"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1369

— Ты думал о том, что будет, если мы все-таки выберемся и сумеем связаться с твоим дядей?

Все же решаю надеть именно ту футболку, чтобы по-детски хоть чем-то насолить Изабелле. Натягиваю через голову.

— А что тут думать? — отзываюсь, просовывая руки в рукава. — Мы заживем долго и счастливо, а остальное — дело Рикардо.

Но Ди не перенимает мой шутливый тон.

— А Изабелла? А Гай? Руководство будут судить, и смертная казнь им обеспечена. Твой брат…

Вздыхаю. Ненавижу серьезные разговоры с утра. Ладно, вообще их терпеть не могу.

— Ди, — подхожу, сажусь рядом, пока у нас еще есть несколько минут, — думать я думал, но не уверен, что тебе это понравится.

Девушка внимательно вглядывается в мое лицо.

— Ты хочешь попросить дядю спасти Изабеллу? — догадывается.

Дергаю плечом.

— Вроде того. Если бы не Гай, я, может, и не стал бы вмешиваться. Но он еще маленький, его отец давно в могиле, Изабелла — его семья.

— А ты?

— Я — это я, а мать — это мать, — по мне, все очевидно.

Вот чтобы я делал в десять лет без Морган? Да вообще не представляю. Нельзя лишать ребенка матери, если есть хотя бы шанс этого избежать.

— И твой дядя сможет ее вытащить? — спрашивает с сомнением.

Усмехаюсь.

— Поверь мне на слово, когда Рикардо чего-то хочет, он этого добивается. Его напор не так-то просто игнорировать.

— А он захочет?

— Если я его попрошу, — отвечаю.

Во взгляде Дилайлы недоверие. Что ж, можно утешить Рикардо, его дурная репутация таки вышла далеко за пределы Лондора.

— В том, что для меня по-настоящему важно, дядя никогда мне не откажет, — добавляю, после короткой паузы.

Каким бы ни был Рикардо Тайлер, и каким бы его ни считала общественность, я — его главная слабость, ахиллесова пята. Он много лет считает себя виновным в смерти моего отца, поэтому подспудно пытается дать мне все, что не успел дать своему младшему брату. Ну, и, естественно, защитить, как не сумел защитить его. В общем-то, на тему "защитить" у нас с ним и происходит большинство конфликтов: будь его воля, дядя держал бы меня в сейфе и протирал тряпочкой, чтобы не запылился.

Терпеть не могу давить на Рикардо и пользоваться его чувством вины, но оставить своего младшего брата на произвол судьбы не могу. Даже если я буду рядом, это не изменит того факта, что по моей же вине он останется сиротой.

Ди попала в точку, я думал о судьбе Изабеллы и не раз. И если быть честным, дело не в одном Гае — я не желаю ей смерти. Несмотря ни на что. Может, все потому, что она в конечном счете права, и я наивен и оторван от реальной жизни? Но эта женщина меня родила, и мне не все равно.

Естественно, никто не отпустит ее на все четыре стороны. Но если мы выберемся, то непременно попрошу Рикардо поучаствовать в ее судьбе, например, отправить на какую-нибудь тихую планету вдали от основной жизни Вселенной. Тут уж решать ему, мне важно лишь, чтобы она осталась жива и ее не разлучили с сыном.

— Считаешь, я не прав? — спрашиваю прямо, ловя взгляд Ди.

Она качает головой.

— Считаю, она не заслуживает такого сына.

— Не делай из меня ангелочка, — прошу с усмешкой. — Я же избалованный "золотой" мальчик, помнишь?

Дилайла морщится.

— Я ведь признала, что была не права.

— Еще как права, — подмигиваю, быстро встаю и протягиваю ей руку, а то еще, чего доброго, опоздаем на священную трапезу, завтрак то есть. — Я жуть какой избалованный.

Девушка улыбается, крепко сжимает мои пальцы.

Сижу и бессовестно копаюсь в базе Пандоры, вместо того чтобы всерьез заняться работой. Вилли то вновь ходит, то сидит у стены на специально принесенном для этих целей табурете, поглядывает в сторону окна или прислушивается к шуму за дверью.

Натыкаюсь на информацию об отходящем завтра с планеты судне. Цель отбытия значится как: "поставка медикаментов и материалов". Интересно, каких таких материалов? Надеюсь, не новой порции рабов, так, на всякий случай?

Корабль под названием "Клондайк" уже находится на орбите и ждет оставшуюся часть экипажа.

Поглядываю на охранника, убеждаюсь, что он делает то, зачем его сюда приставили, а именно: охраняет и ни во что не вмешивается, — и пытаюсь получить доступ к системе "Клондайка".

В голову приходит идея устроить диверсию, но это все дурость — какой мне от этого прок? Угробить людей из мести? Кому это надо?

Доступ к кораблю есть, но запаролен так, что сходу не пробиться. Хм, а это интересно. Наконец-то, достойная задачка для мозгов.

Бьюсь не меньше часа, доступ многоуровневый: проходишь одну ступень защиты, тебе тут же преграждает путь вторая.

— Ты чего там подпрыгиваешь?

— А? — вздрагиваю от неожиданности. Увлекся.

— У тебя такое лицо сейчас было, — поясняет Вилли свои слова.

— Какое? — оглядываюсь на него через плечо.

— Да будто ты без антенны связался с зелеными человечками из соседней галактики, — и сам смеется над своей шуткой.

Н-да, верю, это у меня бывает — чересчур углубился в процесс, потерял связь с реальностью.

— Да тут кое-что не получалось, — отмахиваюсь.

— Получилось? — уточнят, впрочем, без особого интереса.

— Ага, — отвечаю автоматически, а затем поворачиваюсь к экрану и вижу на нем: "Доступ разрешен". — Эгей, — провозглашаю победно. — Получилось.

— Ты чокнутый, — высказывается Вилли.

— Есть немного, — соглашаюсь, а сам уже копаюсь в данных, но на этот раз не забываю присматривать за тем, чем занят охранник.

Даже не знаю, что мне надо от несчастного "Клондайка", но какое-то шестое чувство не позволяет просто дать ему улететь с миром.

А что если… Нет, бред, мы никак не сумеем на него попасть, даже если угоним катер. Часть команды уже на борту, и они вооружены. Да и отходит "Клондайк" завтра, а у нас еще ничего не готово.

Но руки так и чешутся сделать хоть что-нибудь.

А что если попытаться запрограммировать бортовой компьютер на подачу сигнала? Меня ведь наверняка ищут. Вдруг поисковые корабли окажутся близко с судном с Пандоры? Успех маловероятен, но помощь в побеге нам бы не помешала.

Проверяю систему и убеждаюсь, что да, могу заложить в программу подачу сигнала, более того, его можно спрятать так, что на самом "Клондайке" не заметят трансляцию и преспокойно продолжат двигаться по своим делам. Но тут встает другой вопрос: что это должно быть за сообщение?

Простое "Помогите" точно не поможет, даже если добавить к этому координаты, которых, я кстати, так и не знаю (нигде не нашел). Любая просьба о помощи может привлечь сердобольных посторонних, никак не связанных с Лондором. И что тогда? Они выйдут на связь с "Клондайком". И в лучшем случае, те просто догадаются и отключат сигнал, в худшем — разберутся со свидетелями. Нет, так не пойдет.

Но идея послать сообщение уже захватила меня. Думай, думай, что не привлечет чужое вмешательство?

Некоторые корабли засоряют эфир, транслируя так музыку и отчего-то полагая, что пролетающим мимо судам интересен их репертуар. Песня — отличная идея, и точно никого не удивит. Но какая, черт ее дери, песня? Нет у нас с Морган и Рикардо своей песни. Это у романтических пар бывают общие песни с особым значением, а в безумных семейках весело и без музыкального сопровождения.

Но если не песня, тогда… что?

Душно, закатываю рукава футболки, и тут мой взгляд падает на татуировку. На пару секунд даже зависаю, разглядывая ее. А что? Почему бы и нет? Латынь никогда не выходит из моды. В крайнем случае, ее примут за незнакомый язык.

И я решительно ввожу в поле фразу: "Саrре diеm".

Конечно, мало надежды на то, что это сработает и звезды сойдутся так, что кто-то, ищущий меня, окажется на пути "Клондайка" и заинтересуется фразой на языке, мертвом уже много веков. С другой стороны, чем черт не шутит? Пусть будет. У любого поискового отряда должны быть мои подробные приметы, а тату — примета запоминающаяся.