"Фантастика 2024-149". Компиляция. Книги 1-24 (СИ), стр. 1247
Я оттолкнулась от пола обеими ногами и рухнула на спину, перекувыркнулась и встала на ноги.
Кокс поворачивается ко мне. Медленно, по-прежнему медленно…
Перед глазами все плывет, и я уже почти совсем не соображаю, когда бью его ножкой стула, к которому до сих пор привязана, под коленку и сбиваю с ног. Полковник падает, а я добавляю сверху. Кажется, он отключается.
Снова позволяю своему телу упасть, на этот раз набок, ползу по полу вместе со стулом, на ощупь снимаю нож с ремня бесчувственного полковника, разрезаю путы…
Поднимаюсь на ноги. Они трясутся, комната качается, создается ощущение, что я на корабле, но не на космическом, а на обычном, мореходном.
Оборачиваюсь на Кокса, лежит на боку, лицо в крови, кровь, много крови…
Уже даже не могу поймать разбегающиеся мысли…
Вижу узкую дверь в углу, заставляю себя идти к ней, дважды падаю, поднимаюсь, упорно иду…
Это туалет. Сгибаюсь над унитазом, вставляю два пальца в рот, меня рвет.
Где-то остатками сознания всплывает, кто-то рассказывал мне, что, несмотря на то, что «сыворотка правды» вводится в кровь, если человека стошнит, он быстрее избавляется от дурмана.
Кое-как поднимаюсь от унитаза, полощу лицо и рот ледяной водой из-под крана. Хочется спать, так сильно, что глаза закрываются сами. Заставляю их открыться, но веки снова опускаются.
Практически на ощупь открываю дверцу аптечки. Этикетки расплываются перед глазами. Смутно различаю «Нейтрализатор», «Стимулятор» и еще какое-то средство, название которого напоминает слово «энергия», но я больше не могу различать буквы. Высыпаю себе на ладонь по таблетке из всех трех баночек, глотаю, запиваю из-под крана.
Ноги все-таки подкашиваются, падаю, еле успеваю увернуться от края унитаза и не разбить голову. Кажется, все же теряю сознание…
Кажется, я все-таки отключилась, но, судя по тому, что никто не приходил, и меня до сих пор не схватили, беспамятство длилось всего несколько минут.
Лежа на полу, пошевелила пальцами, сначала рук, потому ног. Села. Немного подташнивает, но голова работает нормально.
Я встала с пола и теперь уже осмысленно осмотрела бутыльки, из которых наглоталась таблеток. «Автопилот» сработал превосходно, я выпила все правильно. Только, кажется, с дозировкой переборщила, сердце стучит, как сумасшедшее, но, по крайней мере, могу адекватно мыслить и не засыпаю.
Я вышла из ванной комнаты и осмотрела плоды своих рук, вернее, своего стула.
Полковник Кокс лежал в той же позе, в которой я его и оставила, голова в крови, на виске вмятина, оставленная ножкой стула.
В том, что полковник мертв, я не сомневалась, тем не менее, присела и проверила пульс. Мертв, но еще теплый, значит, я, действительно, быстро очнулась.
Стараясь сохранять ледяное спокойствие, я обшарила карманы трупа, забрала нож, которым разрезала путы и лучевой пистолет. Проверила заряд — почти разряжен, хватит на пару выстрелов, но это ничего, сейчас и такая малость пригодится…
Я не успела окончить обыск, как услышала в коридоре шаги, приближающиеся к двери.
Я не думала, запретила себе думать. Я только что убила акулу Кокса, и убью любого, кто будет угрожать моей жизни. Я не женщина, я солдат. Сколько раз я убеждала других в этом? Пришла пора поверить в это самой.
Дверь плавно поехала в сторону, и в помещение быстро вошел Хеннеси. Он замер на полушаге, широко распахнув глаза. Что бы он ни ожидал увидеть в этой комнате, но точно не своего мертвого друга в луже крови. Потянулся к кобуре…
Эльза-Эльза, быть тебе вдовой…
Действие «сыворотки правды» до сих полностью не прошло, потому что я жму на курок с глухим смешком. А когда падает тело Кокса, тоже падаю на колени и еще несколько минут содрогаюсь от неконтролируемого смеха.
10
В реальность вернул надрывный звон коммуникатора Кокса. Видимо, он все же успел послать вызов перед тем, как я его ударила, и теперь абонент пытался дозвониться в ответ.
Я подошла ближе и перевернула руку трупа. На экранчике высвечивалось: «Дункан». Так я и думала.
Если мне повезет, вице-адмирал переждет некоторое время, прежде чем отправится на поиски приятеля. Скорее всего, сейчас он думает, что Кокс избавляется от моего тела, поэтому-то и не отвечает. Но вскоре, молчание в эфире вызовет у него подозрения, и Дункан придет сюда.
Прежде чем, что-либо предпринять, я подошла к двери и заперла ее изнутри.
Попыталась заставить себя мыслить трезво. Итак, что мы имеем? Два трупа. Я, которую засняли камеры на входе, а также охрана, проверяющая документы. Даже если я спрячу тела убитых, выиграв себе отсрочку на то время, пока их будут разыскивать, смогу ли я покинуть здание? Определенно, нет.
Пока Александр вне подозрений, но стоит карамеданцам обнаружить трупы, станет сразу же понятно, кто их таковыми сделал. Как только поймут, что это я, Тайлера тут же схватят и допросят с применением «сыворотки», чего допустить категорически нельзя, потому что в его голове хранится столько секретов, что мне и не снилось.
Дальше. Что я могу? Признаюсь, я даже в какой-то момент пожалела, что не позволила внезапно вошедшему Хеннеси меня убить. По поводу Кокса у меня не было ни сомнений, ни угрызений совести, потому что он узнал о нас правду, а вот Хеннеси… Возможно, будь я мертва, Александру бы удалось выкрутиться. Хотя, вряд ли, он сумел бы это сделать, избежав допроса, опять-таки с «сывороткой»…
Коммуникатор полковника замолчал, зато разразился трелью у капитана. Скверно. Отсутствие ответа от обоих ускорит беспокойство.
Окончательно убедившись, что я совершенно не имею идей и возможностей выбраться самостоятельно, я сдалась. Придется признать очевидное, я уже подставила Тайлера, и это уже не изменить.
Я бесцеремонно стащила коммуникатор с запястья Кокса, автоматически отметив, что не испытываю ни страха, ни отвращения, касаясь мертвого тела. Энтони Гиббс в списке контактов был, и я решительно набрала максимально короткий текст сообщения: «Ситуация: орёл. В его кабинете».
Отправив послание, я отключила коммуникатор полковника, а потом проделала то же самое с капитанским. Конечно, это ничего не меняло, разве что теперь не придется слушать звуки вызовов, действующих на нервы.
После чего отправилась в ванную, нашла фен, высушила волосы и по возможности подсушила платье. Странно, но присутствия при убийстве Гаренье, я и то испытала больше эмоций, чем теперь, когда собственноручно убила двоих. Возможно, всему виной остаточное действие «сыворотки» в сочетании с таблетками, которых я щедро наглоталась. И, весьма вероятно, что расплата за злоупотребление препаратами настанет потом, но пока я не хотела об этом думать, продолжая методически делать то, что нужно.
Мы никогда не договаривались с Александром ни о каком условном стуке, но услышав двойной «перестук», я сразу же поняла, что это именно он.
Я подошла к двери и обнаружила неприятную новость: закрыть дверь изнутри можно было нажатием кнопки, а вот открыть только отпечатком ладони хозяина кабинета.
Все-таки таблетки из аптечки Кокса творили чудеса. Никогда еще я не чувствовала такого хладнокровия и четкого осознания того, что я готова сделать все необходимее для достижения моей цели, ни секунды не колеблясь.
Я подобрала с пола лазерный пистолет, убедилась, что заряда хватит на то, что я задумала, и решительно провела лучом линию по запястью покойника. Кисть легко отделилась от руки, а лазер прижег обрубок, не дав пролиться на пол ни капле крови. Я подняла свою добычу и отправилась обратно к двери, приложила ладонь.
Александр замер на пороге, переводя взгляд с моего лица на отрезанную кисть в моей руке и обратно. Впрочем, нужно отдать ему должное, замешательство длилось не больше двух секунд, а потом он подтолкнул меня внутрь, а сам запер дверь.
— Ты в порядке? — выдохнул Тайлер, в следующее мгновение оценив обстановку с двумя трупами посреди кабинета.