Как соблазнить некроманта (СИ), стр. 26

Ник замер, я ощутила, как он приоткрывает рот, осторожно прикусывает мою губу, проводит языком, словно заново пробуя меня на вкус, а потом глухо стонет и попросту рвет сорочку.

Я нетерпеливо прижимаюсь к нему, с наслаждением ощущая его разгоряченную обнаженную кожу всем телом. Ник снова стонет, я чувствую его желание, и мне нравится быть причиной этого. Дейл отрывается от моих губ, чтобы покрыть жадными поцелуями шею, плечи, спуститься к груди. Когда он обводит языком мои соски, а потом легко прихватывает их зубами, стонать начинаю уже я. Ник осторожно опускает меня на кровать, прохлада простыни под спиной контрастирует с его горячими прикосновениями. Губы некроманта движутся по моему животу, а я выгибаюсь навстречу его ласкам, путаюсь пальцами в его шелковистых волосах. Ник раздвигает мне ноги, и я подаюсь вперед сильнее, с каким-то мучительным нетерпением ожидая ощущения его напряженной плоти внутри себя. Вместо этого его язык прикасается к чувствительному бугорку внизу, и я вскрикиваю от наслаждения. Ник продолжает ласкать меня, заставляя стонать в голос, до тех пор, пока меня не пронзает спазмом острого удовольствия.

— Мне нравится, как ты кричишь, — шепчет некромант, вновь целуя мою шею, и сжимая ставшую будто в несколько раз чувствительнее грудь. А потом наши тела становятся, наконец, единым целым.

Следовало признать, что с Виктором я не испытала и миллионной доли того, что почувствовала с Дейлом. Восхитительное ощущение такой долгожданной наполненности, вспышки яркого удовольствия от каждого движения его бедер. Кажется, я впилась ногтями ему в спину, просила еще и кричала его имя. А потом наслаждение стало нестерпимым, и я выгнулась, практически теряя сознание и одновременно ощущая, как Ник с глухим стоном изливается в меня.

«Надеюсь, ему хватило ума на противозачаточное заклятие», — молнией пронеслось у меня в голове, прежде чем я провалилась в сладкую полудрему.

На этот раз я спала крепко и без сновидений. Смутно помнила, как пришедший в себя Ник сперва осторожно отодвинулся, потом и вовсе ушел куда-то. Я не стала ни спрашивать, ни останавливать- страхи исчезли, будто растворившись в испытанном мной взрыве удовольствия, а в постели было так хорошо и уютно, что наличие или отсутствие в ней мужчины особой роли не играло.

Однако проснулась я утром все же в объятиях Дейла. Вернулся, надо же.

— Как спалось? — прошептал мне на ухо блудный некромант, прижимая меня к себе.

— М-м-м, — неопределенно ответила я. От шепота Ника по шее побежали мурашки. Я вспомнила, какими сладкими могут быть его губы, и подумала, что не против повторить все то, чем мы занимались ночью. В конце концов, раз уж мое падение состоялось, стоит получить от этого максимальное удовольствие.

— «М-м-м» — это плохо или хорошо? — озадачился тем временем Ник.

— Не знаю, — лукаво протянула я, поворачиваясь лицом к некроманту. — Но ты определенно можешь сделать лучше.

Темные глаза полыхнули огнем. Я уткнулась Нику в шею, вдыхая ставший таким привычным запах дерева и лимона с нотками мускуса, выдающими его желание. Поддавшись минутному искушению, легко поцеловала, а потом и провела языком по бьющейся жилке пульса, с удовольствием ощущая, как он откидывает голову назад, подставляясь под мои ласки. Что там Виржини говорила? Холодный? Чушь полная! Страсти в некроманте хватало с избытком, что он мне с энтузиазмом и продемонстрировал. Два раза.

— Нужно вставать, — я лежала на постели, откинув одеяло и позволяя утреннему воздуху охлаждать разгоряченную кожу. Ник, тоже обнаженный, лежал поперек кровати, положив голову затылком мне на живот, и щурился как довольный кот, когда я неспешно перебирала его волосы.

— Кому нужно? — голос некроманта был еще хриплым. — Мы можем не выходить отсюда, сколько захотим. Или у тебя срочные дела?

— Ну как минимум, я голодна, — заспорила я.

— Хорошо, — Ник перевернулся и внимательно посмотрел на меня. В темных глазах будто мерцали огоньки — Что ты хочешь?

— Что-то горячее и бессовестно жирное, — созналась я.

— Я умею жарить блинчики. Подойдет? Можем еще поискать сгущенку, Белла вроде покупала пару недель назад, и я точно пока ее не ел.

— Что? — не поверила я своим ушам. — Ты умеешь готовить?

Некромант, жарящий блинчики, в моей голове никак не укладывался.

— Ага, — Ник вернулся на прежнее место, поймал губам мою руку и как-то бесшабашно, счастливо улыбнулся. — Блинчики десяти сортов. Еще могу сделать потрясающую яичницу. И кофе варю.

— У меня уже слюнки текут, — капризно протянула я. — Почему ты еще здесь?

— Пойдем со мной, — вопреки своим словам, некромант не шевельнулся. — Будешь ассистировать. Правильно приготовить блинчики не так легко, как может показаться.

— Отлично, уже началась эксплуатация на кухне, — вздохнула я. — Что дальше? Заставишь мыть полы и и стирать твои носки?

— Только если ты сама захочешь, — уверил меня некромант. — Обычно эти почетные обязанности выполняет Летти. Уже познакомилась с ней?

— Нет, — я спихнула его на простыни. — Только слышала от Беллы.

— Она ни разу не приходила к тебе за все время? — изумился Ник. — Довольно странно, она любит гостей, тем более, ты — женщина…

— Я — девушка! — возмущенно пнула его я, надеясь спихнуть наглого некроманта на пол. Женщина! Еще бы бабушкой назвал.

— Что-то я не заметил этого качества ночью, — фыркнул Дейл.

От его неудачной шутки стало холодно. Я зябко поежилась, обхватила плечи руками. Прекрасная ночь, всем спасибо, все свободны. Не забывай, кто ты, Эванжелина, и кто он. Минутное развлечение не означает внезапно вспыхнувших чувств к тебе, чудес не бывает. Я сама попросила остаться со мной, он согласился. Как согласилось бы большинство мужчин.

— Эва? — и не подумавший падать с кровати некромант запрокинул голову, пытаясь поймать мой взгляд. — Что-то не так?

— Все отлично, — я встала, хотела было завернуться в простыню, но передумала: все равно он уже видел меня во всех подробностях — Спасибо за предложение блинчиков, но я, пожалуй, позавтракаю в чайной. Надеюсь, мою остальную одежду ты оставил в более нормальном состоянии, нежели эту? — я подняла разорванную сорочку.

— Я ничего не трогал, — уловивший смену моего настроения Дейл тоже встал с кровати. — Эва, что случилось? Я тебя чем-то обидел? Почему ты уходишь?

— Нет, не обидел, все в полном порядке, — я посмотрела на плечо, на котором от раны остался лишь розовый шрам, явно планирующий исчезнуть в самом ближайшем времени. — Надеюсь, я была достаточно благодарна за спасение своей жизни, — я все же рассудила, что голой по дому ходить не осмелюсь, и начала заворачиваться в небрежно брошенное на стул покрывало.

— Благодарность? — в голосе некроманта послышалась такая ярость, что я побоялась поворачиваться и смотреть на него. — Так это была благодарность?!

— Ну извини, я не так давно перестала быть девушкой, чтобы уметь что-то особенное, — пожала плечами я. — Надеюсь, это покроет мой долг — слышала, быть обязанной некроманту плохо для будущего.

Покрывало закончилось, и я смогла спокойно направиться к двери.

— Дрянь! — заорал вдруг Ник. — И часто ты так благодаришь?!

— К счастью, меня редко пытаются убить, — парировала я. — Так что для Вас, господин Дейл, это было в порядке большого исключения.

Я закрыла за собой дверь и выдохнула. Самое сложное, вроде бы, позади. Осталось собрать вещи и проваливать из этого проклятого дома, пока не стало слишком поздно.

В спальне послышалось яростное ругательство, что-то разбилось, а потом, судя по звуку, Ник врезал кулаком по стене. Я вздрогнула, но продолжила идти в свою комнату, отчаянно борясь с желанием вернуться, поцеловать наверняка разбитые в кровь костяшки и прошептать, что буду с ним до тех пор, пока он мне это позволит, независимо от его шрамов, дурацкого характера, мертвых слуг и опасностей, подстерегающих в его доме. Доигрывать надо было до конца, в том числе для самой себя, иначе я не смогу больше отрицать, что, похоже, влюбилась в него как полная дура.