"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1432

Боже, надеюсь, она жива? Пролистываю назад, ищу строку глазами, нахожу: возле имени Марии Л. М. Риган стоит только дата рождения. Значит, жива, просто Лаки не стал лезть в дебри и раскапывать еще и ее биографию. Он, конечно же, прав, это просто любопытство. Сестра Джейса и ее судьба мне без надобности, я ее не увижу никогда в жизни.

Звонит интерком.

— Да, Барб? — отзываюсь.

Очень уж она любит жать на кнопку, вместо того чтобы заглянуть и спросить по-человечески. Побаивается. Зато, когда Лаки у меня, ее за уши не вытащить из кабинета.

— Капитан Морган, к вам посетитель.

Кого несет? Почему-то в первое мгновение думаю о Рикардо. Кому же еще взбредет в голову прийти без звонка или предварительной договоренности? А коллеги по академии не станут просить Барбару оповещать об их визите и просто войдут.

— Кто? — спрашиваю и широко распахиваю глаза, получив ответ:

— Мистер Лукас Ньюман.

***

С Лукасом Ньюманом мы не знакомы. Видела его пару раз на официальных приемах, на которые вытаскивал меня с собой Рикардо. Соответственно, и тот видел меня и, естественно, знает, кто я такая (а кто не знает?), но официально представлены мы не были. Тем неожиданнее его визит.

Незваный гость входит и прикрывает за собой дверь.

Сижу за столом, даже не пытаюсь встать: во-первых, я женщина, во-вторых, это он пришел в мой кабинет.

Ньюман — крепко сбитый мужчина лет сорока с коротко стриженными рыжими волосами и вздернутым носом, покрытым веснушками. С детства недолюбливаю рыжих и курносых, так что визитер подсознательно не нравится мне сразу. Плюс он конкурент Рикардо, а с Тайлером мы практически семья. Так что с чего бы мне любить его оппонента?

— Добрый день, Миранда, — произносит Ньюман с широкой улыбкой.

Даже так? Миранда? Он ничего не перепутал?

Сверлю его взглядом и даже не пытаюсь скрыть свое удивление и от его визита в принципе, и от обращения.

— Прошу прощения, но мне кажется, мы не столь близко знакомы, чтобы звать друг друга по имени, — спешу сразу внести ясность в наши отношения, вернее, в их полное отсутствие. — Вернее, вовсе не знакомы. А по имени ко мне обращаются только очень близкие люди.

Однако улыбка Ньюмана сияет на его лице как приклеенная, и моя ни капли не дружелюбная реплика его не смущает.

— В таком случае, как мне следует к вам обращаться?

Пожимаю плечом.

— По званию, по фамилии — как вам будет удобнее.

Улыбается еще шире, хотя, казалось бы, куда еще более широко: такое чувство, что еще миг — и кожа на его лице просто треснет, как на перетянутом барабане.

— Значит, слухи не лгут, и вы предпочитаете, чтобы вас называли Морган.

Мое же лицо вытягивается. То есть он знал, что называть меня по имени не следует, но все равно проверил. Вдруг именно ему я это позволю? Вот это самомнение.

— В отношении меня слухи, как правило, правдивы, — сообщаю прохладно.

Надеюсь, ему рассказали, что я бешеная стерва, которую лучше не выводить из себя лишний раз.

— Могу я присесть? — спрашивает, а сам уже водрузил свою широкую пятерню на спинку гостевого кресла.

Наглый и самоуверенный — где-то я это уже видела. Кажется, у Рикардо появился достойный противник. Не зря же он сумел пошатнуть уверенность в себе даже у непрошибаемого Тайлера.

— Ну, раз уж вы уже пришли… — Делаю приглашающий жест рукой. — Присаживайтесь. — С готовностью принимает приглашение и замирает, очевидно, ждет, что я предложу ему чай или кофе, как это было бы любезно с моей стороны как хозяйки. Перебьется. — Мистер Ньюман, чем обязана? — вместо этого спрашиваю прямо.

— Зовите меня Лукас.

— Как скажете, — соглашаюсь и тут же перефразирую: — Лукас, зачем вы пришли?

— Познакомиться.

— Хм… Очень приятно.

Он и вправду мне не нравится. У этого человека очень фальшивая улыбка: она категорически не сочетается с выражением глаз.

Ньюман делает театральную паузу, затем вздыхает.

— Полагаю, вы уже в курсе предстоящих выборов и того, что главными конкурентами на них будут два кандидата.

Да ладно, все-таки не верю. Если он и конкурент Рикардо, то только по наглости и бахвальству.

— Вы самоуверенны, — откликаюсь.

— Не без этого, — ухмыляется, сочтя мои слова за комплимент. В общем-то, это был совсем не он, но да бог с ним: и с Ньюманом, и с комплиментом.

— Лукас, ближе к делу, пожалуйста. — Красноречиво опускаю взгляд на разбросанные передо мной по всему столу бумаги. — Я немного занята. Если бы вы предупредили меня о своем визите, то я непременно выделила бы для вас время.

Намек снова не понят: уходить гость не торопится.

— Как я уже говорил, я пришел познакомиться и уточнить, какова ваша позиция на предстоящих выборах. За кого вы планируете голосовать?

Угадай с трех раз, придурок.

Холодно улыбаюсь.

— Мне кажется, моя позиция предельно ясна.

А теперь светлые глаза под густыми рыжими бровями превращаются в щелки.

— Тайлер.

— Он самый, — киваю.

Не думает же Ньюман переманить меня на свою сторону мифическими бесплатными обедами в школах?

— Так я и предполагал, — горестно качает головой. — И мне бы хотелось это изменить. — Да неужели? — Вы, Морган, персона публичная. Вы знамениты, о вас говорят, на вас смотрят… — Меня ненавидят и боятся, он забыл упомянуть. — Уверен, ваша поддержка принесла бы мне не одну сотню голосов. Сколько студентов сейчас учится в ЛЛА? Не сомневаюсь, все они взяли бы с вас пример и проголосовали бы правильно.

Правильно — глядите-ка. Самомнение уровня «бог».

— Они и проголосуют правильно, — соглашаюсь. — Как им велит сердце, — улыбаюсь, не скрывая издевки.

— И все же, — не сдается курносый визитер, — я бы хотел заручиться поддержкой Совета академии.

Рикардо — главный спонсор ЛЛА. Хоть и неофициально, но тут все решает он. Неслыханная самонадеянность — пытаться перекупить академию у Тайлера. Во-первых, страшно дорого, во-вторых, тот вцепится в нее зубами и не отдаст.

— Хорошо, — неожиданно «добрею»; переплетаю пальцы на столешнице и чуть подаюсь вперед, поближе к собеседнику. — Вы уже говорили с остальными членами Совета? С Оливером Ноланом? Клариссой Снич? Я член Совета академии, но не его глава.

— Тем не менее только вы одна близко контактируете со студентами. Они пойдут за вами.

Хм, а это идея. Завтра же велю повесить в аудитории портрет Рикардо Тайлера с каким-нибудь зычным лозунгом.

Как же я терпеть не могу, когда на меня давят.

— Скажем так… — Ньюман подается к столу, берет карандаш и, даже не подумав спросить разрешения, что-то пишет на оборотной стороне одного из моих документов. Я взбешена, честное слово. — Вот. — Поворачивает ко мне листок. Смотрю на число с кучей нулей, вопросительно приподнимаю брови. — Это сумма, которую я готов вложить в ЛЛА в случае вашей гарантированной поддержки моей кандидатуры. Это новое оборудование, увеличение заработной платы сотрудникам, рост стипендий… — перечисляет, смакуя каждое свое слово и победно загибая короткие, едва ли не квадратные пальцы.

Похоже, кто-то решил, что я у него в кармане. Вместе со всей академией в придачу.

— Это щедро, — отзываюсь равнодушно. Но, чего уж скрывать, предложением я впечатлена.

Впрочем, если сократить армию, как планирует Ньюман, то из бюджета освободится куда более внушительная сумма.

— Итак, ваш ответ? — уточняет, очевидно, в своей голове уже празднуя победу.

— Мой ответ: нет.

Мне таки удается сбить с него спесь. Ньюман удивленно моргает: был уверен, что все уже на мази.

— Что значит «нет»?

— В данном случае «нет» — это отрицательный ответ, — подсказываю. Забираю оставленный им карандаш и демонстративно убираю его в подставку.

— И все же подумайте, — не желает сдаваться и вновь применяет свою слащаво-фальшивую улыбку.

— Непременно, — обещаю. — Простите, Лукас, но у меня еще много работы, — уже не намекаю, а откровенно выставляю его вон.