Невеста на заказ (СИ), стр. 1

Счастная Елена

Невеста на заказ

Глава 1

— Ксю, давай скорее! За руль! Скорей!

Я дёрнула дверцу автомобиля и плюхнулась на переднее сидение, стряхивая с воротника пальто успевшие осесть на нём капли дождя. Ксюша ещё мгновение смотрела на меня недоуменно, склонившись к окошку, а после, закатив глаза, обошла свой “Фольксваген” и сердито уселась на водительское.

— Что случилось-то? Кто тебя покусал? — она завела мотор.

И, показалось, медленно, слишком медленно, нажала на педаль газа, шаря взглядом по дороге, чтобы не сбить выходящих из здания аэропорта пассажиров. Моя цель, за которой я безуспешно гналась через весь зал терминала с максимально деликатными в такой ситуации криками: “Мужчина, постойте! Эй, мужчина!” — бодро ускользала от меня. Пропадала за пеленой расходящегося ливня: вот уже только и видно, что фары такси, в которое он сел, и блестящий задний капот.

— За тем такси поехали! Скорей, скорей! — я указала рукой на лихо пропадающую с парковки жёлтую “Шкоду”. — Восемь три один.

Вот уже загорелся для неё парковочный “зелёный”, начал подниматься шлагбаум… А вместе с такси уезжает незнакомец, который то ли сослепу, то ли от рассеянности умыкнул с транспортёра багажа мой чемодан. По совершенно нелепому стечению обстоятельств точь-в-точь похожий на его, который сейчас и валялся в багажнике Ксюшиного авто.

— Тебя завербовало ФСБ? Ты преследуешь шпиона? — притворно округлила глаза подруга. — Он хоть красавчик?

Оставалось только надеяться на её водительские таланты, которые не раз выручали нас в пробках. Вот и сейчас она, ловко обогнув другие авто в очереди, успела встать всего лишь через одно место от нужного такси. Не успеем. Вот блин!

Но за выездом с парковки, на счастье, был ещё один светофор, и сейчас он услужливо горел красным.

— Да какое там ФСБ! — едва не почёсываясь от волнения, отмахнулась я. — Какой-то мужик утащил мой чемодан! А там мои вещи. Игрушка для Артёмки. Мой сертификат, будь он неладен…

Ненужная бумажка о прохождении очень важного, по мнению начальства, семинара “Об эффективности тендерных закупок”, ради которого я улетала в Новосибирск едва не на целую неделю. А там почти зима, мокрый снег и суровые работники аэропорта в телогрейках, за которыми я всего четыре часа назад наблюдала в окошко иллюминатора, ожидая отлёта.

Конечно, лощёной картонки мне было не жаль. Своё присутствие на семинаре я могла подтвердить и другими способами. Даже не так жаль было деловых костюмов и клатча “Фенди”. Почему-то больше всего я беспокоилась за мягкого белого медвежонка в синей толстовке с надписью “Sibir”, которого купила для сына.

Наконец мы проскочили оба светофора и выехали на трассу, всё ещё держа лихо меняющее полосы такси в поле зрения. Незнакомец, в лучших традициях шпионского кино, словно нарочно пытался от меня скрыться! Ей богу, если бы у меня в чемодане и правда было что-нибудь ценное, я подумала бы, что он вор. Но вряд ли ему нужна моя пустая сумочка. Разве что на Авито можно продать по сходной цене — да и то все подумают, что китайская подделка.

Холодный дождь всё расходился, дворники бешено мотались по стеклу. Ксюша заметно злилась, но не упрекала меня и всё продолжала держаться поблизости от нужного нам авто. Уже сомкнулись с обеих сторон улицы мокрые стены домов. Даже из решётки кондиционера повеяло сыростью и подступающим морозом. Как бы не было наутро гололёда.

На одном из перекрёстков нам удалось встать с такси на параллельные полосы совсем рядом с друг другом. Я едва к стеклу не прилипла, силясь получше рассмотреть мужчину, который задумчиво глядел в окно со своего места совершенно мимо меня. Вот не знает, наверное, что в его чемодане вместо рубашек и галстуков — или что он там обычно носит — его ждут бюстгальтеры и юбки. А на лицо-то незнакомец и правда оказался вполне себе ничего. Эффектный, с выразительными чертами и сумрачным, каким-то чуть жутковатым взглядом. В возрасте “немного за сорок”, но в отличной форме: это я поняла ещё по его широкой спине и уверенному шагу, когда торопилась следом и тщетно пыталась дозваться. Я даже забыла дышать на на несколько мгновений, изучая его. Успела только подумать, что, может, стоит махнуть ему рукой и привлечь внимание? И тут в левый глаз мне ударил свет зелёного сигнала светофора — и оба автомобиля одновременно тронулись с места.

— Не упусти! — напомнила я Ксюше.

Та лишь сердито промычала что-то в ответ. Мы свернули один раз и другой, едва не потеряли такси после одного из поворотов, когда перед нами на полосу нагло вклинилась микроскопический “Смарт” кукольного бело-красного цвета. Но знакомый жёлтый капот наконец отыскался среди нескончаемого потока, и мы приклеились к нему теперь намертво. Скоро выехали на узкую однополоску одной из старых улиц, где фонари горели так тускло, словно время, что скопилось здесь, поглощало их свет. Стало тихо и пустынно. Я, оказывается, совсем не знала этого района. Кажется, от центра уехали недалеко, миновали пару кварталов — и вот, как будто в другом городе оказались.

Подруга тоже нахмурилась, то и дело поглядывая в зеркала заднего вида — но позади нас теперь было так темно, словно улица обрывалась в какую-то бездну ровно там, куда ещё дотягивался свет фар. Дома здесь стояли вплотную друг к другу и разделялись только тёмными провалами арок, которые вели во внутренние дворы. Светились окна — уже редкие, словно светлячки в траве. Совсем поздно.

— Артём спит? — спросила я вдруг.

— Да, я уложила его перед выездом. Мама осталась с ним, — серьёзно ответила Ксюша.

Вот, сын, на время командировки оставленный по присмотром подруги и её мамы, уже спит, а я всё гоняюсь за чемоданом. И далась мне эта игрушка будто других в супермаркетах мало… Мы снова замолчали, поглощённые странной тревогой, что залила салон “Фольксвагена” под самую крышу.

Бледно-жёлтое в полумраке пятно такси свернуло наконец в одну из арок. Неужели этот путь закончится? Удивительно, как всё же за всё это время мы окончательно не потеряли моего незнакомца в переплетении улиц. Ксюша осторожно повернула руль, красные фары “Шкоды” ещё мелькнули в темноте арочного провала и пропали, словно на них накинули плотную ткань.

Я только и успела насторожиться — отчего так? Да и во дворе темно, совсем ничего не видно, хотя должен гореть хотя бы один фонарь. Но свод арки уже поплыл над крышей авто, чернила ночи затопили окна.

— Ну его, этот чемодан, — запоздало буркнула я. — Поворачивай назад.

И вдруг вместо этого непроглядного мрака в лицо горячей волной ударил нестерпимый свет. Как будто нам навстречу вдруг выехала электричка. Или кто-то врубил прожектор. Я попыталась отгородиться от этого прожигающего кожу потока руками, вжимаясь в спинку сидения, но он, точно рентген проникал через меня насквозь. Грудь словно бы сдавило чем-то твёрдым, и в то же время стало так удивительно легко, как будто я вдруг взлетела внутри огромного мыльного пузыря. Отчего-то вспомнилось лицо того незнакомца в такси. И его глаза, которые просто должны были навести меня на подозрения, что с ним что-то неладно. Кто он такой? Почему всё обернулось именно так?

Найти хоть какие-то сносные ответы я не успела, потому что прожектор погас, а вместе с ним свет словно бы выключили и у меня в голове.

* * *

Я поняла, что жива, когда в виски ввинтилась тупыми болтами такая боль, что даже в зубах отдалось. Я помотала головой, прикладывая ладонь ко лбу. Пошарила в стороне рукой, стараясь нащупать по обыкновению стоящий на прикроватной тумбочке стакан с водой. Привычка у меня такая уж не помню с каких времён: всегда держать ночью рядом воду. Потому что порой я просыпалась с такой страшной жаждой и сухостью во рту, будто внутри у меня горел целый лес.

Но стакана не оказалось там, где ему положено быть. Я только больно ударилась о слишком высокую тумбу — и тут же открыла глаза. Нет, точно ещё сплю. Вот сейчас проснусь, а может, потом ещё раз — сон во сне, такое бывает. Но сколько я ни моргала, отрицая то, что вижу, а ничего больше не происходило. Вокруг меня по-прежнему была огромная комната со стенами, обшитыми деревом и сводом, как в готических храмах. С громадными длинными окнами выше человеческого роста, в которые мне открывался почти что фантастический вид: невероятные высокие горы вдалеке, изрезанные морщинами, с зелёными реками густых лесов в них. Солнце, какого в Москве не бывает порой даже летом, просто топило стекло, как желатин. По каменному полу, застеленному коврами, по моим укрытым лёгким покрывалом ногам мягко переливались тёплые блики. Проследив за ними взглядом, я обнаружила, что почему-то переодета в тонкую хлопковую сорочку, весьма целомудренного кроя, зато отделанную изумительным кружевом, походящим на ришелье. Значит, кто-то меня переодел. Только вот кто? И где я оказалась? По ощущениям, в имении какого-то богатого лорда, которое находится где-то в Новой Зеландии или на Гавайях.