Югра. Увидеть Югру – влюбиться в Россию. Литературный путеводитель. Это моя земля, стр. 23

Вот с таким человеком Вовке предстояло провести целый месяц.

Вовка с аппетитом умолотил тарелочку ухи, а дед Макар уже начал хлопотать, накрывая к чаю. Сменил газетку и бережно выставлял на стол одну за другой баночки с вареньем: брусничное, морошковое, малиновое, из княженики, из зеленых шишек с добавлением кедровых орешков… Вовка любил сладкое, и дед Макар, похоже, тоже в этом толк знал.

Вдруг из раскрытого окна послышался странный звук, как будто дикий зверь выл и ревел или вдалеке кто-то дул в гигантские трубы. Вовке стало не по себе, и он почувствовал, как по спине поползли мурашки легкого холодка.

— Не робей, — сказал дед внуку, подливая в кружку чай с брусничным листом, — сегодня полнолуние, луговские призраки активизировались.

— Призраки? Я думал, они только в средневековых замках бывают! Дед, расскажи мне эту историю.

И дед Макар начал свой рассказ.

Много тысяч лет назад жила в наших местах Хранительница. Следила она за равновесием в природе, чтобы времена года друг друга исправно сменяли, чтобы корма всем животным хватало. Служили Хранительнице Луговские мамонты. По велению хозяйки могущественные исполины выворачивали камни, вскапывали землю, прорывали речные русла, весной реки ото льда освобождали.

Неподалеку от владений Хранительницы, там, где Обь сливается с Иртышом, жило небольшое племя. И был среди них охотник.

Однажды удача отвернулась от охотника. Он ранил утку, но та все равно смогла улететь. Выпущенное копье лишь вскользь задело оленя. И теперь, преследуя раненое животное, охотник все дальше и дальше уходил от дома.

Спустя много часов безуспешной погони, совсем выбившись из сил, охотник остановился. На поляне он увидел мамонтов. Мамонты неторопливо набивали желудки, растирая чудовищными зубами-жерновами не только траву и листья, но и кору деревьев. Мамонты так были заняты трапезой, что, казалось, ничего не замечали вокруг. Вдруг один тревожно оттопырил уши, стал шумно втягивать воздух хоботом, а потом протрубил сигнал тревоги.

Охотник поспешил прочь. Из рассказов отца знал он древнее предание: любого зверя или птицу можно добывать в здешних краях, но ни в коем случае ни мамонта.

Шли дни, а охотник все плутал, не находя дорогу домой. И добыча в руки не шла, стрелы и копья, как заговоренные, мимо цели летели. Только одно копье с каменным наконечником целым осталось.

Выйдя к протоке, в которую впадал заболоченный ручей, охотник увидел самку мамонта, попавшую в грязевую ловушку. Все четыре ноги ее глубоко увязли в серой жиже, а длинная шерсть, свисающая под брюхом и по бокам, намокла и совсем не защищала от холода.

Охотник решил разорвать череду неудач и воспользоваться легкой добычей. Он подкрался, пока самка не успела высвободиться из топкой трясины, и приготовился нанести удар копьем прямо в сердце. Но в тот самый момент, в последней отчаянной попытке, самка приподнялась и смогла твердо опереться на передние ноги. Охотник промахнулся. Копье с чудовищной силой пронзило грудной позвонок, самка взревела и вновь стала погружаться в грязевую ловушку, прекратив всякие попытки в борьбе за свою жизнь.

Вдруг вокруг стало темно, как ночью, налетел ледяной ветер, громом и молниями разразились небеса, и услышал охотник голос Хранительницы:

— Как посмел ты, человек, нарушить закон! Как посмел ты, человек, поднять руку на слугу моего верного! За это преступление и после смерти будешь продолжать охоту на мамонта, но никогда не сможешь убить его!

Услышав страшные слова проклятия, охотник упал замертво.

Сменялись времена года, сменялись эпохи, берега заболоченного ручья то леденели, то покрывались травой и лесами, а призрачный мамонт все продолжал трубить, призывая призрак человека, вышедшего на свою вечную охоту.

Уже в наши дни в протоке Марамка ученые обнаружили грудной позвонок мамонта, пробитый копьем, и выставили его в музее.

— Можешь верить мне, Вовка, а можешь и не верить. Только сам я много раз встречал и мамонта, и охотника, когда с ночевой в лесу оставался. Мамонта, конечно, ни с кем не перепутаешь. А охотник тот еще тип: коренастый, сутулый, из-под низкого лба глядят узкие щели-глаза, а над ними мохнатые брови нависают. Волосы на голове с бородой в один сплошной комок спутаны, только по жилистым рукам, обмотанным меховыми браслетами, можно догадаться, что человек это, а не зверь, — завершал свое повествование дед, уже устраиваясь на боковую.

И добавил:

— Ты если курить захочешь, во двор не выходи, кури в форточку. Ну их, этих призраков…

Не успел Вовка возразить, что не курит и начинать не собирается, как по комнате разлетелось звучное дедово похрапывание.

Адрес объекта: поселок Луговской,

Ханты-Мансийский район

Порунова Ирина.

Мой друг Дед Мороз

Я удобнее устроился в кресле. Предполетная суета осталась позади, на рейс я все-таки успел и теперь, расслабившись, мог предаться приятным мыслям о предстоящих четырех днях в Ханты-Мансийске. Видимо, меня еще не совсем отпустило, потому что череду мечтаний то и дело прерывал внутренний голос: «Шапку, шубу, валенки, мешок взял, посох упаковал. А бороду, бороду не забыл?»

В Ханты-Мансийск я ехал не в первый раз. Декабрьская поездка в столицу Югры на Съезд Дедов Морозов и Снегурочек стала для меня уже доброй традицией. Себя я считал Дедом Морозом опытным, и мне нравилось общаться с такими же увлеченными людьми, подрабатывающими волшебниками только один месяц в году.

В гостинице меня поселили в номер с другим участником съезда, невысоким мужичком зрелых лет.

Сосед представился Павлом Степановичем, сказал, что почти местный, из деревни, название которой я тут же забыл, «дедморозит» давно, уже и не помнит, когда начал.

Павел Степанович был не особо примечателен, но его длинную седую бороду не заметить было сложно. Я сразу подумал: «Вот, молодец, заморочился с такой бородой. За реквизит теперь точно не переживает!» Я даже захотел себе такую бороду отрастить, но тут же опомнился: жена не одобрит, да и в офисе меня не поймут.

После насыщенного конкурсного дня мы отправились в ресторан. Слюнки текли только от одной мысли о югорских деликатесах: селедочка сосьвинская, строганина из оленины, уха из муксуна, соленые грибы, наливочка клюквенная…

Не успели мы сделать заказ, другой официант подошел:

— Не желаете ли принять участие в лотерее?

— Что, Саня, рискнем? — спросил Павел Степанович, и в глазах его заплясали маленькие «чертики».

— Я ни разу в лотерею не выигрывал. Думаю, и сейчас не стоит пробовать.

Павел Степанович продолжал настаивать, я сунул официанту сторублевую купюру и взял лотерейный билетик.

— Тридцать семь, номер тридцать семь, — в который раз ведущий выкрикивал номер счастливчика, выигравшего главный приз.

Павел Степанович протянул руку к моему скомканному лотерейному билету, развернул его, и тут я понял, что победил.

Дальше все было как во сне. Меня увлекли на сцену, вручили документы и ключи от новенького снегохода «Буран». Зазвучали фанфары, защелкали затворы фотоаппаратов, я даже смог пробормотать в микрофон несколько слов благодарности и поздравлений с Новым годом.

Следующим свободным вечером Павел Степанович предложил навестить его старую знакомую Марию Ивановну, которая жила за городом.