Я есть Жрец! (СИ), стр. 21

— М-да! — произнес я, почуяв необычайно специфический аромат от своего тела.

Погода стояла теплая, как для весны, а я все бегаю, на месте не стою, да тренировка, а бак в летнем душе почти полный. Ранее даже не задумывался, что помыться бы не мешало. А сейчас нужно ведерко воды накипятить, да добавить в бак с водой. И нормально будет, тепленько.

— Хлеб! — Севия появилась неожиданно, что я даже схватился за кобуру.

— Глеб! Г-г леб, — попытался я поставить правильное произношение имя.

— Глеб, да! — сказала девушка и… схватила меня за…

Наверняка, мои глаза были выпучены, вид растерянный и вороватый. Голова бегала в поисках подглядывальщиков. Не ожидал такого и что делать, не понимаю. Хочется развернуть ее, да…

Девушка была ни живой ни мертвой, что еще больше придавало несуразности положения. Она начала спускаться на колени, когда я поднял черновласку.

— Не так, пока не так, — сказал я и поцеловал Севию.

Начиная медленно, но уверенно исследовать ее тело, поглаживать грудь и спускаться все ниже, я слышал, как тяжело дышала девушка, как вздымалась ее грудь, еще больше прижимаясь ко мне. Разум затуманивался и я уже не думал о том, что секс с аборигенкой может негативно сказаться на моей судьбе, по крайне мере, пока не разберусь с морально-этическими нормами поведения. Но она же первая начала.

Я повернул ее и нагнул, Севия уперлась руками в угол дома, где она и подкараулила меня. Когда я стал поглаживать ягодицы, девушка стала постанывать, чем сметала мне крышу, словно ураганом.

— Нон! Нон! Руда, нон, [нет, нет, кровь, нет] — закричала Севия, ее глаза моментально налились влагой.

Я отпрянул.

— Хлясь! — звонкая пощечина обожгла мою левую щеку.

А потом она убежала, даже не одернув задранную рубашку.

— Охренеть! Сама же начала! — сказал я и достал пистолет, загоняя патрон в патронник.

Если сейчас воин или брат подумают, что я пытался изнасиловать, то придется стрелять. И вот же! Большинство проблем мужчины получают из-за того, что думают не всегда правильной головой. И понимаю это, но все равно все те же ноги на тех же граблях.

Глава 8

Глава 8

Интерлюдия

Этот мужчина все еще выглядел грозно. Истинный лекс, признаваемый богами. Самый большой воин из племени Рысей был вождем по праву сильного. Когда-то Хлудваг был беспощадным, но справедливым, часто решал вопросы поединками, в которых не было ему равных на долгие дни путешествия по реке. Пожилой вождь, не оставил сильных сыновей. По крайней мере, столь сильных, чтобы они могли сравниться в силе с Хлудвагом. И это сильно печалило сильного мужчину. Норей, нынешний наследник, явно не дотягивал до мощи отца даже в перспективе, а характером, и подавно.

И вот этого, слабохарактерного лекса, которым станет после смерти Хлудвага его сын, Норей могут потеснить конкуренты. Был еще сын, оставшийся в живых из всех наследников бывшего реукса. Да, Вара выгнали из племени, Хлудваг понял, что не может просто предать смерти сына предшественника, уже потому, что тот оказывался через жену родственником. Но лекс жаждал смерти Вара, чтобы тот не появился через некоторое время, после смерти Хлудвага и не вызвал на поединок нового лекса.

Хлудваг принял участие в смертях конкурентов на пути становления его лексом. Когда же сильнейший воин племени Рысей взял в жены дочь последнего лекса, старшие люди племени провозгласили Хлудвага вождем. Совет воинов так же принял над собой власть сильнейшего из воинов.

И все шло хорошо, земля давала урожай, рыба не переводилась. Животные только ушли подальше из-за того, что новый лекс сам охотился и гнал всех воинов в лес за добычей. Но в загонах были свиньи и даже коровы. Хлудваг хотел накормить свой народ, чтобы никто не голодал и не было сомнений, что именно он истинный лекс, кого признали боги. Скоро дочь последнего вождя, Андара, мать Норея, получившая от мужа немало власти, так как Хлудваг часто воевал, или уходил на охоту, стала на сторону своего мужчины, против брата Вара.

Все было хорошо и понятно, больше двадцати лет процветания племени. У рысей даже было пятьдесят три раба, что очень много, далеко не каждое племя сможет прокормить столько чужаков, даже, если они и рабы и не требуют хорошей еды. Хлудваг же стал много есть, не ощущая конкуренции, утвердившись у власти, он все реже ходил на охоту, или даже рыбачить. Зачем? Если есть многие другие?

Богатые годы рождают слабых людей, часто и сильные теряют свою силу. Так и произошло, точнее, происходит в племени Рысей.

Первым потрясением для племени был, как раз-таки, конфликт с Варом. Вар — это тот самый малолетний сын последнего лекса, который вырос и стал сильным охотником и воином. Просто убить его было сложно, но можно же было подстроить несчастный случай в лесу. Вот только Вар долго жил в одном дальнем поселении и имел в нем поддержку. Кроме того, Вар принес Хлудвагу клятву верности перед богами и всеми старшими родов племени. Новый лекс поверил, впрочем, не зря. Вар верой и правдой служил племени и лично вождю. Охотничьи звезды под командованием Вара всегда имели добрую добычу и именно он повел воинов в набег против одного ослабевшего рода вверх по реке, взяв большую добычу и красивых женщин.

Женщины — коварство ваше имя. К моменту возвращения с похода Вара, у лекса было уже четыре жены. Положение главной жены, Андары, сводной сестры Вара, все еще оставалось высоким. Первую жену стали называть «главной» и она получила еще одно имя «мудрая женщина» — это максимум, что позволяли традиции жесткого патриархата, бытующие в племенах Большой Реки.

И тут Вар приводит молодую и красивую полонянку-рабыню Насту и Хлудваг забывается с этой женщиной, сразу сделав ее третьей женой. Андара поняла, что в ближайшее время она потеряет свою власть и может даже быть опущена до третьей-четвертой жены, так как была еще Мерсия, очень красивая женщина с необычайно черными волосами и ее лекс так же любил.

Андара внушила Хлудвагу, что Вар обманывает и он, если лекс уходит из поселения, спит с Настой. Главная жена не просто так об этом говорила, между воином и женой вождя была не только симпатия, а нечто большее. Насте приходилось жить с лексом, и она не позволяла себе быть с другим, кроме мужа, при этом смотрела на Вара влюбленными глазами.

Вара прогнали из племени, взяв клятву, что он не будет вредить рысям. Андара добилась своего, так как Наста извергли из племени, при этом женщину выгнали раньше на два дня, чем извергли и Вара. Чтобы Наста гарантированно умерла. Андара подослала убийцу к сопернице, мстя за то, что Хлудваг был уже готов повышать статус новой жены и понижать Андару.

С Варом ушла часть воинов и их жены. Это было не много людей, тогда племя казалось большим и непобедимым и покидать его не многие желали. Могло было быть и хуже, Вара любили, а Хлудваг все больше терял доверие в племени. Если бы сын последнего вождя заявил о своих претензиях стать лексом, то нашлось бы немало людей, поддержавших Вара. Понимал это и вождь. Но вот Вар остался верен слову, даже после того, как узнал, что Наста мертва.

Коварная Андара смогла договориться с братом, пусть он и не собирался заявлять о своих правах. Вару отдали одну колесницу и коней к ней. Так же поделились едой и шкурами. Вар ушел и уже как четыре года не показывался. А Хлудваг объявил именно Вара причиной наступающих бед. Были люди, которые уходили в поисках Вара, чтобы к нему присоединиться. Так, ушла и сестра наставника воинов, Гавела. Никей тогда попал под подозрение.

Еще осенью стали пропадать в лесу целые звезды охотников-воинов. Мужчины уходили в лес и не возвращались. При этом, следопыты обнаруживали следы крови, но не могли определить, чья она. Версия, что всех охотников побили звери, не выдерживала критики. Поэтому, опять обвинили Вара во всех бедах. Это объяснение для людей племени, а вот сам Хлудваг, как и его главная жена, понимали, что Вар так поступать, хладнокровно убивать воинов, не будет. В то, что целые звезды уходят к извергам, или в другое племя, так же не верили. В поселениях рысей оставались жены и дети исчезнувших воинов. Тем более, что изредка, но находили следы противостояния.