Где же у него кнопка? (СИ), стр. 8

— Что ты?..

Схватив за ворот рубашки, он втолкнул меня в кабину лифта, прижимая к одной из стенок. Не отрывая взгляда, Тимур с силой хлопнул по панели с кнопками, заставив меня дернуться, потому что на мгновение показалось, что он сейчас врежет мне по роже. Двери закрылись, лифт двинулся вверх. Я оцепенел. Так было каждый раз. Каждый раз он выводил меня из равновесия, загонял в нестандартные условия, в которых я терялся.

Он целовал меня. Снова. И делал это все также властно. Я задохнулся от ощущений, когда он скользнул губами по шее там, где еще не успели сойти следы его же поцелуев. Не знаю, что было бы лучше, если бы на площадке, на которой открылись двери лифта, кто-то был или никого не оказалось, как сейчас.

— Прекрати… — проскулил я, отчетливо ощущая и его возбуждение, и своё, выдающее меня с головой.

— В прошлый раз ты тоже так говорил. Прекрати, замолчи, не надо… а потом ловил кайф, задыхаясь от стонов удовольствия. Хочешь поиграть в изнасилование?

— Отпусти меня.

— Продолжай. Мне нравится ход твоих мыслей.

Постояв некоторое время открытыми, двери лифта закрылись и над нами погас свет. Все чувства моментально обострились, отодвигался на второй план стыд. Мы оба замерли.

— Тимур.

— Ммм… — раздалось совсем рядом.

— Ненавижу тебя.

Он отпрянул. В подъезде послышался лай — соседка со второго этажа возвращалась с прогулки со своим корги. Больше собак я не видел здесь. Воспользовавшись замешательством парня, подсветил телефоном кнопки и нажал на нужный мне этаж. Тим не последовал за мной.

Оказавшись дома, я понял, что не хочу ни чипсов, ни фильмов. Хочу упасть лицом в подушку и разобраться во всей гамме ощущений. Я всегда считал, что ненависть — это что-то сжигающее тебя изнутри, наполняющее гневом, заставляющее крушить. Ненавидел ли я Тимура? Скорее нет. Тогда что это за пылающее чувство, которое отдаётся не гневом, совсем не гневом?..

Рука непроизвольно скользнула вниз, накрывая еще не успевший опуститься стояк. Я же знаю ответ на свой вопрос. Почему так сложно признать, что это испепеляющее чувство — страсть? Что следы на моей шее, синяки на бёдрах — результат страсти? А предмет этой самой страсти — блядский заебушек, трахающий всех, до кого только сможет дотянуться.

Я редко появлялся в компании в будни, предпочитая лишний раз посидеть за конспектами, но сегодня пошёл. Наедине мысли скакали в настолько разных направлениях, что можно было идти в конспирологи с такой фантазией. А может, я просто мазохист и хотел увидеть Тимура.

— Это старость, Майоров, — хохотала Янка, похлопывая друга по плечу.

— Отстань. И без тебя тошно, — отмахивался Тим.

— Все, — обратилась она ко мне, — как прежде уже не будет!

Я напрягся. Не мог же Тим пожаловаться на меня Янке?

— Что случилось? — спросил я, отводя глаза.

— Кончился наш герой-любовник, — снова хлопнула она по плечу Тимура. — Ритка сказала, что у него не стоит.

— Чего? — улыбнулся я, не совсем понимая Яну.

— Помнишь девушку такую симпатичную? Сестру Данькину, которая только в этом году на первый курс поступила?

— Ну…

— Ну вот! Кое-кто к ней клинья уже пару недель подбивал, а у Жеки на даче девочка подпила…

— Может хватит уже это обсуждать? — возмутился Тимур.

— Нет, милый! Твой лучший друг должен быть в курсе! — засмеялась она и продолжила: — Так вот она подпила, наш Тимурка хотел ее в баню затащить и трахнуть хорошенько, а у него… не встал!

Я засмеялся в голос, не понимая, меня больше радует то, что у Тима в тот вечер не было секса или…

— Так это же логично, — сообщил я Янке, а потом посмотрел в глаза Тимуру: — У него ж теперь только на меня стоит.

========== 8 ==========

В каждой шутке есть доля шутки. Я улыбался в глаза Тимуру, наблюдая, как в нем вскипают мои слова, и четко осознавая, что как только мы окажемся наедине, он меня выебет. Вот прям именно выебет.

Народ в компании захихикал. Между нами иногда проскакивали такие приколы, поэтому я не боялся, что кто-то воспримет их всерьёз, но лицо Тимура в этот момент нужно было видеть.

- Ладно, шучу, - усмехнулся я. - Просто ученик превзошёл своего учителя.

На улице даже к вечеру было тепло, а я сменил рубашку на футболку и толстовку только для того, чтобы не было видно следов на шее. Но сейчас развязывал ворот, чтобы Яна заметила все, что я так прятал от чужих глаз.

- Ого… - подняла бровь девушка, и я даже позволил ей провести наманикюренным пальчиком по своей шее. - Это Лиза тебя так?

Я выдержал паузу, почти физически чувствуя, как парень напрягается, уже представляя свои руки на моей шее.

- Нет, - я снова посмотрел на Тимура, потому что хотел увидеть его реакцию. - Это причина, по которой мы с ней окончательно расстались.

Весь оставшийся вечер он прожигал во мне взглядом дыру, и как только я засобирался домой, Тим тут же подорвался идти со мной. Я хмыкнул, но виду не подал. Мы же друзья.

Шли молча. Я все ждал, когда же его прорвет и оказался прав.

- Ты думаешь, это смешно?

- Нет, - заверил я его. - Проблемы с потенцией в твоём возрасте - это очень серьезно.

Я чуть обогнал парня и шёл теперь спиной вперёд, наслаждаясь упрямым выражением лица, небольшой складкой между нахмуренных бровей, родинкой на щеке.

- У меня нет проблем с потенцией. У меня проблемы с тобой.

- Для того, чтобы иметь проблемы со мной, нужно… чтобы я хотя бы у тебя был.

- Ритка вторая девушка. - От неожиданности я остановился, и Тимур подошёл ко мне вплотную. - Я не врал, когда сказал, что не могу теперь выбросить тебя из головы. Это стремно, когда ты не реагируешь на одну девушку, пытаешься оправдать это настроением или усталостью, потом вспыхиваешь от одного только вида лучшего друга, кончаешь с ним до искр в глазах. И думаешь, что все хорошо, все заработало. И девочка перед тобой просто шикарная, а не цепляет. Совсем.

- Просто прекрати думать членом, - я сделал шаг назад, отворачиваясь от Тимура. - И тогда жизнь наладится.

- Ясик…

- Увидимся завтра в универе, Тимур. Не проспи.

Я свернул в сторону своего дома, оставляя его беситься одного на перекрёстке. Нужно было придумать что-то еще. Тут-то я и вспомнил про игрушку, бросив ее на зарядку. А утром после душа, поместил внутрь, чтобы не делать этого в туалете универа.

Мы снова сидели с Тимуром вместе на последнем ряду аудитории. Я старательно писал конспект, подлавливая моменты, когда парень на меня смотрит, чтобы начать грызть ручку или провести пальцами по шее, прямо по начинающим сходить следам его засосов. Тима клинило. Он ерзал на стуле, закусывал губу и все чаще останавливал взгляд на мне.

Было жарко, хоть я и не мог сказать с полной уверенностью, что дело в улучшающейся с каждым днем погоде. За утро тело привыкло к находящейся внутри игрушке, но мысль о том, что я собирался сделать дальше, вызывала небольшую дрожь. Хватит ли мне смелости?

После второй пары окно. Обычно мы просиживали его в столовой, но теперь там было слишком душно. Я специально направился в библиотеку, зная, что из неё два выхода. Один с ресепом, где книги выдавали на руки, а второй - из читального зала, но вёл он в совершенно другое крыло. Тимур обычно ждал меня у двери, если мне нужно было что-то взять. Не отправился он за мной и в этот раз. Поэтому я просто прошёл сквозь помещение, оказываясь в другой части здания. Подниматься пришлось по закрытой лестнице. Когда-то она была дополнительным способом оказаться на третьем этаже, а сейчас же считалась скорее пожарным проходом.

«Встретимся у камня», - отправил я Тимуру сообщение.

Стоя в тени, я наблюдал, как он выходит во внутренний двор здания университета, где стоял откуда-то взявшийся огромный булыжник. Хорошая идея делать типовые постройки «колодцем». Тимур был у меня, как на ладони, но явно не сразу меня вычислит - слишком много окон.

«Я тебя вижу», - отправил я новое сообщение.