И сердце шепчет о тебе... (СИ), стр. 84

В день родов Максим тоже как раз находился у неё. Лариса лежала на постеле. чувствуя себя неважно - низ живота тянуло, и вообще в последние дни участились ложные схватки. Мужчина почти перебрался уже к ней, следя за тем, чтобы она лишний раз не перенапрягалась. Вот и сейчас он сидел на полу, прислонившись спиной к боку кровати, а девушка нервно перебирала его заметно отросшие светлые волосы. Было предчувствие, что именно сегодня всё и случится, но говорить о том Максу Лариса не спешила. Вдруг ошибается? А с него станется развести бурную деятельность или вовсе в клинику отправить. Он всё-таки жуткий перестраховщик. Иногда его забота прям душила в одинаковой степени, что и радовала. Но видимо, Максим что-то почувствовал, потому что то и дело косился на неё между выполнением работы.

- Хочешь чего-нибудь? - поинтересовался Дмитров в очередной раз.

Лара улыбнулась и отрицательно покачала головой, стараясь не показать ему, что низ живота только что пронзило первой вспышкой боли. И всё-таки от неожиданности вцепилась в волосы мужчины крепче прежнего, до боли.

- Ириска? - моментально среагировал Макс, подскочив на месте.

- Кажется, началось, - виновато прошептала она, стараясь подавить испуг.

- Ага, понял, - хриплым голосом произнёс рассеянно мужчина, вызывая такси, а после принялся помогать ей одеваться. - Всё будет хорошо, - то и дело приговаривал, неизвестно ещё, кого больше тем самым успокаивая.

- Макс, - схватила Лара его за руку, останавливая. - Всё действительно хорошо, - сжала чужую ладонь. - В конце концов, не я первая, не я последняя. Это происходит со всеми женщинами мира.

- Ты - не все, - хмуро парировал мужчина. - Идём, - потянул за собой, поддерживая за талию, пока они спускались на улицу и садились в такси.

Возле клиники их уже встречали - врача Максим тоже уже успел предупредить.

Последующие несколько часов для него слились в бесконечность, где любимой девушке было плохо, а он ничего не мог сделать, чтобы хоть как-то облегчить её страдания. Стоял возле постели, вытянувшись по струнке, и крепко сжимал ладошку Ларисы.

- Не стоило тебе присутствовать, - устало улыбнулась девушка много часов спустя.

Боль стала почти непроходящей, но малыш не спешил появляться на свет, чем изрядно вымотал мамочку.

- Я никогда бы не оставил тебя одну в такой момент, - глухо отозвался Дмитров. - Но я очень надеюсь, что это скоро закончится. Чувствую себя совсем беспомощным, - признался растерянно.

Ответить Лариса не успела - её скрутил очередной приступ боли.

Леон - как эти двое впоследствии назвали сына - появился только двадцать часов спустя, громким плачем оповестив мир о своём рождении. Вымотанная девушка даже толком не рассмотрела ребёнка, тут же погрузившись в целебный сон. А вот Максим удостоился чести подержать малыша на руках. Розовокожий и здоровый по всем показателям он показался ему самым прекрасным существом в целом свете. Мальчика даже держать было страшно, но он быстро приноровился, потом ещё и купал сына всегда сам, на что Лара часто ревновала. Леон быстро привык к рукам отца и с матерью уже мыться не всегда соглашался.

- Нет, где это видано, - бурчала Лариса, глядя на своих мужчин. - Мучилась, рожала, а он, видите ли, с папиных рук не слезает. Вот где справедливость, я вас спрашиваю? - задала риторический вопрос, тем самым веселя Максима.

Он уже привык к ворчанию своей Ириски и часто подкалывал.

- Спать меньше надо, - припоминал он ей момент родов.

Поначалу обижавшаяся Кузнецова, вскоре стала на это лишь грустно вздыхать. Знала же, что Максим это по-доброму.

- Кстати, когда в Россию полетим? - поинтересовался он в один из вечеров.

Нет, пара по-прежнему хранила дистанцию, но жить вместе это им не мешало. Дмитров рад был бы забрать семью в свой дом, но там ещё не закончили ремонт, приходилось ждать, хотя терпения с каждым днём оставалось всё меньше. Ещё Ириска, словно чувствуя это, стала всё чаще мелькать перед ним в сорочке без халата поверх или в одном полотенце после душа, что совершенно не помогало выдержке. А Лариса действительно подмечала всё и нагло играла на нервах мужчины. Михей, выслушав жалобы лучшего друга, сказал только одно: "Мазохисты!". Макс даже не стал спорить.

- Через две недели, - донеслось из спальни. - Я с мамой уже договорилась, она всё подготовит.

- Хорошо, - не стал спорить Максим, планируя воспользоваться подвернувшейся возможностью.

К указанному месяцу напряжение между парой достигла своего апогея. когда каждое нечаянное прикосновение, невинный взгляд и тихий голос воспринимался столь остро, что почти невозможно было сопротивляться этому наваждению. Плотину прорвало, когда в один из выходных они отправились гулять в парк.

Солнечный июльский день радовал своим теплом и хорошим настроением. Леон спал в коляске, а его родители неспешно прогуливались по скверу, развлекаясь обсуждениями просмотренного накануне фильма.

И всё было хорошо, пока Максима не окликнула высокая стройная блондинка с таким глубоким вырезом на блузке, что грудь того и гляди грозилась выпасть из бюстье. Хорошо ещё юбка оказалась длинной, правда, тонкая ткань скорее будоражила воображение при каждом шаге обрисовывая округлые бёдра, чем скрывая достоинства фигуры. Апофеозом этой встречи для Ларисы стал тот факт, что Макс вполне искренне улыбнулся подошедшей к ним всемирно известной модели. И ведь та видела, что он не один, но демонстративно игнорировала Кузнецову, сосредоточив всё своё внимание на её спутнике. И пока они мило беседовали, Лара тихо и обстоятельно закипала. А после неожиданно для самой себя заплакала. Нет, им она этого не показала, вовремя отвернувшись.

- Мы пройдёмся до конца аллеи, - предупредила тихим голосом Лариса своего спутника.

- Хорошо, я вас сейчас догоню, - сжал её руку мужчина и отпустил, так и не взглянув.

И так Ларе себя жалко стало. Столько месяцев прошло, а между ними всё по-прежнему, так стоит ли надеяться? Как же глупо всё вышло.

Она шла, шла и шла, ничего не видя - пелена слёз застилала картинку мира. Закусив губу, девушка старательно сдерживала рыдания, но, почувствовав на своих плечах знакомые руки, всё-таки разревелась окончательно.

- Глупая, - прошептал Максим с нежностью в тоне. - Что же ты у меня такая глупая? Ну, разве может она сравниться с тобой, - выговаривал тихо, крепко прижимая к себе любимую. - Я ведь всё время с тобой. С тобой и Леоном. Я хоть раз дал понять, что меня интересует кто-то ещё, кроме вас? Кроме тебя? Я же здесь остался лишь ради тебя. Ради вас. Бросил всё и начал сначала, чтобы рядом с тобой быть. Ириска, Ириска… - вздохнул, поцеловав Ларису в висок. - Не плачь, малыш. Слышишь? Я только твой. Даже когда ещё сам этого не знал, всё равно уже был твоим. И только твоим.

- Правда? - прошептала Лара, уткнувшись лицом в его плечо.

Максим наигранно шумно вздохнул и чуть отстранился. Посмотрел на заплаканную девушку и губами собрал каждую слезинку.

- Правда, - прошептал в ответ, прижимаясь к её губам в коротком поцелуе.

Они поженились в начале сентября, когда Леону исполнилось полгода. За две недели до свадьбы малыша крестили, выбрав на эту роль Мишу и Соню. И на этой свадьбе всё было, как положено: выкуп. похищение невесты и много-много конкурсов. А ещё у ребят выдалась запоминающаяся первая брачная ночь - они до самого рассвета просидели возле кроватки сына. У Леона резались зубки, а потому он много капризничал и мало спал, предпочитая руки родителей собственной кроватке. Но не сказать, что Лариса или Максим были этим расстроены. Лёжа в постели с зажатым посередине ребёнком, оба улыбались во сне. А ни разу не спящий малыш лишь радостно агукал, жуя свой кулак. И смотрел на отца с матерью, словно прекрасно понимал, что тем пришлось пережить на пути к счастью.

Конец