Временные трудности (СИ), стр. 80

— Ну так вот, наследник клана Гао пробудил ци! И так как он родился не в грязном хлеву, как ты и жители этой дыры, то и оружия заслуживает самого лучшего! Ты понял?

— Не совсем, господин Гао.

— Неудивительно! Это же не обсчитывать да обманывать честных людей. Оружие! Лучшее оружие! А приличный кузнец почему-то поселился в этом заброшенном богами городе!

— Я все равно не могу понять, какое отношение это имеет к лошадям, — потупив взгляд и пылая ненавистью в ци, пробормотал торговец.

— Оружие наследника клана — гуань дао! — медленно, словно разговаривая с умственно отсталым, сказал Ксинг. — И если о хорошем металле может позаботиться и кузнец, то за Пурпурный Дуб, чья древесина единственная достойна наследника, он захотел содрать… то есть у него вообще нет никакого Пурпурного Дуба! И только мы, великие воины рода Гао, можем его добыть!

Торговец подобострастно кивнул, но вспышка яростного обжигающего злорадства показала, что он прекрасно понял, к чему ведёт собеседник.

— Как одному из лучших воинов отряда мне поручили очень важную миссию! — выпятил Ксинг подбородок. — Охранять лошадей от происков подлых и завистливых врагов! Эх, если бы я пошёл в Лес, мы бы обязательно вернулись с Пурпурным Дубом!

— А чиновник Фу? — почти что перебил торговец. Лицо его выражало почтение и угодливость, но ци выдавала, что он давится смехом.

— Пошёл, конечно же, с отрядом! — подтвердил догадку Ксинг. — Ведь самое безопасное место в Империи — рядом с воинами Гао! Но они не вернулись, видать, отряд попал в засаду врагов! Не могло же стать причиной гибели какое-то жалкое зверьё?

— И вы хотите продать лошадей? — направил торговец разговор в деловое русло.

— Конечно! Ты совсем слабоумный, если думаешь, кто-то в одиночку сможет довести две дюжины лошадей до поместья Гао! Оставаться было опасно... для лошадей, да, не для меня, только для лошадей! Я, ха-ха, с лёгкостью мог бы сразить всех зверей, но при этом пострадали бы лошадки. К тому же мне срочно надо домой, доставить вести как можно скорее!

Торговец вновь поклонился, а оттенок его ци вновь сменился. К смеху и злорадству добавилось сильное презрение к этому трусливому никчемному «Ханю Гао», который сбежал, сверкая пятками, стоило отряду сгинуть в Лесу. И Ксинг не будет Ксингом, если на следующий день о позорной гибели воинов Гао и чиновника Фу не будет судачить весь Жумэнь, а послезавтра уже и вся провинция!

— Эй, ты что, оглох? Я сказал «скорее»! Это значит, что ты должен шевелить своей ленивой задницей! Члены рода Гао не торгуются, так что если ты не назовёшь честную цену, я отрублю тебе ноги!

Ксинг был уверен, что его обдерут до последнего чженя, но получить за лошадей хорошую цену он не рассчитывал и так. Однако то ли подействовала угроза, то ли лошади оказались гораздо лучше, чем он думал, но торговец отсчитал вполне приличную сумму.

Небрежным жестом, показывающим, что члену рода Гао не пристало заботится об этих презренных деньгах, он ссыпал монеты в наплечный мешок и направился прочь. Дойдя до большой деревянной постройки общего отхожего места, Ксинг зашёл внутрь, убедился, что вокруг никого нет и быстро переоделся. Ненавистные борода и усы, которые всё это время он удерживал на лице с помощью внутренней энергии, отправились в дыру в полу — место, где всем Гао и полагается оставаться навечно. Туда же последовала и одежда — вспыхнув напоследок от выброса огненной ци и мгновенно превратившись в пепел.

Наружу вышел уже Ксинг Дуо — ученик великого мастера Гонга Бунтао, известный всему Жумэню. Он спокойно прошёлся по рынку и купил, переплатив почти вдвое, большую телегу для перевозки строительных тяжестей, запряжённую четвёркой волов. Спокойных, неторопливых животных, управиться с которыми, в отличие от лошадей, смог бы даже ребёнок.

Оказавшись на знакомой поляне и убедившись, что за время отсутствия ничего не произошло, Ксинг загрузил на телегу оружие и припасы, накидал сверху туши зверей и, напоследок, прикрыл всё ветками Пурпурного Дуба, оставшимися после подготовки послания учителю.

После сражения с Гао прошло более суток суеты, постоянной беготни, таскания тяжестей и утомительной подготовки. Так что тронувшись, наконец, в путь, Ксинг подумал:

«Каждому герою нужно пространственное кольцо. Абсолютли!»

☯☯☯

Ксингу было не привыкать к тяготам жизни. В прошлом это были пытки негодяя-учителя, затем появился полный список невзгод нищего крестьянина, да и выживание в Лесу Дюжины Шагов приятным назвал бы только сумасшедший. Теперь его жизненный опыт обогатился новым мучением. Он, привыкший к совсем другому темпу жизни и действий, просто не мог вынести неспешной походки волов. Путешествие, которое он проделал бы пешком меньше чем за неделю, продлилось целый месяц. И всё это время приходилось удерживать от порчи целую гору мяса.

Для него, обладавшего уже достаточной силой, это было вовсе не трудно, да и обновлять и усиливать ци, удерживающую туши в свежайшем состоянии, приходилось не чаще, чем раз в сутки. К тому же волы оказались смышлёными животными, умеющими топать в указанном направлении даже без погонщика. Их блестящие воловьи глаза светились такой невозмутимостью, что даже целая гора мёртвых хищников никак не повлияла на их поведение, они были выше таких мелочей, как трупы смертельных врагов.

Поэтому, направляясь в другую провинцию, Ксинг не сидел на телеге без дела. Он то убегал вперёд, обследуя округу, то охотился, купался и плавал во встреченных речушках и озёрах. Но всё равно путешествие вышло ужасным, так что он провёл его преимущественно в тренировках, с каждым днём усиливая собственную ци.

Он давным-давно перебрал трофейное оружие и доспехи, с помощью ци и умений кузнеца избавив те от любых намёков на принадлежность к роду Гао. Ничего особо интересного он не нашёл, кроме меча главного Гао, чьё имя он так и не узнал и которое его совершенно не интересовало. Кузнец, выковавший меч, в подмётки не годился наставнику Гонгу, но материал использовал отличный. Пусть это было всего лишь Звёздное Железо, превратить его в Звёздную Сталь Ксинг смог бы в первой попавшейся приличной кузнице. Отложив в сторону этот меч, Ксинг решил всё остальное продать.

И получилось это гораздо легче, чем Ксинг когда-либо рассчитывал. Стража в городах и городках, в которые он заезжал, чтобы пополнить запасы еды для волов, при виде зверья всегда приходила в волнение, но, увидав сияние ци, окружающее туши, и услышав о конечной цели его путешествия, успокаивалась, не удосужившись даже обыскать телегу. Ксинг мог их понять — связываться с человеком, способным не просто справиться со стаей дикого зверя, но и владеющим ци, никому не хотелось. Адепты и мастера ци в Империи всегда были на особом счету, а документы Ксинга — медальон жителя Жумэня — были в полном порядке. Так что он спокойно распродал оставшиеся доспехи и оружие, получив очень хорошую цену, выбить которую помогало ощущение ци, показывающее, до каких пределов купец готов торговаться.

Прибыв в Мыаньтао, столицу соседней провинции, Ксинг поначалу растерялся. Ни в прошлой жизни, ни в этой он не видел такого огромного города с таким количеством пешеходов, всадников и повозок. Признаться, Ксинг, пребывал в замешательстве, не зная, ни куда ехать, ни как передвигаться по улицам, где каждая следующая лошадь, казалось, стояла на голове у предыдущей, а телеги подпирали друг друга, не оставляя места для человека. Впрочем, решить подобную проблему оказалось очень легко. Объяснившись со стражником и получив от него хороший совет, Ксинг окликнул уличных мальчишек, бесстыдно таращившихся на мёртвое зверьё, показал им пару монет, после чего всё случилось будто само по себе. Не пришлось даже управлять телегой — два новых проводника, вырывая друг у друга поводья, всё-таки довезли его до нужного места — огромного четырёхэтажного ресторана с загнутыми коньками черепичной крыши, на вывеске которого блестели позолотой три гигантских скрещенных тесака.

Ксинг не стал смущать посетителей и объехал заведение с тыльной стороны, туда, где на обширной огороженной территории находились жилые помещения, а широкие ворота явно служили для поставки продуктов.