Шаг в темноту... (СИ), стр. 78

Возвращаясь обратно, пульсация несла с собой богатый урожай Жизни. Черный смешался с насыщенно зеленым. Произошел еще один выброс, однако, всё в пределах его радиуса уже было убило. Всё, кроме закрытой щитом опухоли, к которой он пробиться не смог.

- Опасная магия. – Прошипел Нар’Глод. – Похожа на Силу Смерти.

Гора мяса под ним снова взорвалась ошметками и осколками костей, исторгнув длинные щупальца, покрытые похожими на лезвия наростами. Следом за ними вышли новые твари, взамен умерщвленных.

Меняя под собой структуру опухоли, на длинном отростке начал спускаться и сам выходец из подземного народа.

Чернокнижник отчетливо видел, как на марионетках противника проступают цепочки рун. Они словно запечатывали Жизнь в их телах. Делали ее крайне неподатливой, пресекая саму возможность похищения.

Из опухоли фонтаном брызнула кровь. Ударившись в землю, она, ведомая чужим умыслом, потекла одновременно в нескольких направлениях. Быстро разбившись на многие десятки отдельных потоков, начала образовывать узор. Часть ее и вовсе заползла на слизистое тело Нар’Глод, вырисовывая письмена.

Покачав головой, Тирисфаль просто изменил конфигурацию Демонического Доспеха, перенаправив всякое воздействие с себя, на Камень Души. Пусть и ненадолго – материал был слабоват – он обрел надежную защиту, должную уберечь от чужих проклятий и попыток воздействия на Искру.

«В крайнем случае, буду отступать»

Когда кровавый круг обрел завершенный облик, за чем чернокнижник следил с большим вниманием, наполнявшие его символы разом вспыхнули, отпечатываясь в камне. Потоки маны встали на месте, прекратив движение, прежде чем ускориться в одночасье. Сами ее свойства начали меняться.

«Подготовил поле боя. Умно. Обычному магу будет тяжело сражаться внутри, придется адаптироваться к изменившимся свойствам маны. И даже выберись он за пределы круга, его заклинания будут слабнуть, попадая внутрь. Хороший прием. Нужно запомнить» – Колдун приоткрыл рот и вдохнул, вместе с воздухом втягивая окружающую магическую энергию. Пробуя ее языком. – «Хаотичность и агрессивность. Такая мана подходит для некоторых стихий, Инфей смогла бы разгуляться. Самое то для противостояния адепту школы Тайной Магии, хотя и способно несколько усилить его атакующий потенциал. Такая мана не подходит для сотворения статичных формул. Щиты и разного рода ловушки будут крайне слабыми»

Чернокнижник обернулся тьмой, пропуская сквозь себя тройку щупалец. Их кончики, угодившие в туман, покрылись коркой омертвевшей плоти. Однако, не более того. Плоть стремительно регенерировала, не давая ущербу распространиться.

Впрочем, большего демонологу и не требовалось. Воплотившись, он положил правую пятерню на ближайший отросток, вонзив когти. Вдоль предплечья потянулись змейки серого тумана, энергии из пары душ, вливаясь в символы на перчатке. Письмена наполнились тусклым белым светом, активировались самые прожорливые свойства артефакта.

Плоть начала усыхать, увядать, как цветок без воды. А вокруг Тирисфаля закручивались насыщенные потоки украденной Жизни. Несколько других щупалец, оставшихся без внимания, обрушились на него сверху, заставив согнуть спину. Одно обвилось вокруг талии и дернуло в сторону.

Без сожаления выбросив зажатый в хватке кусок мертвого мяса, колдун положил ладонь на следующую жертву, что сама так любезно к нему прижалась. Щупальце судорожно содрогнулось, начало сереть. Размотавшись, оно начало втягивать обратно в опухоль.

Все пустышки вернулись к месту своего рождения, сливаясь с кучей мяса. Остался лишь Нар’Глод, основательно покрытый кровавыми узорами. Даже когти оказались затянуты красным лаком. Демонолог видел, как к нему стягивается мана. Как по кирпичику выстраивается громоздкая формула.

Не став медлить, Тирисфаль внес коррективы в Доспех, дополнительно влил в него энергию еще двух душ и позволил формуле поглотить всю жизненную силу. Вырвавшаяся пульсация несла на себе черное пламя, без следа слизавшее всякое проявление маны, в том числе и магический круг.

Больше ничего не мешало творить заклинания Тайной Магии.

Повернув корпус влево, колдун пропустил лапу противника в опасной близости от груди. Весь Нар’Глод был покрыл черным огнем. Он сжигал ману в его ауре, уничтожал узоры на коже. Однако не вредил телу.

Распавшись туманом, чернокнижник воспарил к потолку, испытывая предвкушение. Он никак не ожидал, что соперник не сможет совладать с атакой, не нацеленной даже на него самого.

Выпустив черное пламя, мужчина рассчитывал очистить площадь, дабы привести ману в порядок. Чтобы сковать урода по рукам и ногам, обвешать проклятьми. И уже потом, медленно и осторожно, вытащить из обессиленного Искру. Очень уж она была сильна, имелся шанс упустить при скоротечном убийстве.

«Черное пламя горит за счет маны. Нет маны, нет огня. Избавиться от него до смешного легко, достаточно просто стравить немного энергии из ауры и все. Неужели он настолько туп? Или не доводилось сражаться с последователями школы Тьмы?»

Подгадав момент, когда пламя разгорелось особенно буйно, начисто игнорируя пустые попытки ползучего атаковать, колдун накрыл его куполом. Мгновение спустя в изолированном пространстве прогремел взрыв, видимость заполонила чернота. Огонь перекинулся на купол, начав его активно уничтожать.

Убрав барьер, демонолог спустился на землю и подошел к своей жертве. В ауре маны совсем не осталось. Пламя пожрало ее без остатка. Тело ужасно пострадало. Все внутренности превратились в кашу, но кости выдержали, чего нельзя было сказать о внешнем покрове. Броню искорежило, местами она еще глубже впилась в плоть.

- Так глупо подохнуть…

Тирисфаль поставил ногу на грудь мерзости, накладывая проклятье за проклятьем. Тварь регенерировала, раны закрывались с видимой зрением скоростью. У нее все еще сохранялась связь с опухолью, из которой шел чудовищный приток Жизни. Однако, тесный контакт с Демоническим Доспехом не давала ей столь скоро прийти в себя. Он отжирал солидный кусок энергии.

Постоянно преобразуя изумрудный туман в ману нейтрального спектра, колдун отошел на шаг. Поднял левую длань, указал на цель, и растопырил пальцы на манер хватки. Начал медленно, с усилием, будто пытался раздавить нечто очень твердое, сжимать.

Над телом неохотно проступило беловато-серое очертание и начало тягуче тянуться вверх. Оказавшись вне пределов оболочки, дух отчаянно закричал, захлестываемый первобытным ужасом. В порыве, он взмахнул лапой, полоснув по проекции шлема, но было уже слишком поздно для сопротивления. Его неумолимо тянуло вперед, ужимая до состояния сферы.

Коснувшись пальцами могущественной Искры, чернокнижник немедленно накрыл ее второй ладонью сверху, попутно развеивая Доспех. Его руки напряглись. Предплечья задрожали. Душа пыталась вырваться, но постепенно начала покрываться молочно-белым кристаллом своей темницы.

Против воли на лице Тирисфаля появилась улыбка. Каждая подобная Искра приближала момент исцеления. Момент, когда он сможет вновь стать полноценным магом. Обретет целостную ауру, сквозь которую не будет утекать мана, как из дырявого ведра. Ауру, которая сама по себе будет обладать защитными свойствами. И больше не придется использовать искры, вместо источника энергии. Откроется широчайший простор для исследований и обретения новых возможностей.

К тому же, убийство каждой подобной твари, капля по капле, восстанавливало Человечность. Не позволяло Тьме внутри его собственной Искры возобладать еще больше.