Принцесса без короны. Неправильный отбор (СИ), стр. 46
«Иди ко мне», — услышал Валентин чужой голос в своей голове. Это была не Дайна, его обманули: бессилие болезненно запульсировало в висках. Южанин ударил Валентина его же оружием, создал морок и выпустил его, чтобы уничтожить своего врага. В самой глубине огня дымилась стужа: Валентин смотрел в глаза морока, в темный студеный водоворот, и беспомощно осознавал, что ничего не сможет с ним сделать.
Все заклинания словно стерлись из его разума. Силы, которые прежде пульсировали в каждой клетке тела, испарились.
— Иди ко мне, — шепнул морок, наконец-то став самим собой: рваным клоком одушевленной тьмы, которую приручил его хозяин и бросил к Валентину. — Иди ко мне.
«Дайна, — только и смог подумать Валентин, балансируя на краю мрака. — Он похитил Дайну».
А потом все заполнил огонь и рев, и тьмы не стало.
Наваждение схлынуло — отлетев в сторону и едва не сбив собой кресло, Валентин увидел, как горит морок. Снаружи завис дракон: вцепившись в камень стен, он просунул голову в окно и плюнул в лже-Дайну сгустком пламени.
Пламя было ослепительно белым.
Дракон взревел, и горящий морок рухнул на пол. Пальцы Валентина снова наполнило силой, и он швырнул в огонь заклинание усмирения. Через несколько мгновений на полу осталось лишь несколько капель воды.
Эта мерзость осмелилась принять облик Дайны. Когда Валентин думал об этом, у него начинали болеть глаза от ненависти и желания отомстить.
— Драконье пламя убивает порождения мрака, — проговорил Валентин и удивился тому, насколько хрипло и болезненно прозвучал его голос. Пол еще плыл под ногами, но постепенно Валентину становилось все легче и легче. — Спасибо, что помог мне. Ты видел Дайну?
Почему-то он точно знал, что Дайны нет в замке. Южанин забрал ее, чтобы морок без проблем выполнил свою работу.
Валентин дотронулся до сверкающей сети магического поля. Да, ее нет в академии, но Дайна жива, хоть и находится далеко отсюда.
— Гам! — довольно ответил дракон.
— Отнеси меня к ней, пожалуйста, — попросил Валентин и шагнул к окну.
***
Дракон опустился в горах. К этому времени солнце уже коснулось горизонта красным животом, и горы стремительно наполняли сиреневые сумерки. Валентин надеялся, что успеет найти Дайну до темноты.
Должно быть, когда-то давно, еще до появления людей, здесь воевали великаны. Выхватывали валуны, швыряли друг в друга — но теперь место старой битвы заросло мелкими цветочками камнежорки и скудной травой. Дракон присел, позволяя Валентину осторожно соскользнуть со спины и пророкотал:
— Гам!
Камни выше по склону содрогнулись, но камнепада не началось. Зато Валентин услышал:
— Мы здесь!
Он машинально дотронулся до лба, прикрыл глаза. Дайна была жива, ее голос звучал ясно и бодро. Но «мы»? Кто там с ней?
— Дайна! — прокричал Валентин, и дракон аккуратно подтолкнул его мордой в спину. Чуть поодаль Валентин заметил расщелину и бросился туда.
Дайна была там, внизу — сидела на камнях в ночной сорочке и сюртуке цвета пыльной розы, наброшенном на плечи. Вглядевшись в молодого человека, который стоял рядом с ней, Валентин удивленно воскликнул:
— Аделард? А вы как там оказались?
Шаннийский принц развел руками.
— Я уже не удивляюсь, что мы знакомы, — произнес он, и от этих слов повеяло холодом.
— Валентин! — Дайна вскочила, замахала ему рукой. — Валентин, вытащи нас!
Валентин сделал шаг назад и бросил в расщелину заклинания: одно укрывающее и защищающее, а второе позволяющее летать. Горы наполнились низким гулом, и вскоре Дайну и Аделарда вынесло из расщелины и мягко опустило на камни.
— Слава богу, — выдохнула Дайна. Валентин обнял ее, она уткнулась лицом ему в грудь: живая, настоящая. — Валентин, я так испугалась…
Он мягко отстранил Дайну, заглянул ей в лицо.
— Все хорошо. Я здесь, — произнес Валентин. — Что случилось?
— Он похитил меня, — промолвила Дайна, глядя ему в глаза так, словно Валентин мог бесследно исчезнуть в любую минуту. — Похитил и убил.
В подтверждение своих слов Дайна дотронулась до груди. Валентин всмотрелся и увидел темное пятно на коже, там, где вошло заклинание. На мгновение у него все дрогнуло перед глазами, ненависть забилась в нем так, что голова заболела. Эта сволочь ударила Дайну заклинанием Подземного молота, надеясь, что оно способно уничтожить некромантку.
Слава богу, это оказалось не так просто. Некромантов окончательно уничтожает только чистый огонь инквизиции.
— Но я очнулась в той расщелине, — продолжала Дайна и обернулась на дракона: тот с любопытством рассматривал Аделарда, а шаннийский приц оторопело замер, не в силах пошевелиться. — Аделард тоже был там… Валентин, он был убит в начале лета. Я его вернула.
Валентин посмотрел на Аделарда. Вот, значит, чей облик принял Южанин. Молодец, ничего не скажешь. Изначально в шаннийском принце не было магии, но Южанин занял его место, и государь отправил сына в академию. И без Южанина не обошлось, когда шаннийцы начали маневры.
«Если мы вернемся в академию, то его там уже не будет, — подумал Валентин. — Ну не дурак же он оставаться там после того, как его морок сгорел, а я улетел на драконе на виду у всех». Южанин уйдет, сбросит чужой облик, как змея сбрасывает кожу, а потом вернется уже с новым лицом.
Возможно, за его спиной будут шаннийские когорты. Или летучие отряды оркувенов.
— А потом я отправила Гама за тобой, — сказала Дайна и вдруг провела Валентина по плечу и с дрожью в голосе спросила: — Что с тобой, Валентин? Ты что, горел?
Валентин покосился на мантию — да, действительно, на ткани красовалось прожженное пятно, словно погон.
— Да, разбирался с подарочком от этой сволочи, — ответил Валентин. — Если бы не твой дракон, я бы не разобрался.
Глаза Дайны удивленно вспыхнули. Валентин увидел, как дракон легонько толкнул Аделарда в плечо и подставил голову для чесания. Аделард медленно провел ладонью по надбровьям, и дракон довольно зафырчал.
— Что же он сделал? — спросила Дайна.
— Драконье пламя убивает порождения тьмы, — ответил Валентин. — Он испепелил ту тварь, которая приняла твой облик.
Он тут же пожалел о том, что сказал это: лицо Дайны дрогнуло, и Валентин испугался, что она заплачет. Сколько бед за один день — сперва ее убили и сбросили в расщелину в компанию трупа, а в довершение всего выяснилось, что кто-то позаимствовал ее внешность.
— Ты знаешь, я думала об этом, — призналась Дайна. — Если я тут, в горах, значит, в академии есть кто-то вместо меня.
Валентин прикрыл глаза и мысленно перенесся в академию. Вот замок, вот серебристые пряди магической сети — он нахмурился, пытаясь выцепить лже-Аделарда среди обитателей академии.
— Он в замке, — произнес Валентин. Головная боль усилилась, он провел ладонью по лбу и сказал, что сейчас не надо делать резких движений. Южанина нельзя спугнуть — с мага такой силы станется просто взять и испепелить академию вместе с ее обитателями, если что-то пойдет не по его плану.
— И что же нам делать? — шепотом спросила Дайна. — Возвращаться? Всем троим?
Аделард обернулся, и усмешка, которая заплясала на его губах, не обещала Южанину ничего хорошего.
— Я не боец и не маг, — произнес он. — Но я готов рвать эту дрянь голыми руками. Распоряжайтесь мной, как сочтете нужным, господин ректор.
Валентин улыбнулся — ему понравилась эта решительность.
— В седле хорошо держитесь? — спросил он. Аделард кивнул.
— Смею надеяться, что да.
— Тогда станете драконьим всадником, если понадобится, — сказал Валентин и объяснил: — Сейчас я уйду отсюда. А перед этим попытаюсь достучаться до Южанина и выманить его из академии.
Видение, которое на мгновение выплыло перед его глазами, было настолько ярким и сильным, что Валентину захотелось зажмуриться. Он увидел огонь, вырывавшийся из окон и жадно пожиравший башни, сад, объятый огнем, мертвецов, лежавших во внутреннем дворике. Он увидел свой мир разоренным и погубленным и понял, что спасет его. Погибнет сам — но академия выстоит.