Наследник для жестокого (СИ), стр. 43

Только на бумаге я видел не буквы, а мягкую улыбку Ясмин. Вздохнул и задумчиво постучал карандашом. Дашь ты мне работать или нет, малявка?

Кто же ты такая, Ясмин? Хочется уже разгадать. Я просто уверен, что она вовсе не такая простая, какой кажется. Чего стоят ее всплески, которые мы уже проходили. Внутри маленькой хрупкой красавицы живет чертёнок, который тоже умеет кусаться. Только очень запуганный чертёнок. И я сам же его и запугал.

Она почти на всё уже молчит и даже глаз от пола не поднимает. Я так мечтал получить её покорность, но мне всё равно чего-то стало не хватать. Мне постоянно ее мало, словно эти ночи пролетают за одну секунду и способны меня лишь дразнить, но не успокаивать. Я даже и не думал, что она настолько сможет когда-то заполнить все мысли собой. Люблю ли я ее? Вряд ли. Мы знакомы всего ничего. Но страсть я испытываю самую настоящую. Только удовлетворение от подчинения я перестал испытывать. Мне уже хочется, чтобы она хоть раз сама проявила инициативу: провела рукой по волосам, обняла или по-детски чмокнула меня своими нежными губами, но она не сделает этого. Смотрит на меня, словно я еще один диван в комнате, а если испугана — то как на мучителя. Но чего жаловаться теперь? Я сам это всё и породил.

— Ваш кофе, — услышал я и вынырнул из океана мыслей.

Полина, соблазнительно — как ей казалось — изогнув заднюю свою часть, поставила чашку мне на стол.

— Сабира где? — спросил я. — Почему ты принесла?

— Она взяла выходной.

— Понятно. Иди.

Напрягся, когда руки девушки легли на мои плечи и заскользили вдоль по рубашке.

— У вас такие напряженные плечи, Андрей Евгеньевич… Вам нужно… — она наклонилась к моему уху, открывая доступ моим глазам в декольте своей униформы. — …расслабиться.

Ну, посмотрел, раз уж показывают. Изогнул скептически бровь. Да, красиво. Но не цепляет.

— Иди, сказал, — пренебрежительно скинул ее руки с себя.

— Может, будут еще какие-то указания? — не сдавалась девчонка и присела на край стола, медленно закинув одну стройную ногу на другую прямо передо мной.

Когда-то меня это все будоражило, и я по глупости с ней переспал пару раз. Сама ведь вешается, а я не железный. Потом на что-то надеялась, пока я не сказал ей открыто, что это просто секс и ничего личного. Бегала за мной по всему дому. Не выгнал из жалости — да-да, к девочкам я иногда испытываю жалость, ведь они слабые, а я мужик. У нее семьи нет, только отец-алкаш и куча маленьких братьев и сестер, которых некому кормить. Такой судьбе не позавидуешь. Оставил, только попросил ко мне не приближаться. За мной ухаживала только Сабира. Молчаливая, исполнительная. Я поделился ею только с Ясмин, собственно, по той же причине. И вот теперь Полина почему-то решила снова вспомнить былое…

— Тебе что надо? — спросил хмуро, спихнув ее со стола. — Это стол, на нем едят. А не сидят. Вспомни сказку, там про это говорили.

— Ну что вы такой сразу грубый? — не отставала она. — Я же могу сделать и приятное. Лучше, чем эта ваша… кавказская принцесса. Она же ничего не умеет.

— Рот закрой! — рявкнул я, и она сделала шаг назад.

Никому не позволю трепаться о ней. Лимит моего терпения исчерпан.

— Моя кавказская принцесса тебя не касается. Она будет моей женой, и я никому не позволю говорить о ней в подобном тоне — тем более такой, как ты. Ты и мизинца ее не стоишь. Проваливай отсюда. Ты уволена. Завтра получишь расчет.

Она еще какое-то время постояла на месте, словно ее огрели по голове.

— Но… пожалуйста, не увольняйте меня! Я же ничего такого не…

— Пошла нахер отсюда, — зыркнул на нее своим фирменным взглядом, и ее как ветром сдуло. — Видеть тебя больше никогда не желаю.

ЯСМИН.

Полдня бродила по дому. Заглянула в библиотеку Горского. Здесь довольно много книг, причем которые явно читали. Никогда бы не подумала, что Гор читает. Может, у него и образование даже есть? Сколько же в нём еще тайн? Я ничего о нем не знаю…

Посидела возле огромного аквариума в холле. Люблю наблюдать за рыбками. Особенно за одной — красивой и золотой. Иногда я чувствовала с ней родство. Я ведь такая же рыбка в красивом и дорогом аквариуме. У меня самый лучший корм и самые дорогие водоросли, и замки на дне аквариума, но неволя — она и есть неволя, какими ты это красками не раскрашивай. Боль не закрасить.

Обедать пошла в столовую. Полюбила есть там. Так хоть ощущение есть, что я куда-то хожу. Ни на какие уговоры Горский не поддается больше после истории с аптекой — вещи и косметику — да всё что угодно сейчас можно заказать в интернете по каталогу. Однако, вчера он отреагировал на мою просьбу не быть грубым… И тогда, с волчатами. Он меня слышит, я могу его о чём-то попросить. Не так уж он и жесток временами…

Завтрак подавала мне Полина. Нахмурившись, наблюдала, как она расставляет еду.

— Тебе совесть позволяет еще появляться на моих глазах? — спросила я ее в лоб.

Она распрямилась и посмотрела на меня.

— Другие заняты. Сабира на выходном.

— Я не желаю, чтобы ты подходила ко мне. Понятно? — обратилась я к ней.

— Ясно, — скривила она губы. — Что, неприятно смотреть на бывшую любовницу будущего муженька?

Сузила глаза. Да не верю я ей. Да, симпатичная, но я не поверю, что Горскому всё равно, с кем спать, и он укладывает в постель даже собственный персонал. Врёт. А даже если и не врёт, то всё это было ДО меня. Сейчас Андрей только со мной, я это ощущаю. Я мягко улыбнулась ей.

— Придержи язык, — встала я из-за стола. — Я будущая супруга вашего хозяина. А бывшие подстилки Горского меня мало волнуют. Вы все останетесь лишь в летах… И кстати, я обязательно ему пожалуюсь, как ты со мной говоришь и что ты ко мне вяжешься. Он тебя уволит, маленькая шлюшка.

Не успела и понять, что произошло. Полина — и откуда только взялись силы и сноровка? — опрокинула меня на стол, и через мгновение на меня уже смотрело острие ножа. Я попыталась ее перебороть, но она оказалась сильнее. Господи, эта дура меня убьёт… Зачем я только ей всё это наговорила!

— А он меня уже уволил, — приблизила она свое злое лицо с безумным взглядом к моему. — Мне нечего терять.

— Мамочка! — зажмурилась я, когда увидела, как сверкнул нож в замахнувшейся руке Полины.

В следующую секунду ее отшвырнуло от меня. Каким-то чудом в столовой оказался Гор, и он успел перехватить нож в руке Полины. Он повалил ее на пол и приставил этот нож уже к ее горлу. Я в ужасе вжалась в стол, закрыв рот рукой, и мелко тряслась.

— Ты что, сука, творишь? — сказал он ей и слегка надавил клинком.

Полина запищала, а по ее шее потекла тонкая красная струйка крови.

Тут же нарисовалась охрана, и, переглядываясь друг с другом, парни кинулись к шефу.

— Никому не влезать! — гаркнул Горский, продолжая удерживать девушку на полу. — Где вы были, мрази?! На Ясмин было совершено покушение работником дома! Всех убью к чертям! А ты…

Он схватил ее за горло рукой, оторвав от пола.

— Сдохнешь первой. В подвал ее.

Глава 50

Полину увели ребята, которым тоже, судя по всему, предстоял еще нагоняй от Горского.

Я же осела на пол и сжалась в ком. Так страшно мне было только единожды — когда меня похитил Гор. Снова в памяти возникли звуки стрельбы и мужские крики, а перед глазами я все ещё видела острие, враждебно направленное на меня.

— Через час всем собраться в комнате охраны, — грозно приказал Горский и повернулся ко мне.

Он прошел по ковру и присел на корточки, взял меня за плечи.

— Ясмин, — горячие ладони сжали мои руки. — Всё позади. Ты слышишь?

По моим щекам неосознанно бежали слёзы. Кое-как я сфокусировала взгляд на нём.

— Меня чуть не убили, — ответила я. — Это страшно…