"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1359

Мы сидим на кровати, Ди расположилась между моих ног, прижалась спиной. Мой подбородок на ее плече, руки — под грудью.

— Отца тогда просто сломало, — продолжает, помолчав. — Мы думали, он или свихнется, или наложит на себя руки. Если бы не Мэг, не знаю, чтобы с ним было. И со всеми нами.

— Она его любит. Я заметил.

— Угу, — вздыхает Ди, ерзает, поудобнее устраиваясь в моих объятиях. — Всегда любила, еще при маме. Но она была ее подругой, а папа никогда не замечал других женщин. Мэг даже уходила от нас, как раз за несколько лет до маминой смерти. Вышла замуж, пыталась начать новую жизнь и забыть.

— И что? — подталкиваю, потому что девушка надолго замолкает.

— Вернулась. Развелась и прилетела. Не знаю подробностей. Помню только, что, когда Мэг вернулась, они заперлись с мамой в каюте и просидели там несколько часов. А вышли с красными глазами, но держась за руки. Я тогда не придавала этому особого значения. Брак моих родителей был чем-то незыблемым, а меня волновало лишь то, что я учусь дистанционно, в то время как мои ровесницы ходят на вечеринки и встречаются с парнями.

— О, ты училась дистанционно? — проявляю живой интерес, желая отвлечь Ди от грустных мыслей.

— Всегда, — подтверждает. — И жутко завидовала тем, кто посещает обычные школы, сидит за партой и общается со сверстниками.

Морщу нос.

— Да что там хорошего? Жизнь от звонка до звонка. Я учился в восьми разных школах, так что можешь мне поверить.

— В восьми? — Ди поворачивается так, чтобы иметь возможность видеть мое лицо.

— Ага, — ухмыляюсь. — Из двух меня исключили, из пяти перевели в целях безопасности, восьмую я все-таки окончил.

— Исключили? — не верит девушка. — За что?

— Из первой — взломал базу данных… Не смотри на меня так. Не для того, чтобы исправить себе оценки, я и так хорошо учился. Просто было интересно, получится или нет.

— А из второй? — спрашивает осторожно, будто уже не знает, чего от меня ожидать.

— А из второй совсем неинтересно, — заверяю. Не лучшая история, чтобы ее вспоминать.

— И все же? — изгибает бровь.

А смотрит так, будто, если не скажу, точно подумает, что я ей не доверяю.

Сдаюсь.

— Директор школы вызвал меня к себе за какой-то проступок (уже даже не помню за какой) и в процессе перечисления моих прегрешений грубо высказался о Миранде, — Ди все еще пристально на меня смотрит, ожидая продолжения. — Он назвал ее "шлюхой с Земли", — поясняю нехотя.

У Дилайлы округляются глаза.

— И ты?..

— Я и сломал ему нос, — отвечаю быстро, будто у меня это вытребовали под пыткой.

Да-да, искренний противник решения проблем кулаками взял и разбил человеку нос. Это я насчет себя необидчивый, а касательно Морган — очень даже. В свою защиту могу сказать, что вежливо предложил директору извиниться, а он повторил свои слова. Видимо, для закрепления эффекта. Он же преподаватель, ага.

— Ого, — она даже прикрывает губы рукой.

— Вот именно: ого, — соглашаюсь. — Мне было пятнадцать. Жуткий скандал. Дядя еле замял.

Ди молчит несколько минут, переваривая услышанное.

— Насыщенная у тебя была жизнь, — выдает наконец.

— А кто ж спорит? — смеюсь. — Больше всего не люблю, когда скучно.

Девушка мрачнеет. Черт.

— Зато сейчас тебе точно не скучно.

Нет, так дело не пойдет.

— Ну, ты чего? — тормошу, затем целую в висок. — Во всем надо искать положительные стороны. Мне есть чем занять руки и голову — это уже хорошо.

Ди выдавливает из себя улыбку.

— Ты прав. Я бы хотела уметь видеть во всем положительные стороны.

Самодовольно улыбаюсь.

— Я научу, — и на этот раз целую в губы.

Уже три дня, как мы сблизились. Нет, дальше поцелуев и объятий дело пока так и не зашло. Мы просто узнаем друг друга. Постепенно.

Живя в одной тесной комнате, у нас нет возможности начать встречаться по-человечески, ходить на свидания, посетить кинотеатр или кафе, прогуляться по парку. У нас есть лишь эта комната и узкая кровать, больше напоминающая корабельную койку, и просто возможность быть рядом и говорить.

Три дня, а я так и не попал в кабинет Изабеллы, чтобы забрать оттуда "жучок" — не нашел убедительного предлога, а она к себе не звала. Тема о притязаниях госпожи Корденец уже обмусолена от и до, глупо пытаться разыграть эту карту снова. Гая тоже использовать нельзя, я и так здорово его подставил в прошлый раз.

А это значит, что единственный способ попасть в кабинет Изабеллы — прийти с каким-то вопросом, касающимся роботов.

Отстраняюсь.

— Мне нужно поработать.

Встаю с кровати, иду к столу, включаю компьютер.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спрашивает Ди, подтягивает колени к подбородку и обнимает их. — Если нужно опять что-то подержать, я готова.

Оборачиваюсь.

— Похвальный энтузиазм, — улыбаюсь, — но мне надо поработать не руками, а вот этим, — стучу пальцем себе по лбу. — Хочу набросать схему центра управления роботами.

Девушка напрягается.

— Уже? Я думала, это конечный этап работы перед…

Она не оканчивает фразу. Перед зачисткой памяти рабам, мы оба это понимаем. Понимаем и в последние дни старательно избегаем данной темы.

Киваю.

— По идее, да. Но мне нужен предлог, чтобы заявиться к Изабелле в кабинет. Так что набросаю план и пойду утверждать.

— Зачем?

— Зачем утверждать?

— Лаки, — серьезно просит девушка, — прекрати. Ты меня понял. Зачем тебе в кабинет к Изабелле?

Верно, Ди ведь не знает о прослушке. Никто не знает, разве что Гай догадывается, что мне тогда неспроста понадобилась его помощь.

— Мне нужно забрать "жучок", — говорю как есть.

Девушке требуется секунд тридцать, чтобы переварить эту информацию.

— Ты подложил Изабелле "жучок"? — переспрашивает пораженно.

— Угу, — сознаюсь.

— Ты не говорил.

Закатываю глаза.

— Не потому, что я тебе не доверяю.

— Знаю.

Вскидываю брови и расплываюсь в глупой улыбке.

— Правда?

Похоже, мы поменялись ролями: раньше Ди подозревала меня во всем, а теперь я вечно жду от нее недоверия. Погано, надо срочно избавляться от паранойи.

— Правда, — кивает серьезно. Хмурится, вглядывается в мое лицо. — Тебе что, стыдно, что ты не доверяешь своей матери и решил ее перепроверить?

Приятного мало, это уж точно.

— Мне будет стыдно тогда, когда я прослушаю запись, и там окажется, что Изабелла вовсю готовится освободить рабов и ждет поставки слайтекса. Пока — нет, не стыдно. Но в кабинет надо попасть, — заканчиваю уже бодрее, — так что не посплю-ка я еще часа три сегодня, а завтра закончу и пойду показывать результат, — подмигиваю и отворачиваюсь к компьютеру. — А ты ложись, а то опять из-за меня не выспишься, — говорю, когда пальцы уже летают над клавиатурой.

— Хорошо, — Дилайла не спорит, — но имей в виду, если тебе нужна моя помощь, чтобы, например, отвлечь Изабеллу…

Резко оборачиваюсь.

— И подставиться?

Но Ди не сдает позиций.

— А что? — упрямо приподнимает подбородок. — Только тебе можно подставляться ради других?

— Она — моя мать, и вряд ли убьет меня, если я попадусь, — возражаю спокойно.

— Уверен? — прямой короткий вопрос.

Девушка смотрит мне в глаза, и я прекрасно понимаю, что она там видит, поэтому даже не пытаюсь соврать.

— Нет, — отвечаю так же коротко и возвращаюсь к компьютеру.

Слышу за спиной шорох на постели и шаги — Ди уходит в ванную.

На следующий день возвращаюсь со склада пораньше, чтобы закончить проект командного пункта. Остальные техники остаются трудиться до ужина, как уже заведено.

За почти три недели нашего непрерывного сотрудничества парни научились отлично справляться без моего постоянного участия. Все больше занимаюсь "начинкой", а не железом. Порой меня по-прежнему отвлекают и просят помочь или что-то подсказать, но теперь это происходит в десять раз реже, чем раньше. А Спик из главной головной боли переквалифицировался в моего заместителя и прекрасно руководит процессом.