Опричник (СИ), стр. 64

Глава XII. Ворожея

Русское царство, г. Владимир,

1572 год, 02 августа

Дождь, не переставая лил уже третьи сутки. Укрыв свои лица широкими капюшонами, Василий и Людмила, мокрые и уставшие проехали высокие верстовые столбы города. Владимир встретил их неприветливо: черными тучами и проливным дождем. Остановившись на одном из постоялых дворов, при въезде в город, чтобы переждать непогоду, молодые люди перекусили свежими калачами и горячим сбитнем. Лишь к обеду дождь прекратился и молодые люди, расплатились с хозяином постоялого двора за пищу и, взяв своих лошадей под уздцы, направились вверх по широкой улице пешком.

Не зная с чего начать поиски, Василий и Людмила решили сразу же расспросить местных жителей, ибо стих колдуна опять лишь наводил на мысль, но не открывал до конца тайну, где искать нужного из “Тайного схорона”.

Пройдя величественный Успенский собор, белокаменный и пятиглавый, они невольно вышли к реке Клязьме. Здесь на берегах полноводной реки, разрослись многочисленные слободы и посады с дворами ремесленников и крестьян, которые составляли  бОльшую часть жителей города. Заметив сидящую на лавке у ворот старушку, которая зорким взором следила за горожанами, то и дело проходящих мимо нее, молодые люди приблизились к ней. Поздоровавшись с морщинистой старухой, Василий приветливо спросил ее:

— Вы, бабушка, не знаете, ничего в округе странного не происходит? Может нечисть какая поблизости шалит?

— Нет. Не слыхивала про то, — ответила бабка неприветливо. — А вам то, что за дело? И вообще кто вы такие?

— Мы путь держим в Ярославль, а к вам в город по служебной надобности заехали, к наместнику вашему. Не подскажете, где его двор? Он ведь наверняка знает обо всех делах, что в городе происходят.

— Ну а как же ему не знать, — кивнула старуха. — Его соглядатаев по всему городу полно.

— А все-таки может, вспомните что еще? — спросила Людмила. — Неужто все спокойно кругом?

— Не знаю я ничего, — ответила старуха. — Идите своей дорогой, куда шли.

— Оставь, Людмила, — тихо обратился к девушке Василий, за рукав, отводя ее от неприветливой старухи. — Поехали к наместнику, с ним поговорим, у него обо всем и спросим.

— Хорошо, Василий.

Окинув молодых людей подозрительным взглядом, старуха указала им, куда направляться к дому наместника. Молодые люди пошли далее по улице, ведя своих лошадей за собой и внимательно глядя по сторонам. На одной из тихих улочек, куда они свернули, играло несколько ребятишек в салки. Самая маленькая девочка лет четырех не могла убежать и все дети чуть постарше быстро засалили ее, и один из мальчишек выпалил:

— Ну все Анютка, леший тебя точно утащит, раз ты бегать не умеешь. Не убежать тебе от него.

Вроде бы невинная фраза мальчика вызвала у девочки какое-то странное оцепенение, и она вмиг разревелась. Василий с Людмилой как раз проходили рядом с нею. И девушка не выдержав, сунула вожжи своей кобылы Василию, сказав:

— Погоди, Василий.

Девушка устремилась к малышке и, подойдя к ней, наклонилась.

— Ты чего маленькая? Не плачь, — произнесла ласково Людмила, и начала гладить девочку по плечам. — Может тебя к мамке свести? Ты где живешь? Здесь? — девушка указала рукой на соседний двор с распахнутой настежь калиткой.

— Мамки дома нет, — сквозь слезы промямлила девочка. — Они с Юрашкой на сенокос еще засветло ушли. А мы с Иринкой сестрицей бегаем, играем.

Продолжая плакать, девочка начала грязным кулачком вытирать глаза и Людмила уже гладя ее по рыжеволосой голове, не знала, как успокоить ее. Дети, играющие на улице, обступили их. А Людмила уже присев на корточки, обняла девочку, прижав ее к себе.

— Ну, ты что? Не плачь, успокойся, — увещевала Людмила.

— А если меня и впрямь леший утащит? — сквозь слезы вымолвила девочка, немного успокоившись, и высвободилась из ласковых рук монахини.

— Да нет никаких леших, малышка, — подбодрил ее Василий, который тоже подошел.

— А вот и есть! — выпалила малышка нервно.

— Точно есть! — вмешалась в разговор другая девочка постарше лет семи и испуганно добавила. — Он малявку Катеньку, еще месяц назад со двора утащил, а ее братец Ивашка даже не смог ничего сделать.

— И мне не убежать от него, — опять всхлипнула малышка, начиная плакать.

— Неужто и правда это? — удивилась Людмила.

— Правду сестрица гутарит, от лешего не убежать,— тут же отозвалась самая старшая девочка лет восьми, Иришка. Подойдя к сестре малышке, она обняла ее. — Катеньку Обвинцеву всей улицей нашей искали и по лесам и в поле. Но так и не нашли. А братца то ее Ивашку родители розгами так высекли за то, что он не уследил за сестрицей, пока они в поле были, что он неделю сесть не мог.

— И что, это именно леший утащил девочку? — поинтересовался Василий.

— Да, — вмешался в разговор мальчик лет семи. — Он в медвежьей шкуре ходит и такой страх наводит, что сердце в пятки уходит. Так Ивашка рассказывал.

— Ну-ка, малец расскажи-ка яснее, что знаешь об этом лешем? — попросил Василий.

— Я то не видел его, — ответил мальчик.

— Крадет он самых малых детей и все со двора, — сказала Иришка. — Пока родители в поле или на ярмарке, и дети одни дома. Он старших то пугает до смерти, что они вмиг от жути падают без чувств, а потом малышей с собой уносит в лес.

— И много так малышей пропадает? — спросила тихо Людмила.

— Не знаю. Знаю только, что Катька пропала, дом ее на нашей улице, — сказала Иришка и уже боязливо добавила. — Да еще я как-то слышала тайком, родители меж собой говорили, что на всех улицах и посадах рядом этот леший детей крадет по нескольку человек в месяц, и уже который год.

— А отчего его не ловят? — в сердцах бросил Василий, холодея от всей это истории.

— Почему же? — сказал мальчик. — Его мужики несколько раз пытались выследить и поймать, но все зазря. Никто не знает, в какой двор он пожалует.

— Спасибо вам, мальцы, за рассказ. Попробуем мы изловить этого лешего, — сказал твердо Василий. — Чтобы ты, Анютка, не боялась более…

Достигнув высокого каменного забора с дубовыми воротами, ограждающего широкий двор наместника с высоким двухэтажным белокаменным домом, Василий с Людмилой были любезно пущены на двор слугами. Дворовые люди, которые служили у Петра Федоровича Нестерова, наместника и главы города Владимира, сразу же забрали лошадей и, обещая их накормить и почистить, увели животных прочь. Проворная девка, убежала по высокому каменному крыльцу, доложить боярину о пожаловавших путниках. А Василий с Людмилой невольно оглядывались вокруг.

Нестеров жил богато, огромной усадьбой, с многочисленными слугами и даже с двумя дюжинами стрельцов. Широкий двор вмешал множественные постройки. Здесь был и главный дом наместника, и несколько добротных двухэтажных изб, конюшня, амбары и бани, а вдалеке виднелся сад. Многочисленная дворня, которая сновала по огромному двору, а также несколько опричников, которые видимо, ожидали аудиенции у наместника, все это создавало впечатление того, что Нестеров живет на широкую ногу, огромной усадьбой, являясь самым влиятельным и богатым вельможей во Владимире.

В это время, подав Василию и Людмиле напиться прохладного молока с дороги и услужливо улыбаясь, некий хромой парень Игнат с неприятными косыми глазами, поинтересовался:

— А вы нашли уже место, где ночевать будете?

— Нет пока, — ответил приветливо Василий, отдавая пустую крынку обратно парню.

— Так у нашего барина Петра Федоровича куча горниц в доме, да изб добротных много. Я могу попросить за вас, и он вас обязательно примет на постой.

Поблагодарив Игната, молодые люди действительно были любезно приняты наместником, и даже приглашены отобедать с ним. Сидя за большим столом, за трапезой, на которой присутствовали кроме боярина еще первый сотник Алябьев, да старая мать наместника, Василий, черпая ложкой наваристые щи, поинтересовался: