даже сосредоточившись на действии «разлепить веки, открыть глаза». Мешок у меня на голове, очевидно.

Сама голова, как ни странно, лежит на чем-то мягком, колышущемся… Подушку они мне подсунули, что ли⁈

…Нет. Неожиданно четко, ясно осознаю ситуацию.

Я в машине, в багажнике старого универсала, рядом с которым меня и вырубили. Того самого, с надписью про детские праздники. А это вот колыхающееся — это ростовой костюм клоуна, наполовину тряпичный, наполовину надувной. Я еду в багажнике, притиснут к этому клоуну, и, наверное, эта фигура меня закрывает от взглядов со стороны салона.

Там, в салоне — двое. Для троих на парковке не было места, где спрятаться. Но они разговаривали друг с другом, кто-то сказал «Петя». Значит — двое.

Меня куда-то везут, чтобы допросить всерьез.

Проверить гипотезу я не могу, но этого и не требуется. Понимание абсолютно прозрачное, как случается только в экстремальных ситуациях. Багажник универсала. Клоун. Двое. Да, всё именно так. Я здесь.

Руки у меня чем-то стянуты за спиной, хрен пойми чем: то ли веревки, то ли монтажные стяжки, любимые современными гангстерами.

Ладно.

Начинаю пытаться ворочать ими, разгонять кровь, шевелить пальцами и локтями. Больно, да. Терпи, Егор. Жизнь важнее.

…Куда везут, интересно? Вряд ли далеко — времени у них нет. С трассы свертков быть не должно, если мой дядюшка угадает, куда пуститься в погоню, налево или направо, «Урса» настигнет этот рыдван играючи. Значит, в ближайшее время меня вытряхнут и снова начнут допрос.

…А, стоп! Могли в само село завернуть. Оно большое, там явно можно найти уголок, чтобы на пару часов укрыться и сделать черное дело.

Вот только снаружи — шум ветра. Никаких тебе голосов, гудков или других звуков поселения. Да и скорость, судя по тряске, приличная. А еще вспоминаю, что мне известно о сервитутах: камеры там на каждом углу, вот что.

Значит, всё-таки по трассе везут!

Пока всё это раскидываю у себя в голове, продолжаю двигать руками. Как лягушка в той басне, блин, которая в молоко упала…

Вроде бы идет легче, сектор доступных движений стал больше, кисти теперь чувствую как положено, целиком.

Стараясь не шебуршать и не менять положения тела в целом, ощупываю пространство.

Точно, багажник. Рифленый пластик, а вот что-то похожее на порожек, а вот… Стоп. Это то, что я думаю? Да.

Где-то со стороны заднего сиденья, в углу багажника, пальцы рук, связанных за спиной, нащупывают… отвертку. Да, точно отвертка! Большая! Только вот что с ней делать?

Подобрав инструмент, безуспешно пытаюсь поддеть им веревку, или что там у меня на запястьях. Не реально.

В это время из салона доносится:

— Вон туда! В сторону чутка, с трассы… Да не в реку, Петруччо! Рано еще.

Пихаю отвертку в задний карман штанов — ну а какие есть варианты?

Тачка тормозит. Мои похитители без лишних слов оперативно выскакивают наружу.

Щелчок — открывается багажник. Кто-то сграбастал меня за куртку. Рывок!

Шмякаюсь, не успев сгруппироваться, на землю — на бок, как лежал. Снова дикая боль в плече… А потом пинок в другое плечо разворачивает меня на спину. Насколько это возможно со связанными руками, конечно.

Жесткий голос:

— Слушай сюда, пацан. Нам нужна вся информация про договор. Говоришь четко — остаешься в порядке. Мямлишь — будем резать тебя. Скажи, если понял.

Молчу. У меня на башке мешок — может, я сознание потерял? Они же не видят.

И… мне прилетает удар. Совсем неприятный — именно туда, куда джентльмены друг другу не бьют.

С шипением сгибаю колени — бац! Новый пинок — в колено! Которое и так болит!

— Дурака не валяй, — голос добавляет жести, — я вижу, что ты очухался. Еще раз. Скажи, если понял меня?

— П-понял, — выдыхаю внутрь мешка.

— Рассказывай про договор. Громко. Внятно. Быстро.…Петька, твою налево! Диктофон, ну?

— Включаю.

Страшно, честно говоря, до усрачки.

В башке пульсирует боль — и еще мысль о том, что нельзя, нельзя ничего говорить. Во-первых, сейчас наши появятся на «Урсе». (В этот момент, когда я валяюсь в снегу перед двумя отморозками, гном, киборг и внезапный уральский дядюшка — они самые что ни на есть наши! Роднее некуда!)

Во-вторых, если я скажу, чего эти черти требуют — меня тут же и прикончат. Или нет? Или… В голове туман, очень трудно соображать. Тупняк плюс смятение — ужасное сочетание!…А что я, собственно, вообще могу им раскрыть? Сам не очень-то много знаю! А что из сведений, которые я получил от Лодочника — секрет для этих парней?

— Что… конкретно рассказывать? — выдавливаю я.

И тогда мне в бедро втыкается лезвие. Чуть выше колена, со внутренней стороны. Жгучая, острая боль! Хрен поймешь, насколько глубоко!

Ору. Чья-то рука сдавливает мне горло, фиксирует шею. Ноги тоже кто-то фиксирует.

Шепот в ухо, через мешок — быстрый, громкий:

— Ща буду вести от колена вверх, понял? Отвечаешь нормально — веду медленно, пургу гонишь — быстро буду вести! Вопрос первый! В чем! Предмет! Договора!

Жжение тянется по бедру.

Я, задыхаясь, вываливаю рассказ, который услышал от йар-хасут.

Не весь! С купюрами! Формулирую на ходу, как могу. И по ходу рассказа…

По ходу рассказа я сам понимаю, что нет, нет в этих сведениях ничего такого! Нет бизнес-секретов, нету военной тайны! Это общая информация! Не верю, что кроме моего пропавшего папеньки, никто про это не знал!

Только сведения о трех неотклонных сделках — проглатываю. Давлю, заставляю себя смолчать.

Остальное — сбивчиво пересказываю, потому что, блин, очень уж некомфортно! Это не с Карасем взглядами меряться, это жутко! Где там мой чертов дядюшка с подручным киборгом⁈

Лезвие ползет вверх, рассекая штанину. Медленно. Этот урод больше давит, чем режет. Умом понимаю, но всё равно — паника!

— Второй вопрос! Как! Попасть! В Изгной?

— Жорик, погоди, я походу на запись не нажал.

…Давление на шею ослабевает, жжение в бедре — тоже.

— ПЕТРО, ГОВНОЕД! Ты гонишь, в натуре? В смысле, ты не записал⁈

— Да телефон — барахло, на морозе виснет…

— Петя, я щас тебя вот как его разложу, понял? И пилить буду! — рядом со мной происходят какие-то телодвижения, в ногах кто-то возится.

— Да не кипишуй, чо ты, Жорж! Я всё запомнил, как от зубов! Чайку хлебанул же… Дословно всё повторю, зуб даю!

— Мне насрать, Петя, что ты запомнил! Мне отчет нужен! А, с-сука! Включил?

— Вроде, да… — опять возня у меня на ногах.

— Вроде? Петруччо-на! В натуре тебе зубы выбить?

— Включил, Жора! Пишет!

И опять лезвие погружается мне в бедро. Опять ору! А что? Пока жертва орет — время идет. А время работает на меня.

— Второй вопрос-на! Как. Попасть. В Изгной!

Хриплю:

— Только из аномалии! Если встретишь портал или йар-хасут! Только так!

Сопение в ухо. Потом:

— Ты! Можешь туда! Провести? Ну?

— Специально — нет!

…И лезвие проворачивается у меня в ноге.

— Да нет, нет, нет, сука! Я туда сам случайно попал оба раза!

…Острая боль прекращается — почти райское облегчение, только есть нюансы.

Вновь хриплый шепот через мешок, лицо этого гада прямо рядом со моей лицом, только я не вижу:

— И третий! Самый главный! Вопрос! Скажи, что понял! Понял меня? Скажи, что не врешь! Готов отвечать?…Говори!

— Готов! Честно! Понял.

Лезвие дергается вверх.

— Как! Перезаключить! Договор! На другого? Говори, быстр-ро!!!

— Йа-а не…

— Быстро! Говори! Сука! Как???…Всё тебе там отрежу, понял⁈ Не хочешь — тогда отвечай!

И…

— Ритуалом! — ору я. — Перезаключить договор можно через ритуал!

Пауза.