"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ), стр. 1793

Впрочем, старший уже и сам думал об этом, так что займутся, пока дети на аэродроме, тут уже командование части обещало за ними присмотреть. А за нами пришли машины. Куда Якова увезли, не знаю. И да, автомат с подсумками я у него забрал. Так отберут же, а это подарок. Обещал позже вернуть. Так вот, куда Якова повезли не знаю, там отдельная машина, а меня на Лубянку. Там шли опросы что и как было, так что описывал. Девятнадцать страниц вышло, основное водичка, но как в Берлине действовал, описал подробно. Особенно впечатлило как взял Гиммлера и взорвал его в той машине, что Якова перевозили. Посетовали что живым не привёз. Впрочем, мы не обольщались, скорее всего в то, что Яков погиб во взрыве, немцы не поверили, потому такие широкомасштабные поиски и проводили. Про детей и где они, тоже описал. Ближе к обеду пришёл Берия, свежий и выспавшийся. Прочитал при нас листы опроса, и довольно кивнул, всё того устроило. Я же сказал, обращаясь к наркому, хотя он уже не нарком, подняли выше, но руку на пульсе держит.

— Я выполнил обещание. Жду отпуска. Есть только одна просьба.

— Да, говори, — кивнул Берия.

То, что в кабинете два следователя, явно люди наркома, нам не мешало.

— Я в курсе как меня топили недруги, кем бы они не были. Под вышку подводили, и только неимоверными усилиями сотрудников наркомата я отделался легко. А потом совсем разобрались, реабилитировали. И я запомнил, и чувство благодарности тоже имею. Я не люблю долги, а тут как не крути, должок у меня имеется. Хочу закрыть. Например, Хрущёв. Могу доставить его в целостности, причём согласен, даже желаю этого, чтобы меня в рапортах не указывали. Пусть его добыча будет чисто заслуга работников госбезопасности. Я считаю, что так закрою долг. Как вы на это смотрите? Кстати вон на столе пачка берлинских газет, от двухмесячной давности до сегодняшних дней. Там Хрущ в форме генерала Вермахта, обливает товарища Сталина такими помоями, не передать, называя его и время его правления, культом личности, тираном и диктатором, власть которого этот хряк с трудом выдержал. Так и плакался какой он бедный, страдал при товарище Сталине. Много что рассказывал, не скрывая и не стесняясь.

— Изучим, — пообещал Берия, мельком глянув на стопку. — Там решим.

Сомневаюсь, что агенты не доставляли подобные газеты, но тут полная подборка по Хрущу, все статьи с ним. И это не я собирал, у Гиммлера на столе увидел, тот зачем-то их копил, вот и прихватил. Также тот согласился поспособствовать решению с детьми, документы оформить. Соне учиться нужно, а то десять лет, а она по слогам читает, мать научила. Война началась, когда та в первый класс должна была пойти, но не получилось, Минск взяли через неделю после начала войны. В принципе, на этом всё, мне вернули документы, дальше оформляли отпускное удостоверение, ровно тридцать суток, как я и просил. Переоделся в свою форму, помылся под душем, посетив квартиру. Машину из гаража Генштаба выдали. И да, оформили детей на меня быстро, уже в квартире их заселил, домработница присматривала, когда вызвали к Берии. А всего третьи сутки пошли как прилетели, я тут в запарке ношусь с детьми. Их ещё в поликлинике обследовали. А так в газете первая статья вышла о тех бедах, что с детьми приключились. Фото было то, где бойцы заносят детей в столовую в одеялах. Один политрук сделал. Фотоаппарат имел. Личный или служебный, не знаю. Да и зря политруком называю. Таких званий больше нет, по привычке скорее, замполиты они теперь. А статья мощная, профи работали, меня тоже опросили. По сути взрыв народного гнева вызвали. В основном же такая информация не подавалась, больше фоном. Мол, зверства есть, но без подробностей. А тут страшные и немного наивные ответы Сони на вопросы, пробирали до костей своей жутью. И её фото, со взглядом взрослого человека.

Также дана информация, что я взял детей себе на воспитание, если родителей не найду после войны, то и дальше. И ведь выпустила цензура. Видимо сверху дали добро. А я уже готовился отбыть, всё, сегодня получил отпускное удостоверение, отсчёт пошёл, как стемнеет, вылетаю с детьми в Алексеевск. На американце. А тут к Берии. Повезли не на Лубянку, где тот уже не работал, но свой кабинет всё ещё имел, в другое место. Сначала пообщались, узнал, что у меня и как, потом тот и сообщил, САМ дал добро. Хрущ должен быть живым и здоровым доставлен сюда.

— У меня отпуск, сегодня отсчёт пошёл, — напомнил я.

— Заморозим. Заброс сегодня. Сейчас тот в Минске, по последней информации. Как политическая фигура активно формирует армию из предателей, объезжая лагеря военнопленных. Начали формировать шесть полков и несколько батальонов. В них и карательные части включают. Про литовцев точно известно. Это последние сведенья о нём от подпольщиков.

— Хорошо. Разрешите пока день, отвезти детей к жене, как раз вернусь к вылету. По времени успеваю.

— Добро.

Тот решил всё быстро, пойдя на встречу моей просьбе. Прямо от него на аэродром, там «мессер» готовили, тот самый, перекрасив в наши цвета, пилот был, что уже к этой машине приписали, к связной эскадрильи. Сюда же детей привезли. Я не успел им одежду купить, служащие аэродрома наносили ворох, бойцы что их привезли, часть взяли, в багажный отсек убрали, и вот так вылетели. Я с малыми на заднем сиденье, Соня рядом с пилотом, гордая, с наушниками на голове. Полёт особо не запоминался, я вздремнуть смог. Посадка в Казани, на дозаправку, у лётчика талоны были. Нас ждали, заправили. Дальше я уже спереди сидел, за штурмана. Подмораживало уже, не развезло, сели на дорогу, где я это обычно делаю. Нас встречали. Я ещё вчера телеграмму дал, чтобы вскоре ждали. Так что лётчик у машины курил, через час обратно, прямой рейс, как раз топлива хватит, тот в курсе, а я с набежавшим народом, что часть вещей несли, к дому тёщи. В форме, шинель комсостава, фуражка. Так что встречали. Оказалось, Дина в курсе, газеты ещё не дошли, но историю эту по радио сообщили. Так что принимали детей. Те всё ко мне жались, но тёща с женой старались растопить этот ледок недоверия. Даже её двоюродные братья прибежали, это им я удочки дарил. Матушку посетил, обнимались, как и с сёстрами. С главой поговорил, описав что и как по детям. Кстати, документы по опекунству пока Дине отдал, и денег наличными. Три голодных рта появилось. Тем более у них особая диета. Врачи расписали.

Как бы не хотелось остаться, а про отпуск сообщил, мол, выполню особое задание и уже отпуск будет, это благодарность командования, пусть ждёт, а сам обратно. Так и спал весь полёт. Вовремя вернулся. Тут же на аэродроме ответственному сотруднику сдал форму и документы, получил обезличенную красноармейскую, ватные штаны, телогрейка и шапка-ушанка, вещмешок с припасами, и уже на «Ли-2» в тыл. Причём, снова левым пассажиром. Группу забрасывают. Они раньше сходят, а меня дальше. Вот сидел на десантной лавке, горб вещмешка спереди, и размышлял. Меня ведь не зря Хитрым Лисом прозвали. Не за то, что я весь такой хитрый и плутоватый, а за то, что я в любом положении оказываюсь в лучшем бытовом благополучии, чем другие. То есть, умею устраиваться лучше, чем все другие. У меня на это моя хитринка заточена. Например, чан с дер*мом. Все по шею стоят, а я на надувном матрасе со стаканом коктейля вокруг них дрейфую. Пример грубый, но вполне в тему. Поэтому завистники так и прозвали. А Злюкой, что не делюсь со всеми. Если только со своими. Тут я своих привычек не изменил. Старался жить со всеми удобствами. Что кстати Дине очень нравилось, и она такие стремления поддерживала. Вон, когда узнала о спасённый детях, пусть евреях, поддержала меня. Так что расцеловал ту, сынишку, пощекотав, и даже подержал младшего сына на руках. Месяца нет, совсем крохотный свёрток. Жаль, что всего час, но предвкушаю целый месяц. Обычно такие обещания власти держат.

Почему я особо не сопротивлялся и вполне давал развиваться такой известности? А я ждал. Ждал что тут ещё какой перерожденец окажется. Вон, повезло. Маг сам меня нашёл, сделка была, оба довольными остались. Так может ещё кто есть или будет? Не сам, так письмо пришлёт. Я и письма все читаю, много приходит, со всего Союза. Мало ли кто напишет и сообщит кодовые слова, показывающие что тот переселенец. Пока глухо, но я не терял надежды. Жду. Вон четыре мешка писем скопилось за лето. Два у меня в хранилище, почитаю в свободное время, два на квартире. И до них очередь дойдёт. А дальше сброс, в районе Могилёва. Чуть позже самолёт полетел обратно, а я на американце долетел до окраин Минска. М-да, всё ПВО поднял. Всё же вот для таких диверсионных действий, «Шторьх» отличное транспортное средство. Тихое. Буду копить место для него. Еле уйти смог, ночь помогла. Хотя немцы даже прожектор задействовали, но светил он не в небо, а по земле шарил, туда-сюда. Всё равно скрылся среди домов. И хорошо снега нет, хотя уже скоро конец октября, следы бы мои выдавал. За остаток ночи я уничтожил польский карательный батальон, а у него тут казармы постоянной дислокации, из четырёх рот на месте три было, и проредил формируемый полк РОА. Да со злости, Хруща тут не было, ещё вчера днём улетел в Варшаву. Освободил три лагеря, включая гетто, тюрьму и казематы Гестапо, ещё затемно на итальянце рванул в Варшаву. Правда, задержался у Бреста. Со слов Сони, про это в газетах тоже было, в вагоне было четыре десятка детей, почти всех матери через пробоину старались аккуратно сбросить. Кроме грудничков.