"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1463
— А с чего бы ему захотеть? — уточняю язвительно.
Попросить? Я бы попросил. К черту гордость, ради Молли я бы попросил… да, самого черта. Но что-то подсказывает мне, что с Рикардо Тайлером простого «пожалуйста» не хватит. А предложить взамен нечего.
Ловлю на себе пристальный взгляд.
— А если бы ты предложил ему, что порвешь с Морган и тем самым склонишь ее к браку с ним? — предлагает неожиданно.
Хмурюсь. Шутит, что ли?
Кинуть Миранду на амбразуру, чтобы спасти Молли? Этот план казался мне очень логичным и правильным еще совсем недавно. Но сейчас… Нет. Нет, и все. Ее довольно била жизнь, я так с ней не поступлю.
Качаю головой.
— Не обсуждается.
Лицо Тайлера светлеет.
— Ты даже не представляешь, как мне нравится твой ответ.
Проверка на вшивость? У меня даже нет сил и желания возмутиться. Бог с ним: хочется — пусть проверяет, сколько ему угодно. Плевать.
— Еще варианты? — интересуюсь мрачно.
— Я могу его попросить, — предлагает уже с большим энтузиазмом. Видимо, результат моей проверки ему пришелся уж очень по душе. Ну конечно, я же отказался подставлять под удар его мать.
— И с чего бы Рикардо Тайлеру соглашаться?
— Потому что я его любимый и, кстати, единственный племянник?
— Это вопрос?
Лаки усмехается; характерным жестом ерошит волосы на затылке.
— Это утверждение. Результат не гарантирую, но попытаться могу. Рикардо редко отказывает, когда видит, что для меня что-то действительно важно. — Не успеваю задать вопрос, как он отвечает на него сам: — А для меня это важно.
Смотрю недоверчиво. Ну хоть убейте меня, не верю я в подобную бескорыстность. Да, объяснение с чувством вины из-за наркоторговли матери звучит правдоподобно. Но в эту причину прекрасно вписывается отправка письма в клинику моей сестры. Даже доставка аптечки среди ночи — вписывается. А вот уговоры своего дяди, одного из самых влиятельных людей во Вселенной, вмешаться в дело зарубежной разведки — не вписывается категорически.
Наверное, все это настолько красноречиво написано на моем лице, что мне не приходится ничего говорить: Тайлер понимает сам.
— Я желаю Миранде счастья, — сообщает, не отводя глаз и смотря на меня в упор.
Он настолько серьезен, что я даже не знаю, как реагировать: сначала усмехаюсь, потом качаю головой, сжимая пальцами переносицу.
— Слушай, не хотелось бы тебя разочаровывать и заодно выбрасывать свою последнюю соломинку. Но если ты думаешь, что нас с Морган ждет свадьба, куча ребятишек и счастливая совместная старость…
Прерываюсь, потому что Тайлер продолжает смотреть на меня в упор своими ярко-зелеными глазами. Они настолько яркие, что у меня закрадывается сомнение, не линзы ли это.
— А ты не думаешь? — вот такой короткий вопрос в лоб.
Очередная проверка?
— А я никогда не загадываю наперед, — огрызаюсь.
В данный момент я дико хочу быть именно с этой женщиной столько, сколько это возможно. Но обсуждать наши с ней отношения с ее сыном, тем более давать какие-то обещания — не стану ни за какие коврижки.
— Ответ принимается, — усмехается Тайлер. — Но я серьезно. Попробую уговорить Рикардо.
Не похоже, что на этот раз он шутит.
Развожу руками.
— Поговори.
Кто же его остановит? Точно не я, потому как надеяться мне больше не на что.
Лаки отводит взгляд, смотрит куда-то в сторону, барабаня пальцами по столешнице.
— РДАК дал тебе месяц, и главное — уложиться в этот срок. Вдруг все-таки они не врут и штука в твоей руке правда самоуничтожается… — рассуждает вслух.
Жду, что Тайлер продолжит свои рассуждения, но молчание затягивается.
А, к черту. Щелкаю кнопкой чайника и готовлю себе еще одну порцию кофе. Пусть себе думает, стула мне не жалко.
Но вот кофе готов и наполовину выпит, однако Лаки так и сидит за столом, разве что немного изменил позу: закинул ногу на ногу, а подбородок подпер ладонью.
— То есть мне не идти сдаваться СБ? — уточняю, смирившись с тем, что этак ждать продолжения можно бесконечно.
Тайлер-младший бросает на меня взгляд исподлобья и снова отводит.
— Закроют до выяснения, — отрезает.
А еще получат повышение за раскрытие заговора. А выясняться дополнительные обстоятельства могут в подобных структурах годами, это я и сам знаю. Проблема в том, что если у меня эти годы еще есть (вытащат маячок — и сиди-дожидайся справедливости), то у Молли — наверняка нет.
— Угу, — вздыхаю, допивая свой кофе залпом.
Слава богу, на этот раз Лаки надолго не замолкает.
— Значит так. — Не просто поворачивается ко мне, а ставит обе ноги на пол и упирается в колени локтями, подаваясь корпусом вперед и сокращая между нами расстояние. — План такой: я поговорю с Рикардо в ближайшее время, как только поймаю его в подходящем настроении. Ты пока не высовываешься и ждешь. Вероятно, дядя захочет поговорить с тобой лично. — Морщится. — И не один раз, полагаю.
— Без проблем, — киваю. Поздно бояться кого бы то ни было, нужно что-то делать. — А я полагаю, что до этого мне следует признаться во всем Морган, — продолжаю уже не столько собеседнику, сколько себе.
При всех этих шпионских историях, сомневаюсь, что Миранда спокойно воспримет информацию о моей связи с заграничной разведкой. Но тут выход один — сказать и уже потом разбираться с реакцией.
Лаки смотрит серьезно.
— Лучше скажи, — соглашается, но потом все же умудряется свести все в шутку: — Если что, попытаюсь ее отвлечь, когда она станет отрывать тебе голову.
Корчу в ответ гримасу.
Шутки шутками, но пацан прав: чем раньше я все расскажу, тем лучше.
Глава 30
Морган
Еще один день без Ригана в ЛЛА.
Знаю, что он все еще отлеживается после отравления, и знаю, что его совершенно точно нет в Академии, но все равно ищу Джейсона взглядом в коридорах, а на занятии в группе 11А мой взгляд то и дело останавливается на пустом месте за столом рядом с Лиамом.
Это похоже на манию, на паранойю. Еще месяц назад я знать не знала никакого Джейсона Ригана. А на прошлой неделе была уверена, что нас с ним связывает только животный инстинкт. Тогда почему я уже второй день не нахожу себе места при мысли о том, что он нездоров?
Подумать только, получив вчера от Джейсона сообщение, в котором говорилось, что с ним все в порядке, я полчаса сидела и просто улыбалась. Настолько долго, что, когда сумела трезво соображать, поняла: писать ответ поздно, отчет о прочтении пришел ему слишком давно.
Увы, вывод неутешителен: я, почти что сорокалетняя, взрослая женщина, по уши влюбилась в своего студента, молодого человека, которому еще нет и тридцати. Более того, что мне о нем известно? Только то, что он быстро соображает, схватывает все на лету, не боится скорости и безумно хорош в постели. Все остальное — сухие скомканные данные из досье и то, что удалось выяснить людям Рикардо. Сестра — наркоманка, отец и мать написали отказ от родительских прав. Пугает ли меня это? Нет, нет и еще раз нет. В конце концов, родители отказались и от меня. А что до сестры — мы не знаем всей правды. К тому же я давно поняла: люди не всегда несут ответственность за поступки близких.
Взять того же Гая. Он идеальный ребенок, умный воспитанный, добрый. А Изабелла… Маньячка с манией величия, которая была готова выстрелить в голову собственному сыну из-за того, что он угрожал ее бизнесу. Сыну, которого родила по чужому приказу и бросила в младенчестве. Даже зубы сводит от одного воспоминания об этой женщине. Но разве Лаки и Гай виноваты в том, кем была их мать?
Как хорошо, что Гай не знает о ней и половины правды. Ему было бы слишком больно.
Наступает вечер второго дня, как я не видела Джейсона. Скучаю, как бы глупо это ни было, скучаю.
Несколько раз мазохистски пытаюсь воскресить в памяти образ Александра, вспомнить, как любила его, чтобы доказать себе, что все, что происходит сейчас, лишь легкое увлечение. Но терплю оглушительное фиаско. Воспоминания об Александре Тайлере приносят лишь светлую грусть. Я помню свои чувства к этому человеку, свою любовь и восхищение им, но это лишь прошлое.