Ступа с навигатором, стр. 3

– Угощайся!

Нина не постеснялась, слопала двенадцать конфеток! Потом сказала: «Тебе еще подарят, а мне нет!» Забрала весь набор и ушла.

Когда за девочкой захлопнулась дверь, я заплакала. Потом стала ругать себя за жадность. Пожалела для дочки сладкое. Кто я после этого! В результате почти не спала, решила так: завтра, когда девочка выйдет к завтраку, ее будут ждать на столе такие конфетки! Съездила в магазин, купила. Нинуля художник, ей можно не вставать рано, сама от себя зависит. Я тогда библиотекарь в вузе, на работу следует приезжать в девять тридцать, из подмосковного поселка до учебного заведения утром по пробкам час с небольшим толкаться. Выезжала всегда в восемь, вставала в пять. Девятого марта, как всегда, завтрак приготовила, стол накрыла. Потом коробку дочке на тарелку положила, записку сверху устроила, «Пусть день станет сладким», и поспешила на работу. Ушла к детям, мобильный, естественно, оставила в преподавательской, в сумке. Я на переменах сижу в книгохранилище, чтобы юноши и девушки могли подойти поговорить. Сотовый взяла только в шестнадцать часов, когда завершила работу. А там! Тьма эсэмэсок, сообщений на Ватсап, в Телеграм.

Гостья замолчала.

Глава третья

Пауза затянулась, потом Алевтина вынула из сумки таблетницу.

– Простите, очень нервничаю. У нас с Валерием Николаевичем двое сыновей и дочь. Старший Павел, за ним Сергей и Ниночка. Все очень-очень талантливы. Павлуша фронтмен рок-группы «Биг-прыг». Коллектив востребован, Пашенька постоянно где-то играет, поет. Сережа создает компьютерные игры. Ниночка художница, рисовала на заказ. Клиентов толпа! Мальчики не женаты, девочки вокруг них табунами бегают. Но дольше чем на три месяца ни одна не задержалась. Правда, у Сережи имелась Алиса, они вместе год провели, потом девочка уехала с родителями за границу. Наверное, в Израиль, фамилия у нее Вайншток, скорее всего, девочка еврейка. Но мне все равно, кто она по национальности. Главное, умная, хорошо воспитанная, ласковая, мы с ней отлично ладили. После Алисы у Сережи только короткие романы. Но сыновья совсем молодые, пусть погуляют. Нинулечка тоже пока о замужестве не думала.

Дом Валерий Николаевич построил огромный. Супруг мой…

Клиентка протяжно вздохнула.

– Мы с ним как один организм. Интересная деталь: он Зубарев. А моя девичья фамилия – Зубарева. Нас судьба словно друг для друга приготовила. Особняк у нас необъятный. Первый год я в нем путалась, потом привыкла. Радостно, что у каждого члена семьи есть своя зона. У Паши спальня, кабинет, студия звукозаписи. Правда, последняя в отдельном доме на участке. Муж не хотел постоянно рок-музыку слышать. У Сережи две комнаты, в одной спит, в другой трудится. Нинушенька в таком же помещении, как Павлуша. Ее мастерская художника – отдельно стоящее здание, нехорошо, когда в особняке пахнет красками. Детки все устроены во флигелях. Очень удобно. Вроде вместе, всегда могут к родителям зайти, едим за одним столом. А с другой стороны, имеется приватность. В каждый флигель ведет отдельный вход. В основное здание ребятам легко попасть через холл. Валерий Николаевич все прекрасно предусмотрел. Сам он занимал весь второй этаж. Я на третьем. Так хорошо жили! А потом! Муж скончался! Сердце засбоило в самолете, а летели через океан. Как лайнер посадить? На борту имелась аптечка, но Валерию Николаевичу требовалась серьезная помощь, а не капли! Он умер. Острое нарушение мозгового кровообращения. Инсульт. Находись супруг в Москве, остался бы жив. Я как чуяла! Впервые в жизни попросила его.

– Милый, отложи командировку.

Муж так удивился.

– С какой стати?

Ответила честно.

– Увидела плохой сон.

Валерий Николаевич засмеялся и ушел.

– Но то, что мне привиделось, оказалось правдой, – тихо уточнила Алевтина, – а через день после похорон супруга прямо нечеловеческий ужас! Нина утром не проснулась. Умерла во сне. Медики руками развели, сообщили.

– Синдром внезапной аритмической смерти. Случается такое.

Дальше начали умно говорить, упоминать каких-то светил кардиологии. Но мне-то что? Нет дочки!

Зубарева взяла чашку с чаем и сделала глоток.

– Через короткое время после прощания с девочкой пришло мне в голову испечь марципановые булочки. Мальчики их любят. Приготовила пятнадцать штук, вынула из духовки, оставила остыть. Поднялась к себе, время около восьми вечера, почитала книгу, думаю: наверное, выпечка уже не горячая. Спустилась на кухню. Да, верно, четырнадцать плюшечек прямо красавицы. Но одна, посередине сплющенная, слово в нее воткнули палку. Сразу сообразила! У нас два кота живут! Бенгалы. Жуткие безобразники! Любопытные безмерно. Увидели они противень, надо же узнать, что там? Ну и один из них наступил на марципанку.

Алевтина смущенно улыбнулась.

– Я воспитывалась в интеллигентной семье. Папа – профессор, мама – искусствовед. В доме имелась огромная библиотека. Папочка прекрасно зарабатывал, но у нас не принято было хоть крошку на тарелке оставить.

Зубарева улыбнулась.

– Зачем про своих маму с папой вспомнила? Чтобы вы поняли: выбросить помятую булочку я не способна. С младенчества в голову включено: еду не выкидывают. Но и положить ее на блюдо, поставить на стол невозможно. Валерию Николаевичу такое не понравится. Да, супруга нет! Но это не значит, что теперь можно наплевать на его распоряжения. И я марципанку съела.

Алевтина потерла лоб ладонью.

– Через короткое время в столовой погас свет. Дальше дежавю. Открываю глаза: палата, врачи… Ну все, как уже случалось. Понимаете?

– Да, – тихо ответила я.

Посетительница обхватила себя руками.

– За месяц до полета в Нью-Йорк Валерия Николаевича муж прошел полное обследование. Диагноз: здоров. Состояние организма, как у человека сорока лет. Ничто не предвещало инсульта. Понятно, какой я испытала стресс, услыхав о кончине супруга. Тут удивления нет. И вдруг вскоре от нас уходит Ниночка. Спустя короткое время мне дурно, обморок. Конечно, можно опять сказать про сильное потрясение. Я лишилась дочки. Но думаю, дело в ином. Пожалуйста, найдите Захоронку Мрака!

Просьба оказалась такой странной, что Дегтярев, который любит молча слушать клиента, предоставляет нам право задавать вопросы, воскликнул:

– Кого найти?

– Захоронку Мрака, – еле слышно повторила Алевтина, – обращалась к экстрасенсам, ведьмам. Но они не взялись за дело, испугались.

– М-да, – крякнул Семен, – мы тоже далеки от потустороннего мира. Объясните, пожалуйста, вас ист дас Захоронка Мрака?

– Встречаются злые, завистливые люди, – пустилась в объяснения Алевтина, – у них все есть, а зависть душит. Увидят кого-то счастливого, веселого, радостного и вмиг захотят ему жизнь испортить, обращаются к ведьме, та готовит Захоронку Мрака. Ее необходимо спрятать в доме, чей покой вам поперек горла. Как она работает? Сначала у всех, кто в здании живет, начинаются мелкие неудачи. Нес кружку с горячим чаем, споткнулся, на себя пролил. Ну кто подумает, что на него порчу наводили? Сам виноват, неаккуратный ты. Но ведь больно, когда горячая вода на тело попала! Пострадавший в большинстве случаев выдаст не положительную эмоцию. Выругается. Заплачет. Начнет себя жалеть. Кричать на кого-то из домашних: «Вертитесь под ногами, из-за вас кипятком на себя плеснул». Редко кто тихо скажет: «Сам виноват! Следует быть аккуратным». Вот вы лично как поступите?

– Могу на Кузю заорать так, что потолок треснет, – честно ответил Сеня.

– И если вам уже подложили Захоронку Мрака, она откроется и начнет работать, – затряслась Алевтина, – злое восклицание дало ей пищу. И начнутся в доме всякие-разные неприятности. Захоронка достигнет размера «Мор». А что эти слова означают во французском языке?

– «Mort», смерть, – ответила я.

– Верно, – согласилась посетительница, – у того, на кого нацелили Захоронку Мрака, начнет изменяться характер. Человек жил добрым? Он повернется в сторону зла, примется всех шпынять, говорить направо-налево обидные глупости. Любовь к членам семьи, друзьям поменяется на ненависть, и в конце концов он умрет. Понимаете?