Бродяга (СИ), стр. 52

— Ладно, — резко перевернувшись бросил Ровер, и теперь уже он оказался сверху. — Я дам тебе ещё один шанс научиться уживаться со мной, но только потом не жалуйся, если в свою очередь я тоже буду требовать принять меня полностью и ни за что, ни при каких обстоятельствах не сомневаться во мне. Для тебя Кьяра Сноу, я не только твой парень, но я ещё и капитан, приказы которого, ты обязана будешь исполнять. Ясно?

— Ясно. А в данную секунду ты капитан или мой парень? — улыбнувшись, выдавила Кьяра, задыхаясь от своего чувства и от поцелуев, которыми он начал её покрывать.

Когда по рации Яр сообщил, что корабль прибыл в заданный квадрат, Ровер появился в рубке, одолеваемый уже совсем другими эмоциями.

— Смотрите-ка, какие кардинальные перемены! Что, жизнь снова стала буйно цветущей? Ты так сияешь, что там внизу подумают, что на небе родилась новая звезда, даже глаза слепит! — по привычке съязвил Яр.

— Нет ничего хуже скворанской зависти, и скворанской любви, пожалуй, тоже, и то и другое убийственно, — с улыбкой ответил Ровер, по-дружески потрепав его по плечу. — Опускай нас!

Это была одна из многочисленных шахтёрских колоний. Несуразные унылые строения, запыленные стёкла, кучи мусора и отвального шлака, бурильные установки, погрузчики, массивные платформы для грузовых кораблей. Все это на фоне возвышающихся гор, под тяжелым мрачным небом.

— Эту планету, ради ценных месторождений выпотрошат, так же, как и другие подобные этой, а затем оставят, словно окоченевшего младенца, — произнес Ровер, направляясь к одному из ветхих зданий. — Империя похожа на ненасытного комара, пока не высосет всю кровь — не отстанет!

— Потому что для существования Империи нужны огромные ресурсы и другого выхода, чем искать залежи минералов на других планетах у коалиции просто нет, — заметила Кьяра, а Ровер порывисто обернувшись, возмущенно взглянул на девушку.

— Ты что же это собралась защищать их? Им нужны ресурсы для войн! Они намерены заполонить собой всю вселенную, паразитируя в других системах!

— Но среди имперцев есть и хорошие люди, Скай. Я даже позволю себе сказать, что в основном все они достойные граждане, — продолжала возражать Кьяра.

— Давно же вы не цапались, аж целых двенадцать часов, — подал голос Яр, но по нему было видно, что он тоже не в восторге от услышанного. — Самый лучший способ порвать со своим парнем — это стать на сторону его врагов.

— Но я сама гражданка Империи, и Скай меня почему-то выбрал, это не помешало ему испытывать чувства ко мне. И я становлюсь не на сторону врагов, а на сторону разума!

— Давно ли? — хмуро заметил Ровер. — Я не отрицаю, что среди имперцев есть люди заслуживающие уважения, но пожалуйста, не нужно оправдывать передо мной действия коалиции, управляемой этими лживыми и алчными правителями!

— Я защищаю не правителей, а людей, — примирительно произнесла она, про себя удовлетворенно отмечая, что Ровер все же согласен с ней. — Мы ведь не поругались? Да или нет?

Неопределенно фыркнув, Ровер направился дальше, из вредности оставляя её вопрос без ответа.

Почему-то все его дела решались в каких-то притонах или забегаловках, с неодобрением заметила мысленно Кьяра. Вот и здесь, строение, в которое он вошел, оказалось ничем иным, как шахтерской закусочной или баром, наверное, это зависело от времени суток — днём те, кто спускался в шахты — здесь обедали, вечером — напивались.

— Ровер! Негодник, неужели ты собственной персоной? Решил вспомнить прошлое? — к нему на встречу направилась дородная в годах женщина, распахивая перед ним свои объятья.

— Стой, Веста, стой! — выкрикнул Ровер, предупреждающе выставляя руки вперед. — Ради всего святого не приближайся! У меня очень ревнивая девушка, так что ты прямо сейчас можешь подвергнуть мою жизнь смертельной опасности! — было видно, что он шутит, специально поддевая Кьяру.

— Всё, намордник и поводок! Нашего хала коварно охомутали! — удрученно качая головой, подыграл ему Яр.

— Клоуны! — только и сказала по этому поводу Кьяра. — Где здесь туалет?

Хозяйка заведения махнула рукой в дальний угол.

— Насколько я знаю, передатчика и аванпоста там нет, — бросил ей в спину Тан, не отставая от своих товарищей упражняться в сарказме.

Но через несколько минут до слуха Кьяры донеслись чужие голоса, особенно подозрительным показался тон, с которым они обращались к скворанам. А ещё этот напряженный сухой смех Ровера — так он делал, лишь когда его заставали врасплох.

Её появление оказалось неожиданным для незнакомцев, когда девушка бесшумно выскользнула из-за барной стойки, держа в каждой руке по пульсару. В это время чужаки и скворане держали друг друга на мушке, но перевес в численности был явно на стороне первых.

— Не советую шевелиться! — твердо произнесла Кьяра, нарушив напряженную тишину. — Я бывший офицер коалиции, была причислена к снайперскому взводу боевого подразделения «Щит». Предупреждаю вас, господа, я очень хорошо умею стрелять.

— Может, ты и победила в соревнованиях между девочками подростками, но мы тоже, детка, умеем обращаться с этими штуками, — протянул один из чужаков, обнажая больные почерневшие зубы. При этом он небрежно махнул кистью, а ещё один незнакомец отшвырнул ногой мешавший ему стул. И Кьяра выстрелила. Она действительно молниеносно реагировала на движение и звуки, владея двумя руками одновременно, даже если раздражители имели резонансную координацию. Первому она пробила ладонь, второму — сапог, раздробив пальцы ноги.

— Я же предупреждала! — отозвалась она, оценивая возросшую степень накала, спровоцировав ещё большую агрессию, направленную против своей команды.

— Может, лучше опустим оружие и разберемся другим способом, а, Чико? С помощью переговоров? Все мы здесь нервные, и, если начнем палить, это вряд ли поможет тебе вернуть свои кредиты, — произнес Ровер, первым опуская оружие. Но когда вслед за скворанами расслабились и бандиты — нечеловеческая реакция скворан, которые в считанные доли секунды подхватили свои пульсары обратно, мгновенно уложила насмерть всех чужаков в зале. Падая, они даже не успели понять, что уже убиты.

— Но ты тоже неплохо стреляешь, — повернулся Ровер к Кьяре, пряча свои пульсары. — Хотя пока ты в них целилась, я боялся, что могу вдруг кашлянуть, и за это невзначай схлопотать себе убойный разряд в лоб, — он улыбнулся. — Мне понравилось, как грозно ты появилась и заняла нашу сторону. Класс!

— Всё придуриваешься? — покачала головой Кьяра. — Я, между прочим, волновалась за тебя, и стреляла в людей! Кто это такие, Ровер?

— Люди одного моего кредитора, — равнодушно пожал он плечами, взглянув на трупы. — Зато теперь, возможно, он поймет, что не могу я сейчас отдать ему его долг. Отдам, когда смогу. … Если захочу, конечно. Это длинная, весьма покореженная временем история, Колючка. Не заморачивайся!

— Ты же говорил, что никому ничего не должен, — поддевая его, возмутилась девушка, не спуская глаз со скворанина.

— Так и есть, — снова улыбнулся Ровер. — Но они думают иначе. Есть хочешь? Здесь варят неплохую похлёбку.

— Ты издеваешься? — пробормотала Кьяра, — Как здесь … после всего этого можно ещё и есть?!

— Сразу видно, бывший и не состоявшийся солдатик коалиции! — с иронией протянул Яр, с усмешкой взглянув на неё. — Если бы ты побывала на войне — ты бы умерла не от разряда, а от голода, потому что там трупов гораздо больше и на каждом шагу. Их так много, что ты начинаешь привыкать и через какое-то время уже можешь уплетать свой паёк, сидя на горе вот таких тел.

— Яр прав, — кивнул Ровер. — Это наша привычная обыденность. Мы воруем, отстреливаемся, удираем, снова стреляем и так далее. А вот ты — ты это праздник, — Ровер снова рассмеялся, а Кьяре показалась, что он продолжает подтрунивать над ней.

— У меня нет аппетита, — только и ответила она.

— Зря. Тогда нам пора, — многозначительно кивнув хозяйке, Ровер первым направился к выходу, с абсолютным хладнокровием добив шевельнувшегося раненого. Кьяра при этом нахмурилась и это не ускользнуло от внимательного скворанина.