Совсем неглавная героиня (СИ), стр. 41

Все это оказалось чересчур для простой девчонки, серой мышки, только-только поступившей на первый курс университета и еще не успевшей распрощаться ни с детскими мечтаниями, ни с розовыми очками. Если поначалу все происходящее воспринималось как некая забавная увлекательная игра наподобие тех ММОРПГ, в которые она играла сотнями, то постепенно ситуация как-то резко изменилась.

Нет, не то чтобы резко, кажется, все и дальше шло по сюжету дорамы, по которой она фанатела уже не один год, яростно вступая в словесную схватку на форумах. Но те же события каким-то образом приводили не к тому результату, который она видела на экране. И казалось, чем больше она пыталась все вернуть в нужное русло, тем больше все портилось.

Ланлинь помнила, что по сюжету истинная слава, почет и всеобщие любовь с уважением главной героине достались, когда она преодолела испытания, победила злодея и получила императорский титул. Вот тогда, под руку со своим возлюбленным, сценарная Ланлинь обрела истинное счастье…

Да только в этой дурацкой выдуманной реальности все с самого начала пошло совсем не так! Начиная от гадской бывшей невесты Шуая, вдруг нарисовавшейся здесь же, заканчивая неучтенным хранителем, не пожелавшим даже пускать ее, избранную, в лабиринт! Казалось бы, куда уж хуже? Но может, может быть! Все плохое, что только могло случиться, сейчас случалось с Пылинкой! Опасные монстры, смертельные ловушки, коварные загадки… Откуда ей было знать, что все это далеко не весело, скорее страшно?! Девчонке уже ничего не хотелось, только оказаться как можно дальше от всего этого, можно в той же академии магии, но чтобы все были живы и здоровы! И она бы даже прилежно училась, не строила никаких козней и даже не выделялась бы…

Вот только плевать всем местным богам и сценаристам на ее желания! Теперь еще и Джейсин пропала, и пусть Пылинку она всегда бесила, от этого за нее страшно и тревожно ничуть не меньше. А сама Пылинка теперь прикована к гадскому злодею, и что делать с этим…

Резкий рывок за запястье, слегка ободравший кожу, заставил ее невольно вскрикнуть и подняться с пола.

— Совсем ополоумел?! — воскликнула Пылинка, смаргивая выступившие от боли слезы и потирая руку.

— Жаль, ожила. А я уж думал воспользоваться твоим состоянием… — глумливо протянул Гу Юнжень, вызвав глухое рычание подобравшихся ближе медведя и лиса.

— Что?! Да как ты вообще мог подумать… — аж задохнулась от возмущения Ланлинь, судорожно проверяя завязки своего ханьфу.

На что Гу Юнжень красноречиво закатил глаза.

— Вот уж что-что, а твои сомнительные прелести интересуют меня меньше всего. Я всего лишь хотел отрубить тебе руку и, избавившись от обузы, спокойно двинуться дальше за Небесной Звездой, — невинно улыбнулся главный злодей всея дорамы.

Не сдержавшись, Ланлинь отвесила нагло скалящемуся гаду звонкий подзатыльник. В другое время предводитель многочисленной армии, не задумываясь, все же отрубил бы руку за такой проступок. Но сейчас он лишь искренне расхохотался. Эта наивная неумеха, каким-то чудом возомнившая себя избранной, его забавляла, как неведомая зверушка в бродячем цирке. Ну кусается, так дикая потому что, глупая. У нее и зубов толком нет.

— А что не так? Ты идти не хочешь — я готов тебя избавить от этой необходимости. Все равно императрица из тебя никакая, — пожал он плечами, отсмеявшись. И весело клацнул зубами в сторону разъяренных Сьона и Шуая. — Отбой, детишки, ваша мышка остается при полном комплекте конечностей… Пока что.

— Да уж получше, чем из тебя, — пренебрежительно фыркнула Ланлинь. И, нарочно пихнув его плечом, с силой дернула за запястье, шагнув вперед. — Чего стоим? Меня артефакт еще ждет, а с ним и императорский престол.

Слезы, готовые вот-вот пролиться, высохли, словно их и не было. Наверняка испарились от огня злости и возмущения, бушевавших у девушки внутри.

Да Сьон и Юань Шуай молчаливо перекинулись только им понятными знаками, определяясь, стоит ли доверять Гу Юнженю. По всему выходило, что нет. Но в данной конкретной ситуации особо выбирать не приходилось. Да и как бы там ни было, пока им все равно идти в одну сторону. К тому же что бы там ни говорил злодейский гад, но избранные не имеют права вредить друг другу во время испытания, а значит, его рисовка с мечом — лишь дешевое позерство, чтобы поддразнить их подругу.

— Я пойду вперед, может, сумею почуять опасность гораздо раньше, чем мы с ней столкнемся, — высказался Да Сьон вслух и обогнал скованную парочку.

— Я страхую сзади, — тут же отреагировал Шуай.

Еще ни разу не было такого, чтобы на них напали со спины. Пройденные секции не зря считались пройденными — опасности для тех, кто справился с угрозой, уже не было. Но кто знает, какие сюрпризы скрываются на подходе к артефакту. К тому же так удобнее следить за Гу Юнженем. В конце концов, есть уйма возможностей вывести избранного из строя, толком не навредив ему. Хотя бы банально усыпить. Конечно, пока Ланлинь прикована к злодею, тот ничего не сумеет поделать. Но кто знает, какие тайны он скрывает и что прячет в рукаве? Возможно, и от связывающего артефакта избавиться способен в любой момент.

Гу Юнжень, обернувшись к лису, несколько мгновений сверлил его пристальным взглядом, будто читал его мысли, после чего в своей манере насмешливо хмыкнул и отвернулся к Ланлинь.

— Ну а мы, дорогая моя, по-прежнему остаемся центральными фигурами.

И, нарочито выводя ее из себя, приобнял собственническим жестом, будто не замечая, что этим самым заставляет ее неудобно завести руку за спину. Впрочем, тут же отпустил, стоило ее острому локотку впиться ему под ребра.

— Центральной фигурой и препятствием, которое я, будь уверен, преодолею, — заявила она, зло сверкая глазами.

— И откуда же такая уверенность? — Гу Юнжень заинтересованно приподнял бровь, ожидая выпада от мышки, решившей обзавестись острыми зубками.

— Злодеев никогда не ждет «долго и счастливо». Простая статистика, — ухмыльнулась девчонка и, довольная собой, демонстративно отвернулась.

Гу Юнжень лишь хмыкнул на это. Ну-ну, наблюдать, как некто столь наивный сталкивается с суровой реальностью, — не худшее развлечение в этом лабиринте…

ГЛАВА 18

Джейсин

Я, как завороженная, подалась к Сан Линю, глядя ему прямо в глаза. Его губы дрогнули, чуть приоткрывшись. Где-то на заднем фоне счастливо мурлыкнул Козявкин. Вот он, тот самый момент, который решает многое.

— Почему Да Сьон и Юань Шуай прошли сквозь стену? — проникновенно спросила я, когда между нашими лицами оставалось расстояние всего в пару сантиметров.

— Кто? — выдохнул Сан Линь хрипло, озадаченно моргнув.

— Медведь и домашний лис, — нетерпеливо напомнила ему, от переизбытка эмоций вскочив на ноги. И остановила недоуменный взгляд на совсем растерявшемся парне. — Ты чего? Не проснулся еще?

— А. Ну да, разумеется. О чем бы мы еще сейчас говорили… — пробормотал он себе под нос с некоторой долей разочарования. — Разумеется, только медведь и д… Так, а с чего он у тебя вдруг уже домашний?! Это чей дом имеется в виду? У тебя там не один подвал?

Тут его взгляд приобрел осмысленность, и Сан Линь также поднялся на ноги, ревниво уставившись на меня. Аж хвосты замотались из стороны в сторону, как у разозлившегося кошака.

— Десяток, коллекционирую местную фауну, знаешь ли. Каждой твари по паре и все тому подобное, ага, — съязвила я. — Какая муха тебя укусила? Забыл уже, где мы находимся?

— Да есть тут одна… назойливая, — процедил Сан Линь, бросив на меня злющий взгляд. Но, видимо, досада все же прочистила ему мозги. — Так что ты говорила об этих недорослях? Мне-то откуда знать, с чего их пропустила стена? Схватились за вовремя подставленное плечо, наверное.