Догнать и жениться (СИ), стр. 27
— А он уже полечил, — бесхитростно улыбнулся Виталя. — На всю жизнь мне запомнилось. Но я зла не держу. Сам бы бил смертным боем за это золото проклятое. Как же вышло, что оно пропало?
— А ты его все в чемодане видел? — поинтересовался Руслан. — Наум при тебе открывал, показывал, что все слитки на месте?
— Ну да! — хмыкнул Виталя. — Я только отлить отходил. Так чемодан в кабинете у Наума остался, а он меня до сортира довел. А больше в доме никого не было.
— А дочка его? Жена?
— Я когда в машину садился, они на машине приехали…Да я рассказывал это. И отцу, и вам.
— Роза с Катей к фарцовщице ездили. Мы потом пробивали. Все подтвердилось, — тихо заметил Руслан. — А чужие у Наума дальше калитки не проходили. Опять-таки собаки… Альберт всегда сторожевых держал. Мышь бы не проскочила.
— Даю слово, брат, — став на колени, поклялся Корнеев. — Заново проведу расследование. Только сейчас поехали в больницу, ладно?
— Ну вези, коли приспичило, — вздохнул Виталя и прикрыл глаза.
Марат вышел на улицу и будто снова увидел, как в старенькое рено садится Катерина. Настороженная и забавная. Ему захотелось повернуть время вспять. Пусть даже до того самого момента, как подвез ее до дома. Не дать уйти из ресторана. Зацеловать, залюбить и оставить навсегда рядом.
«Мало мне проблем с «Антаресом», теперь еще и Корнеев влезет со своим расследованием. Совсем житья не даст».
Он заметил, как на порог выбежал Вовка, прислонился к косяку, воздел глаза к небу.
— Помер? — все еще не веря в происходящее, отрывисто бросил Марат.
— Да-а, — проскулил Корнеев. — Твою мать! Вроде бы и простил, а помощи так и не принял. Святой человек! — Вовка истово перекрестился и тут же поинтересовался: — Выпить найдется у тебя?
— Конечно, — фыркнул Марат и, глядя на дверь, пробурчал: — А Русик где?
— Здесь я, — скривился Руслан, выходя из хибары. — Зеркала завесил, глаза Витальке прикрыл. А ты, Корней, как девка, нежный стал, — нехорошо усмехнулся старший Алтаев. — Скорую вызвали или меня ждете? — недовольно пробубнил он и, никого, не поджидая, направился к дому брата, темневшему дальше по дорожке.
Все как по команде прошли на кухню. Вовка, будто гость, уселся за стол, пригорюнившись, поджалкулак под щеку.
— Из холодильника закусь достань, — велел Марат Руслану, а сам полез в кухонный бар, где держал крепкие напитки. Если честно, то Марат Алтаев обустроил места хранения алкоголя по всему дому. В зале, в резной горке, рядком выстроились элитные вина, предназначенные проколотить понты перед важными гостями. В спальне, в полукруглом комоде в стиле ампир, Марат держал легкие вина для дам, да и те, что хотелось выпить самому в гордом одиночестве. А вот в подвале стоял специальный шкаф, призванный хранить молодое вино из собственного винограда. Но сейчас, в августе, вина там почти не осталось, а в новом году винный заводик еще не заработал.
«Раньше урожай помогал собирать Виталя. Он же и поливал виноград, когда были силы, а я надолго застревал в командировках или на гульках. Как же теперь быть?» — с горечью подумалось Марату. Он выставил на стол толстые стаканы для виски, достал несколько бутылок на выбор, краем глаза отмечая, что Русик деловито строгает копченое мясо и уже аккуратно нарезал тонкие ломтики семги.
— Там еще сыр есть, — кивнул Марат на холодильник, а потом замер, заметив, как к воротам подъезжает скорая.
— За Виталей приехали, — отрывисто бросил он, чувствуя, как внутри что-то оборвалось.
После отправки покойника в морг долго пили, обсуждая прежнее житье-бытье. А когда уже набрались достаточно, снова вспомнили про золото.
— Ну и где же оно? — рыкнул Руслан и добавил сердито: — Наше с Маратом дело — сторона. А тебе, Вовка, придется разбираться по новой.
— Да не хочу я, — словно крысеныш, ощерился Корнеев. — Вон брошку мамину у Катьки никак забрать не могу! А ты говоришь, два слитка. Батя деньги за них давно получил. К Науму у меня вопросов нет. Знал он и покрывал кого или просто по понятиям поступил, не знаю. Но у меня нет желанияснова ворошить это дерьмо…
— А за Катей тогда зачем следишь? — изумился Марат.
— Не слежу я. А на фиг она мне сдалась? — фыркнул Корнеев. — Деньги только на слежку тратить.
— Подожди, — насупился Марат. — Ты же звонил мне, когда тебе донесли, что у меня роман с Катериной. И двоих бакланов я лично срисовал.
— Бакланы не мои, это точно, — фыркнул Вова. — И никто особо не доносил, — заметил он уклончиво. — Я в твоем кабаке в тот вечер был. Наблюдал, как ты Катю вином поил. Только официант-недотепа облил ее красненьким, — пьяно захохотал Корнеев.
Марат еле сдержался, чтобы не дать ему в морду.
— Да это у моего брата тесты такие. Проверяет стервозность барышень. Одна орала как резаная, другая потребовала новое платье, а третья попросила жалобную книгу, — встрял некстати Руслан.
— А Катька? — хищно оскалился Корнеев. — Ногой в глаз закатала.
— Не-а, — довольно улыбнулся Марат. — Она пожалела официанта, представляешь?
— Ты на ней жениться решил? — насторожился Вовка и заметил, чуть путая слова по пьяни: — Дер. держись от нее подальше. Странная она.
Уже поздно ночью, когда Корнеева уложили спать на плюшевом диване в гостиной, Марат вгляделся в растерянное лицо брата и заметил небрежно:
— Я не думал, что смерть Витали так на тебя подействует, бро.
— Жалко его, — поморщился Руслан и обронил мимоходом: — Я сам не свой сегодня. Будто пустым мешком по голове дали…
— Что опять? — насторожился Марат, прекрасно зная, что такие признания от брата — редкость.
— Манечка беременна, — сквозь зубы проскрежетал Руслан. — И что теперь делать, не знаю!
— Какой срок?
— Пять недель, — скривился Руслан.
— Женись, — хмыкнул Марат.
— Да не хочу я! И ребенка этого не хочу! — вскрикнув, Русик зашагал по комнате. — Я предупреждал ее!
— И что теперь?
— Да ничего! Уйти она хотела! Я не позволил. Квартиру ей куплю, ребенка содержать буду. Но на большее пусть не рассчитывает! Я не способен!
— Я и этого от тебя не ожидал, — скривился Марат, а потом добавил мечтательно: —Но залети Катя, я бы считал себя самым счастливым человеком на планете.
Руслан раздраженно замахал руками, явно протестуя против женитьбы, детей и Кати Наумовой, а Марат, когда все улеглись, мрачно уставился в окно. Невидящим взором полоснул по предрассветному небу и аж застыл, пытаясь понять, кто же все-таки следит за Катериной.
Глава 14
Похороны Витали много времени не заняли, но когда через день Марат явился в офис, пряча за хамелеонами красные белки глаз, то все данные с камер наблюдения оказались кем— то уничтожены.
– Это банда Наумовой, — тяжело вздохнул Буров и уставился на Алтаева немигающим взглядом.
– Ага, — кивнул Марат. — Происки империалистов и тлетворное влияние Запада, — криво усмехнулся он, а потом рыкнул не сдерживаясь: — Какие сторонники, Сергей Петрович? Что вы из меня петрушку делаете? Мне и так все ясно. Вы и ваша жена. Других причастных нет.
– Это еще нужно доказать, — надулся Буров. — Я не позволю…
– Да понятное дело, — поморщился Марат. — Пропавшие деньги списывайте себе на выбор прибыли. Больше мы с братом вам взять из кассы не разрешим. С сегодняшнего дня все финансовые документы подписываю я лично. Без моей резолюции ни одна бумажка не действительна.
– Да, это правильно, — тут же согласился Буров. — Так мы скорее найдем вора…
– Я больше никого искать не собираюсь, — отрезал Алтаев, — разве что пособника черного пиара.
Он внимательно посмотрел на собеседника и снова поймал себя на мысли, что упускает что— то. Да и к Кате не мешало бы съездить. Уже три дня прошло, как они не встречались. Марат почувствовал неимоверную тоску, будто сто лет не видел Катерину. Не слышал ее веселый смех, не целовал, прижав к стеночке, не запускал пальцы в белесые пряди. Он уже решил, что в обед обязательно смотается к ней. Просто поговорить, посмотреть в родные глаза и чмокнуть в щеку. Но ближе к двенадцати кто— то слишком наглый и самоуверенный сделал все, чтобы Катя Наумова вычеркнула его из жизни. Раз и навсегда. Окончательно и бесповоротно.