Госпожа "Нет". Измена Альянсу (СИ), стр. 30

— Почему ты не можешь бросить все? Даже не бросить — это не надо. Просто чуть успокоиться. Меньше работать. Отпустить прошлое, в конце концов.

— Не знаю, — пролепетала Эмбер, как будто это она была нахальной девчонкой, которую спалили за прогулами. — Я так привыкла все эти годы…

— Твоя одержимость не дает тебе покоя. И, мама, почему ты решила, что виски пила я?

— А кто? — тут Эмбер взяла себя в руки и привычно возмутилась. Тут же прикусила язык — дочь шла на контакт. И надо же было ей ляпнуть.

Но Алекс, в отличии от реальности, не стала лезть в бутылку или сразу закрываться. Она только огорченно покачала головой. И ответила:

— Мама-мама. Не ты ли всегда утверждала, что надо рассматривать все факты до конца. Вообще-то в доме нас трое.

— Что?

Она смотрела на дочь, понимая, что именно сейчас ей откроется что-то важное, они договорят — и снова начнут общаться как раньше, стоит лишь ей не проснуться на противный звук будильника, который пищал все быстрее и быстрее. Да так, что ей стали мерещиться еще и встревоженные голоса.

— Пульс…

— Давление падает.

— Держим ее.

— Док, у вас?

— Растет…

Дочь исчезла, навалилась пустота. Какая-то противно-горячая, душная, давящая около сердца.

Писк стал затихать, уже не раздражая, но тревожа неправильностью.

— Алекс? — позвала она, он дочь не откликнулась.

Неужели их разговор ей только причудился? В любом случае, надо найти дочь и поговорить. Хорошо, если бы их заперли в подвале, и никто из них не мог сбежать, пока они не договорятся. В любом случае, надо будет задать вопросы госпоже Львофф. Неудобные вопросы.

На этом она и очнулась. Пустота отступила. Дышалось намного легче. Эмбер открыла глаза и вздрогнула. Безликий потолок, высокие бортики, за которыми не видно даже стен. Где это она?

— Избегайте резких движений, — раздался рядом излишне доброжелательный и спокойный голос. Таким разговаривали киборги в госпиталях, что ухаживали за больными.

— Где я? — прохрипела Эмбер, которая словно разучилась разговаривать.

— Королевский госпиталь, госпожа Дарра.

Голос звучал так же ровно. Она провела рукой по лбу, словно это могло помочь вспомнить.

— Как я сюда попала?

— Вам стало плохо, вы упали в обморок во время церемонии, лорд Фейрфакс вызвал медиков.

Имя показалось знакомым. Не то она слышала его, не то читала где-то… В любом случае, надо будет потом поблагодарить этого человека.

Тем более, что она в королевском госпитале … Следовательно, еще на Альвионе. Её не выслали, а значит, есть шанс все исправить.

— Алекс! — она дернулась, намереваясь вскочить и попытаться связаться с дочерью. Объяснить, попробовать убедить… Голова закружилась и она со стоном рухнула обратно.

— Не торопитесь, — ворчливо произнес робот. — Показатели все еще нестабильны. Тахикардия, повышенное давление.

— Моя дочь!

— Она в безопасности. О ней позаботятся.

— Мне нужен мой галафон, — она все-таки села, не взирая на недовольный писк приборов.

— Гаджеты выдаются только по разрешению лечащего врача.

— И где же он?

— Время обхода восемнадцать ноль-ноль.

Эмбер поняла, что спорить или угрожать бесполезно — искуственный интеллект вряд ли поведется. Скорее, в таких случаях программой заложено впрыснуть пациенту успокоительного.

— А который час? — решила уточнить она.

— Шестнадцать часов тридцать минут.

Эмбер кивнула и снова откинулась на подушки, обреченно рассматривая белый потолок палаты. В конце концов, полтора часа не так и много. К тому же она прекрасно знала, что прочитает в новостной ленте и сколькими сообщениями ее завалили. Друзья, коллеги, репортеры, Эш…

Эшли будет в ярости. Черт побери, да он уже был в ярости, когда звонил ей днем. До ее обморока.

Интересно, сделает ли он хоть что-то? И как именно он будет действовать? Как друг или как политик? Вряд ли ему удастся совместить.

— Что мне теперь делать? — прошептала Эмбер.

— Могу предложить для просмотра комедию… — искусственный интеллект истолковал ее вопрос по-своему.

Женщина усмехнулась и хотела было отказаться, но потом махнула рукой. Все равно, до прихода врача делать было абсолютно нечего.

Перед глазами развернулся вирт-экран. Замелькали кадры. Эмбер почти не всматривалась в них, слишком погруженная в свои мысли. Надо как-то связаться с Алекс, попытаться объясниться, уговорить, убедить, что она ее любит, что все, что Эмбер делала в жизни она делала ради дочери…

Приборы опять запищали.

— Усиление сердцебиения… — сразу же раздался механический голос.

Эмбер сделала глубокий вдох, пытаясь успокоится. Если она будет нервничать, ее оставят в госпитале, и что тогда будет с Алекс? Где вообще ее дочь сейчас?

— Показатели нестабильны…

— Да замолчи уже! И позови доктора!

Эмбер схватила подушку и в сердцах запустила в дверь. В эту же минуту панель отъехала в сторону, и высокий мужчина шагнул в палату.

Подушка ударила его по лицу. Он охнул и изумленно уставился на женщину.

— Что происходит?

— Ваше величество. Все в порядке? — охранники вбежали в комнату.

А Эмбер прикрыла глаза, понимая, что совершила покушение на императора Альвиона.

Судя по всему, эти же мысли пришли в голову и императору. Покосившись на подушку, он усмехнулся и приказал:

— Подождите за дверью.

— Так точно, — охранники вышли, панель стала на место. А император поднял подушку и подошел к кровати Эмбер.

— Кажется, это — ваше.

Она покачала головой:

— Все постельное белье является собственностью госпиталя. И… простите, я не ожидала, что сюда кто-то войдет. Тем более вы.

— Я так и понял, иначе вы использовали что-нибудь более тяжелое, — пошутил Эдвард, придвигая стул и присаживаясь у изголовья кровати.

Под пристальным взглядом голубых глаз, Эмбер вдруг вспомнила, что одета только в больничную ночную рубашку и невольно натянула на себя одеяло.

— Что вам нужно?

Он проигнорировал вопрос, старательно рассматривая молодую женщину, сидящую перед ним. Растрепанная, без макияжа, в одной ночной рубашке, она казалась абсолютно спокойной, если бы страх в изумрудно-зеленых глазах, и руки, судорожно сжимающие одеяло.

— Почему вы вышли замуж за барона Макленбургского? — внезапно для самого себя спросил Эдвард. Направляясь в палату, он не собирался задавать этот вопрос, но сейчас ему необходимо было прояснить все. Она недоуменно моргнула:

— Почему вы спрашиваете?

— Просто мне кажется, между вами нет ничего общего.

— К несчастью, есть: полтора года совместной жизни и… — она горько усмехнулась. — Алекс.

— Она действительно его дочь?

Он ждал, что женщина возмутится или оскорбиться, но она только пожала плечами:

— Вы же видели документы.

— Да. Просто странно, что об этом никто не знал…

— Мы развелись почти сразу после рождения дочери, Чарльз вернулся в Альвион… Тогда никого не интересовала моя жизнь.

Она хотела добавить, что и никого не волновало, как она будет выживать под гнетом долгов и судебных дел, которые оставил ей бывший муж. Невысказанные слова придали сил, Эмбер тряхнула головой:

— Это все, что вы хотели знать, ваше величество?

— Нет, — императора совершенно не смутил тон ее тон. — Еще я хотел поинтересоваться, что вы теперь будете делать?

— А вы как думаете? — Эмбер с вызовом посмотрела на него. — Вряд ли я оставлю дочь одну.

— Ваша дипломатическая виза истекает через два дня, — Эдвард замолчал, давая ей осмыслить его фразу. Эмбер усмехнулась:

— Каковы условия продления?

— Простите?

— Вы же пришли ко мне именно за этим? Что я должна сделать, чтобы вернуть дочь?

Она выпрямилась и стала похожа на саму себя. Не растерянную женщину, у которой украли ребенка, а “Госпожу “Нет” — самого известного и высокооплачиваемого адвоката Межгалактического Альянса. Эдвард усмехнулся.

— Ваша реакция поражает.