"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1349

Все хорошо, пока не добираюсь до стола и не натыкаюсь на пристальный взгляд своей маман. Эх, надо было поболтать с Ниной подольше.

— Ты меня подставил сегодня, — говорит Изабелла обвинительно, опустив приветствия и на этот раз не стесняясь обсуждать дела в присутствии младшего сына.

Пожимаю плечами.

— Ты не оставила мне выбора.

— Выбор есть всегда, — отрезает Изабелла. — Если бы не я и не моя уверенность в твоем таланте, никакой сделки не было бы вовсе. Ты должен играть на моей стороне. Я все-таки твоя мать.

— Помню.

— Не похоже, — не унимается. — Я чуть не умерла со стыда.

— Но не умерла же, — отвечаю и быстро улыбаюсь, чтобы она посчитала мои слова шуткой. — Ты бы все равно в скором времени перевела рабочих обратно, разве не так?

— Так, — нехотя соглашается.

— Значит, мир? — подмигиваю и протягиваю ей ладонь через стол.

— Мир, — вздыхает Изабелла, на рукопожатие отвечает.

Ди приходит еще позже, чем прошлым вечером. Вид усталый, плечи опущены. Отворачиваюсь от компьютера и смотрю, как она входит в комнату, закрывает дверь.

— Я в душ, — сообщает вместо приветствия и уходит в ванную.

— Валяй, — отзываюсь, но меня слышит лишь уже захлопнувшаяся дверь.

Может и к лучшему, что Дилайла не горит желанием общаться. Мне еще нужно кое-что закончить.

Ди возвращается минут через двадцать. За неимением ничего другого, она снова надела мою футболку, влажные волосы рассыпаны по плечам.

Искоса бросаю взгляд в ее сторону и возвращаюсь к работе. Наличие программера в моей команде меня насторожило. Если здесь есть специалист, как бы Изабелла или господа в костюмах не привлекли его проверить, что я там натворил при прошивке роботов. Так что лучше потратить лишние пару часов, но спрятать все, что должно быть спрятано, понадежнее.

Ди быстро проходит от двери ванной до кровати, забирается в постель, укрывает голые ноги.

Думаю, что девушка планирует лечь спать, и даже собираюсь предложить выключить свет, но Дилайла так и сидит, обняв руками колени, и смотрит… на меня.

Поворачиваюсь, вопросительно приподнимаю брови. Не может же она меня рассматривать просто так, правда? Значит, хочет что-то спросить.

— Как мне к тебе обращаться? — ошарашивает меня вопросом. — Тайлер? Александр? Алекс?

Усмехаюсь.

— Да хоть "Эй ты", — говорю. — Я не обижусь. Ну, или придумай что-нибудь свое.

— Тогда буду по-прежнему звать тебя Тайлером, — решает.

— Без проблем, — заверяю. — Ложись спать, я сейчас закончу и тоже лягу, не буду мешать.

— А как зовет тебя капитан Морган?

Снова отрываюсь от работы. Поворачиваюсь.

— Решила узнать меня получше? — любопытствую.

Пожимает плечами.

— Ну, хотелось бы узнать немного больше о парне, с которым делю одну комнату. Ты же обещал ответить на все мои вопросы. Помнишь?

Вообще-то, я подразумевал прошлый вечер, а, получается, подписался пожизненно?

— Помню, — тем не менее не возражаю. Лгать ей я все равно не стану.

— Так как зовут тебя дома?

— Лаки.

Глаза Ди удивленно распахиваются.

— Серьезно? Это…

— Похоже на собачью кличку? — предполагаю.

— Нет. Что за глупости, — возмущается девушка. — Я хотела сказать, что тебе идет.

— Да? — как истинный дурень, расплываюсь в улыбке — впервые, оказавшись здесь, Ди говорит мне что-то хорошее.

— Да, — кивает, на ее губах тень улыбки. Именно тень, потому что улыбкой это назвать еще нельзя, но ее появление — самый огромный прогресс в наших отношениях, на который я мог бы рассчитывать. — А можно мне тоже так тебя называть?

— Конечно, можно. Только не при Изабелле.

При этом имени с лица Ди исчезает и намек на улыбку.

— Хорошо, — очень серьезно обещает девушка.

Вот ей я верю.

ГЛАВА 36

Притирка, похоже, затянется надолго.

Второй день ничем не лучше первого, если не хуже. Возражая и споря со мной вчера, техники все же были осторожны, опасаясь, что донесу на них Изабелле или еще более вышестоящему начальству. А так как репрессий не последовало, осмелели.

Сегодня с самого утра мне тыкают опытом, перечислением успешно выполненных проектов, дипломами и наградами. Мне несказанно повезло — я оказался среди настоящих светил своего дела.

Ближе к обеду Вилли, болтающийся неподалеку и все это время прислушивающийся к происходящему на складе, делает мне знак, предлагая отойти.

— Вот это пока доделай без меня, — говорю парню, которому весь последний час втолковываю, как делать нужно, а как нельзя, и не важно, что он всегда делал именно так, сейчас надо по-другому. — И так, как я сказал, пожалуйста.

Тот недовольно кривится, но кивает.

— Все равно не заработает, — бурчит себе под нос.

Задерживаюсь возле него еще на минуту, чтобы убедиться, что меня поняли, потом иду к выходу, где ждет охранник.

— Чудесный день? — ржет Вилли, когда я приближаюсь.

— Ага, — усмехаюсь. — Только не говори, что ты тоже решил потренировать на мне свое чувство юмора?

— Не, — заверяет, поглядывает мне за спину. Даже не хочу оборачиваться, уверен, что, стоило мне отвернуться, все все стали делать по-своему. — Хотел тебе предложить услуги по грубой силе или вот, — его ладонь ложится на кобуру на поясе.

— Думаешь, если их отлупить, станут лучше работать? — спрашиваю серьезно.

Вилли пожимает плечами, а потом наклоняется ко мне и произносит так тихо, чтобы уж точно никто, кроме меня, не услышал.

— Мне кажется, если не отлупить их, они отлупят тебя.

Начинаю смеяться. Хлопаю Вилли по накачанному плечу.

— Спасибо за беспокойство, приятель.

— Ничего смешного, — хмурится мой личный охранник. — Мне велено тебя беречь, что я и делаю. Если паре самых ретивых поломать несколько пальцев, остальные начнут прислушиваться к твоим словам.

— Чего это к моим? — не могу перестать смеяться. — Пальцы мне, что ли, самому им ломать?

Вилли пожимает плечами.

— Можешь и сам попробовать. Подстрахую.

Помощник. Говорю же, вокруг одни самородки. Вот Вилли — и охранник, и подстраховщик, и пальцеломатель в одном лице.

— А что они мне соберут с поломанными пальцами? — спрашиваю уже серьезно.

Но у Вилли готов ответ и на это.

— Так мы у правшей — на левой…

— Угу, — продолжаю его мысль, — а у левшей — на правой, — ерошу волосы на затылке и все же оборачиваюсь: ну, точно, кто вообще решил устроить перерыв, кто занят самодеятельностью. — Эй, левши тут есть? — кричу.

Переглядываются, хмурятся, молчат.

— Раз нет левшей, значит, всем ломаем левые, — делает вывод Вилли, и, судя по выражению его лица, он готов сделать это прямо сейчас.

Черт, заманчиво.

— Ладно, Вил, спасибо за предложение, — благодарю, — но давай пока повременим, окей?

Охранник смеряет меня разочарованным взглядом.

— Ты слишком добрый, поэтому тебя не слушаются.

— А еще я слишком настойчивый, — уверяю. — Послушаются.

Вилли больше не возражает, отходит, отправляется делать обход.

— Что ему надо? — тут же интересуется Спик, самый старший из присланных механиков, обладатель трех дипломов и тридцатилетнего стажа работы. Спик — моя главная головная боль. — Ходит тут, зыркает. Только мешает.

— Да так, ерунда, — отмахиваюсь, сажусь на прежнее место, — решали, кому какие пальцы ломать.

— Это как? — вскидывается Тед.

Если опустить тот факт, что Тед — программер и поэтому может быть опасен, он тут один из самых нормальных.

— А вот так, — поднимаю руку и демонстративно шевелю пальцами. — Одно возражение — один палец, — загибаю большой, — еще возражение или сомнение в моей компетенции — второй, — сгибаю указательный. — Так понятнее? — любезно улыбаюсь.

Спик хмыкает, смеряет меня взглядом. Он стоит, а я сижу, поэтому смотрит свысока, как в прямом, так и в переносном смысле.