Излечи мою любовь, стр. 1

Ольга Корк

Излечи мою любовь

Глава 1

– Ну вот чего ты молчишь? Опять молчишь, Даня!

Лиза металась по спальне небольшим белокурым ураганом. А я стоял, привалившись к стене, и старался не утонуть в буре эмоций.

– А что мне сказать? – нервно дернул плечом и даже не удосужился посмотреть на любимую девушку. Невесту, черт ее подери!

– Видишь?! Тебе даже сказать нечего! А Артур, он другой. Мы часами можем говорить. Обо всем, понимаешь? Вообще на любые темы! А ты… Говорил, что любишь, а сам молчишь!

– Люблю, – губы кривила усмешка. – Но что для тебя это меняет?

– Что же это за любовь? Данила? Если бы любил, не стоял бы сейчас с таким видом, будто тебе все равно! Понимаешь? Ты бороться должен был. За нас, за меня!

– Лиза, – запрокинув голову, хорошенько приложился затылком об стену, – я борюсь за нас уже почти десять лет. И ты обещала. Ведь обещала, мать твою!

Сорвусь. Точно сорвусь к чертовой матери. И жди беды. Нервы на пределе. Натянутыми канатами. Голову рвут мысли. А сердце захлебывается в рваном ритме.

Она и правда обещала. Сначала после Ильи. Затем после Григория. Аполлона! И даже после простого парня Лёхи. Каждый раз обещала, что больше никогда. Что ей никто не нужен. Что только со мной она по-настоящему счастлива, и это все ошибки. И в ее ошибках конечно же был виноват я.

Слишком рано встретился на ее пути. Слишком сильно полюбил. А она была не опытная. Не нагулялась. Не разобралась, как это – в долгие отношения.

По статистике мужчины более полигамны. Цифры за последние два года показывают, что изменяют семьдесят пять процентов мужчин. Я из тех, кто не изменяет. Однолюб. Видимо на всю голову бракованный, потому что, как встретил Лизу на ее первом курсе в институте, так и пропал. Маленькая, тонкая. Мой белокурый ангел с хитрым взглядом и всегда с улыбкой на губах. Она была яркой, немного дерзкой. Милой. В одно мгновение могла быть ангелочком, а уже через несколько секунд выпустить на волю чертенка. Это меня и зацепило. Крепко. Насовсем. Кроме нее, никого больше не видел. И до сих пор не вижу. Несмотря на все ее измены. И перемены. Куда делась моя нежная девочка? Откуда у Лизы появились повадки хищницы? Платья эти короткие. Юбки. Блузы только с виду скромные, а на самом деле приковывающие внимание к ложбинке между грудей.

Но мне нравится и этот ее образ. Нравилась красная помада на накаченных ботоксом губах: «Данечка, ну я всего чуть-чуть, форму подправить, ты же понимаешь. Всего ноль два, Дань. Даже не заметишь!»

Заметил. Губы любимой стали чуть более пухлыми. Капризными.

«Межбровку разгладить? Лиза, тебе всего двадцать пять. Какие морщины?»

Но она настояла и с того времени постоянно ходит на какие-то процедуры. Колет уколы. Замораживает выдуманные морщинки. Полгода назад ей исполнилось двадцать восемь. На день рождения она просила подарок – подтяжку груди. Подтяжку! Господи, что там подтягивать? Шикарная форма, крепкая дерзкая троечка, которая даже не нуждается в поддержке бюстиков. Вместо ожидаемого я ей купил карту в спа. С полным комплексом. Лиза радостно сверкнула глазами, кинулась на шею и обняла крепко, нежно. Как когда-то, ещё в пору студенчества. Как та самая девчонка, которая украла у меня сердце. А через два дня вернулась к разговору об операции. Я отказал. Она обиделась.

Пыталась доказать, что ей это нужно. Я объяснял, что совершенно нет необходимости ложиться под нож.

В итоге Лиза сделала вид, что поняла. Согласилась со мной. А сегодня – вот. Пожалуйста.

По статистике всего двадцать пять процентов женщин изменяют. Мне, кажется, досталась самая ярая изменщица из всех. Тоже бракованная. И любовь у нас такая же. Только что с этим делать?

– …что мне твоя любовь? Не кружит, Дань. Нет тех чувств. Нет ощущения счастья. Быт сжирает все.

– А с Артуром не сожрет? – пропустив половину экспрессивного выступления своего ангелочка, зацепился только за последнюю фразу.

– С ним все по-другому. Ну ты же помнишь, как у нас было в самом начале? Когда смотришь в глаза и улыбаешься без причин? Когда за руку под дождем бежать – это уже счастье. Когда даже в съемной квартире в тридцать квадратов было не тесно!

– Помню, – правда помнил. Невозможно было забыть.

– Ну вот, у меня с Артуром сейчас так же. Так что не мешай, Дань. Просто понимаешь… Я не могу больше вот так.

– Как?

– Так, как у нас! Ты постоянно на работе. Я, как клуша домашняя, то готовлю, то мою и чищу все. Одна. А ты то устал, то «подожди, малыш». А сколько ждать, родной? Сколько еще ждать? Время идет! Годы, Даня. Мы с тобой уже сколько лет вместе, а ничего не меняется!

Хотелось рассмеяться. Но в горле стоял ком. Огромный вязкий ком, сотканный из эмоций, боли и ругательств, которые я упрямо держал при себе.

Ничего не меняется? Ничего?! Квартира в центре города, в новостройке. Проклятый кредит, который закрою уже через два года. Работа моя, на которой я так много времени провожу, та самая, благодаря которой ангел-Лиза вызывает дважды в неделю клининг и через день заказывает ужины в ближайшем ресторанчике? Один из претендентов на должность начальника аналитического отдела в тридцать лет. Возможно будущий самый молодой руководитель в филиале ада с шикарными перспективами. Устаю? Да, черт возьми! Я устаю! Работаю на пределе. Готов не вылезать с проклятой работы, чтобы скорее выкупить квартиру. Чтобы снять ярмо ипотеки с шеи и тратить больше денег на свою любимую. На ту, которую моя любовь больше «не кружит».

– Да, не меняется, – снова кривая улыбка на губах и взгляд в сторону. – Я – все также тебя люблю, ты – все также нарушаешь свои обещания и изменяешь мне. Все как прежде.

– Даня, – голос дрожит, Лиза садится на кровать, и в глазах тут же хрустальные слезы. – Дань. Данечка. Ну я же не виновата, милый. Правда не виновата. Случайно с Артуром познакомилась. Не искала новых знакомств. Вообще не думала даже ни о каких мужчинах.

Накаченные губки начинают мелко дрожать. А меня не трогает. Это все я уже видел и слышал. Не один раз. И примерно знаю, чем все закончится. Снова.

– Дань, да я вообще в магазин за соком пошла. И случайно споткнулась. Чуть не упала на крыльце скользком. Понимаешь?

– Угу.

Скользком… Значит, со своим Артуром она познакомилась, когда на улице еще была наледь. Потрясающе. Или дожди шли? Хотя какая разница? Вот какая? Когда сердце в клочья. Душа на ленты рваная. В голове только одно желание – пойти и поорать в ванной. Набрать воды, голову туда засунуть и орать, орать, пока воздух не закончится в легких. Пока всю боль не выкричу.

– Ну что мне врать тебе нужно было? Обманывать постоянно и на тайные свидания бегать? Тебе с рогами хочется ходить? Я же, наоборот, честно тебе пришла все рассказала. Неужели лучше было бы, если бы какая-нибудь старушка досужая во дворе на меня пальцем ткнула и сказала, что я у тебя профурсетка легкомысленная?

Значит, уже кто-то сказал. Один я ничего не видел. Пахал, как проклятый. Мечтал, как через пару месяцев в отпуск, Лизку в охапку и в ЗАГС. Сколько можно ждать? Она уже пару лет не дурила. Вроде все устаканилось. И счастье.

Гнилое счастье. Рогатое.

– Я понял, Лиз.

Сказал и замкнулся. Не слушал больше ее криков. Не обращал внимание на раскрытый посреди спальни чемодан. На то, как моя родная, любимая, самая лучшая на всем свете женщина собирает летние вещи. Ах да, Артурчик же ее в Эмираты пригласил. Собственно, с этого и начался наш вечерний скандал.

Я только пришел с работы, принял душ и переоделся в домашнее, предвкушая, как мы с Лизой проведем вместе вечер. Поговорим, может быть, что-то посмотрим, а потом я уведу ее в спальню, чтобы вместе подниматься к звездам.

– Лизуль, включишь музыку? – заходя в спальню, с улыбкой попросил невесту.

А она в этот момент, пыхтя, доставала из ящика кровати огромный чемодан.