Император двух Империй (СИ), стр. 76

После церемонии освещения будущей башни, ИХ ИМПЕРАТОРСКИЕ ВЕЛИЧЕСТВА собственноручно заложили первый камень в фундамент строительства высочайшей башни мира.

Стальная башня ажурной конструкции будет возвышаться над Москвой и всем миром, располагаясь на Воробьевых горах на живописном берегу Москвы-реки и будет предназначена для трансляции радиопередач на огромные пространства, надежно покрывая своим вещанием всю Европу, Азию, Африку и Северную Америку.

Выступая с приветственным словом, Е. И. В. ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР Высочайше объявил о начале проекта строительства Большой Москвы, которая органично объединит в своем составе историческую часть Первопрестольной и Новую Москву, которая должна явить собой самые современные и самые передовые идеи, архитектурные решения и новые взгляды на то, каким должен быть город в двадцатом веке.

«Большая Москва станет городом будущего!» Так сказал ГОСУДАРЬ.

* * *
Мы — всесильные титаны,
Непреклонные борцы,
Мы — циклоны, мы — вулканы,
Мы — бессмертные творцы…
Тёмный хаос победили,
Устремляя к солнцу взор,
Светом ярким озарили
Околдованный простор…
По узорам сонной пашни
Разбросали города,
Озаряем шпилем башни —
Лик Победного Труда…
Огнекрылости порыва,
Дерзость творческой мечты,
Достиженья Коллектива —
Беспредельной Высоты…
Наше гордое Творенье
Выше хмурых облаков,
Знак — Свободы, Единенья, —
Башня Радостных Веков… [35]
* * *

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. ИМПЕРАТОРСКАЯ УСАДЬБА «МАРФИНО». 24 августа (6 сентября) 1917 года.

Сегодня мы призрели протокол и оставили всяческие дела. Это завтра мы вновь будем Августейшей четой, завтра вновь обрушатся на нас государственные дела и насущные проблемы, вновь будет война, будут терки в Поместном Соборе и на Съезде аграриев, будут дипломатические протоколы и прочие церемонии, даже Константинополь и тот будет там, в условном завтра.

Даже Георгий приедет завтра.

Не сегодня.

Не сегодня!

Я горячо целовал свою любимую женщину и наслаждался моментом счастья и покоя.

Сегодня наш день.

Ровно месяц со дня нашей безумной свадьбы здесь в Марфино. Разве могли мы сегодня сюда не приехать?

Пусть за стенами нашего мирка горят Лондон, Берлин и Вена, пусть сражаются в воздухе целые воздушные эскадры, пусть высадившиеся в Яффе войска генерала барона Врангеля входят в Иерусалим, пусть спорят аграрии и дерутся батюшки, пусть монархи мира собираются в Константинополь на нашу с Машей коронацию, но все это сегодня там, вне нашего мирка. Маленького, доброго и очень счастливого.

— Знаешь, солнышко мое, а я вновь чувствую то бесшабашное головокружение, как в тот день, когда мы ошалевшие вышли из вагона поезда.

Маша засмеялась.

— Да, я помню, как я переживала, что у меня распухли губы от твоих поцелуев!

— А потом?

— А потом я перестала переживать, вдруг почувствовав себя не принцессой, а просто влюбленной по уши девочкой, мечта которой вдруг сбылась. Даже не верится, что прошел целый месяц!

Киваю.

— Да. Целый месяц. Месяц полный всего.

Жена кивнула.

— О наших с тобой приключениях в этот месяц нужно фильм снимать или роман писать!

Обнимаю ее за плечи и прижимаю к себе.

— Я бы не стал этого исключать. Быть может кто-то про нас роман и напишет.

— Но только обязательно роман с продолжением!

— Да, любовь моя. Мы с тобой Высочайше повелим писателю продолжать. Ведь наша с тобой история не заканчивается, как и история новой России, и история всего нового мира, и…

Маша закрыла мне рот поцелуем.

— Меньше громких слов, любимый. Ты не на публике.

— Я люблю тебя.

— И я тебя. А наша история только начинается.

* * *

КОНЕЦ ШЕСТОЙ КНИГИ