Любовь на осколках измены, стр. 7

Глава 9

А чего ты от меня хочешь? – чуть не крикнула я вслед Стасу, благо, он раньше успел выскочить из кухни, хлопнув дверью.

Что же мне делать? – это вопрос зародился следом. Наверное, уже в сотый раз за сегодняшний день. И сколько бы я ни задавала его себе, ответа не находила.

Я не могу уйти из дома, потому что в таком случае потеряю не только мужа, но и сына. Теперь я понимала отчетливо, что Глеб останется с отцом, хоть и не встает на его сторону открыто.

И я не могу остаться, иначе рискую потерять себя. Не достаточно меня еще унизили? И сколько я еще смогу вытерпеть подобного к себе отношения?

Не дождется Стас, чтобы я вела себя как раньше! Никаких ужинов я ЕМУ больше готовить не собираюсь. Никаких глаженных рубашек, брюк… Больше ничего, что можно хоть с натяжной отнести к заботе о муже. Формально я перестала считать себя его женой, как только застукала с секретаршей. Но! Какое-то время точно я вынуждена существовать под одной с ним крышей. Ради Глеба.

И в чем я теперь не сомневалась, так это в том, то начать нужно с себя. Я обязана устроиться на работу как можно скорее. Ну а остальные проблемы буду решать поступательно.

На этой почти оптимистичной ноте я и отправилась в ванную. Мне необходимо было смыть с себя весь негатив, а накопилось его немало.

Горячая вода помогла, как это случалось всегда. Стоя под упругими струями, я мысленно приговаривала, что вместе с водой с меня стекает и всё остальное. Грубость и пренебрежение Стаса. Нежелание сына понять меня. Униженность, которую испытывала… Отныне я не должна подпускать к себе все эти эмоции, иначе они меня сломят.

– Опа! – раздался совсем рядом мужской голос, и я распахнула глаза, смахивая с лица воду. – Да ты… красотка!..

На меня совершенно голую бесстыже глазел Лёлик – сожитель матери Стаса. Он стоял в дверях ванной и пялился, пока я не сообразила схватить со змеевика полотенце и прикрыться.

– Совсем обалдел?! Пошел вон! – заорала я на этого взрослого дебила.

Накаченный, с лица красавец, а в голове пустота. Альфонс, одним словом, хоть ему уже и лет, кажется, сорок три. Но матери-то Стаса без малого шестьдесят уже. Что может прельщать зрелую женщину в таком мужчине?

– А ты разве не специально оставила дверь открытой?

– Ты тупой? Я сказала, закрой дверь с той стороны!

– Лёлик, ты где?..

Её только не хватало. Рядом с этим глазеющим появилась свекровь. Как только она увидела меня, так сразу же ее лицо вытянулось и побледнело. Я даже испугалась, что она сейчас грохнется в обморок.

– А… что тут происходит? – лепетала она, глядя то на меня, то на Лёлика.

Мое терпение лопнуло. Я вылезла из ванной, грубо втолкнула Лёлика в коридор, что тот аж чуть не упал, и захлопнула перед их носами дверь, не забыв на этот раз про щеколду. Ну не было у меня привычки запираться в ванной. Шло это из прошлой, счастливой жизни. И ни разу, ни у кого даже мысли не возникло войти ко мне без стука.

Омовение я закончила очень быстро, а вот покидать относительно спокойное убежище долго не решалась. Но сделать это пришлось. И естественно, меня ждали разборки.

– Твоя жена еще и шлюха! – такими словами встретила меня свекровь в гостиной.

Обращалась она к Стасу, который смотрел телевизор. Лёлик же с невозмутимым видом листал какой-то журнал, сидя в кресле.

– Мама, не передергивай, – раздраженно бросил Стас, ни на кого не глядя.

– Нет ты послушай, сын, – заговорила свекровь громче. – Она же специально не заперла дверь ванной…

– А вы? – перебила ее я. – Что вы с этим… – мазнула я взглядом по Лёлику, – делаете тут?

– А мы, милочка, пришли к вам искупаться, – надменно вздернула Лариса Денисовна подбородок. – У нас отключили горячую воду. Не в тазах же нам мыться. Но если бы я знала, что тут такое творится…

– Тут ничего не творится, – и во второй раз я не дала ей договорить. Не только слушать, но и смотреть на нее сейчас было неприятно. Только такая женщина могла вырастить такого сына. – И в следующий раз я настоятельно вам советую дожидаться горячей воды у себя дома.

– Стас! Ты это слышал?! – взвизгнула свекровь. – И ты ей позволяешь хамить мне?

– Мам, ты бы лучше со своим Лёликом разобралась, – усмехнулся муж. Похоже, его ситуация забавляла. – Кажется, твои прелести его уже не прельщают.

Боже! Прозвучало это так гнусно, что я не смогла и дальше находиться с ними в одной комнате. Слава богу, ничего из этого не слышал Глеб. Догадывалась, что сын опять сидит в своей комнате в наушниках. Но на этот раз я даже радовалась этому.

Не говоря больше ни слова, я удалилась в спальню. Я и раньше не считала свою свекровь ангелом, но сейчас окончательно поняла, что поведение ее не поддается никакой логике, что всё и всегда она делает вопреки чему-то или кому-то. А ее сын… да он ни капельки не уважает свою мать. Чего же мне ждать от него?

Я слышала, как еще какое-то время возмущалась Лариса Денисовна. Голоса Стаса почти не слышала. Лёлик, по всей видимости, тоже молчал в тряпочку. Но к словам свекрови я не прислушивалась – мне было совершенно все равно, что она там говорит. Понятно, что ничего хорошего, если речь идет обо мне. Но она и раньше так себя вела, только я старательно закрывала на это глаза. Больше я так поступать не буду.

Как же меня измучили все эти мысли, что целый день ходили в голове по кругу. Одни и те же вопросы, самокопание, попытки постигнуть истину. Надоело! До самого утра я больше решила ни о чем не думать. Завтра в девять я должна быть у Дины в офисе. Возможно, уже завтра моя жизнь изменится. Только вот беда, в перемены к лучшему я не верила. Ну не верила и всё тут.

Глава 10

– Мама, это правда? – влетел в спальню сын и замер передо мной.

– Что? – не поняла я.

– Что ты на Лёлика запала? – его глаза смотрели пытливо и с испугом.

– Нет, конечно, – невольно рассмеялась я. – Что за глупости? Ты услышал, что говорит твоя бабушка?

– Она на тебя сильно ругается.

– Знаю, – отмахнулась я. Что взять с влюбленной женщины в возрасте? – Это ерунда.

Глупости.

Мне хотелось рассказать Глебу все, что я думаю о его бабушке и о его отце. Но не могла.

Это только испортит и без того наши натянутые отношения. Он не поймет и не поверит.

Подростки недоверчивы…

– Вы разводитесь? – в который раз спросил Глеб.

– Не знаю, – в который раз ответила ему. – Правда, не знаю. Все сложно. Но мы с твоим папой постараемся найти правильное решение, – говорят, ложь бывает во благо. Вот и я зачем-то продолжала выгораживать мужа в глазах Глеба. Впрочем, если бы я попыталась рассказать сыну все, как есть, стало бы только хуже.

– Почему бабушка такая? – Глеб сел на край кровати.

– Какая такая? Почему у нее молодой друг? Ты об этом?

– Не друг, а любовник. Ты никогда не говоришь, как есть на самом деле, – насупился Глеб.

– Я не знаю об их отношениях, – снова соврала я. – Не хочу обижать твою бабушку грубыми словами.

– Любовник – нормальное слово. Так зачем ей Лёлик?

– Глеб, честно, не знаю, – прижала я руку к груди. – Наверное, у них общие интересы…

Ага, много у них общего!

– Да ладно! – усмехнулся сын. – Сказал бы я какой у нее интерес, но ты ругаться будешь.

Это что, маразм у нее начался?

– Я не психиатр, – вдруг улыбнулась в ответ. – Глеб, пожалуйста, не говори таких вещей. И так все в семье сложно…

– Значит, маразм, – понимающе кивнул Глеб. – Я так и понял. Ну ладно, когда она платья обтягивающие надевала и короткие, как девчонка. И красилась сильно. Хотела помоложе казаться. Смешно, конечно, но не страшно. А Лёлик это ненормально. Я у нее когда был, она его обнимает, даже целует. Противно… И мне велела называть ее не бабушка, а Лора.

Так ее этот придурок зовет.

– Глеб, я тебя очень прошу, не обсуждай это не с бабушкой, не с отцом. Пожалуйста.