Император двух Империй (СИ), стр. 2

— Думаю, что уже скоро.

— Что, Георг?

— Я говорю, что скоро уже. Слишком часто стали русские летать. Такое ощущение, что уточняют нашу позицию в Стении каждые два-три часа, специально прокладывая маршрут из Константинополя так, чтобы пролететь в виду бухты.

— Думаешь? Смысл какой? Бить линкорами со стороны Черного моря? Далеко слишком, разлет большой. Даже для новейших русских линкоров это предельная дистанция. Возможно один из ста снарядов накроет этот район, а все остальные попадут в молоко. К тому же побережье прикрыто береговыми батареями, и ты об этом прекрасно знаешь. Долго вести огонь у русских не получится, без риска получить серьезный ущерб для своих кораблей.

— Это, в теории, так, но батареи ведь эти османские.

— Согласен. Это самое тревожное обстоятельство в этом вопросе.

Аэроплан улетал в вечернее небо, унося с собой приятные впечатления и новые разведывательные сведения для своего командования. Наверняка, утром прилетят еще. У русских одних только авиаматок шесть штук в составе Черноморского флота, да гидропланов на них десятка четыре. Чего ж тут не летать?

А «Гебен» и «Бреслау» стоят тут у причальной стенки и не имеют даже угля для выхода в море. Лишь неприкосновенный запас позволяет поддерживать давление в системах корабля и обеспечивать возможность тушения пожаров на борту.

После того, как русские полностью отрезали поставки угля из портов Зонгулдак, Козлу, Эрегли и Килимли, весь османский флот и оба его германских корабля, оказались прикованными к месту, не имея возможности проводить операции. В этом году «Гебен» ни разу так и не поднял якорь. И перспектив, что уголь найдется, не было никаких. Выгребли все, что только возможно, и где только возможно. Пришлось даже вооружение отряды посылать.

Тщетно. Все тщетно!

Полная безнадежность!

Да, удача отвернулась от Центральных держав. А сколько было радости и оптимизма, когда пришло известие о том, что в России сменился Царь! Впрочем, поначалу была даже надежда, что монархия вообще не удержится и обширного восточного врага поглотит пучина революции, но и даже смена Николая Второго на Михаила Второго устроила многих в Берлине. Что может быть лучше, чем слабый, легко поддающийся чужому влиянию, недалекий правитель, который стоит во главе воющей державы?

Причем, первые шаги нового русского Царя лишь усилили оптимизм. Провозглашение им той совершеннейшей по идиотизму инициативы «Сто дней для мира», как казалось, забивало гвоздь в крышку гроба Антанты. Еще бы! Германия, воспользовавшись русской промашкой, смогла тут же перебросить массу высвободившихся войск на Западный фронт и почти опрокинуть Францию, которая к тому же погрузилась в свою собственную революцию. Да и Британия оказалась слишком занята в Ирландии и Индии, чтобы всерьез помочь французам.

Ну, и, что теперь? Какой Германии сейчас толк от волнений в Индии и от фактически уже независимой Ирландии? Какой толк от того, что рухнула Эйфелева башня и сгорел Нотр-Дам, а сам Париж превращен в груды битого кирпича? Сил на решительную победу нет. Надежды на то, что Франция запросит мира, не оправдались. Франция, при поддержке русских, итальянских, британских, португальских и испанских войск устояла, а генерал Петен, взяв крепость Ла-Рошель, поставил точку в очередной французской революции.

Пожалуй, потопление германской подлодкой лайнера «Левиафан» с дивизией американского Экспедиционного корпуса, вероятно, было последней удачей Германии и ее союзников. Да, американцы потеряли за раз целую дивизию и пока не смогли отправить через Атлантику ни одной новой. Да, войск США в Европе так и нет. Но, что такое одна дивизия, если военные грузы и техника бесконечным потоком идут в порты Франции, Британии, Испании, Италии и России? И это уж, не говоря о щедрых кредитах, которые предоставляет Вашингтон своим союзникам.

Окончательно Рихарду Аккерману все стало ясно, когда пришло известие о перевороте в Болгарии и о переходе этой страны в стан противников. Это, если и не ставило точку в войне, то самым решительным образом ухудшало общее положение, а участь Османской империи после этого была предрешена…

— Адмирал на мостике!

Стрекоза порхнула крыльями и улетела, а капитаны крейсеров повернулись, приветствуя своего адмирала.

После того, как все формальности и доклады были окончены, Вильгельм Сушон распорядился:

— Рихард. Георг. Через четверть часа я жду вас обоих в своей каюте.

* * *

ОТ РОССИЙСКОГО ИНФОРМБЮРО. Сводка за 5 (18) августа 1917 года.

За истекшие сутки наши доблестные воины продолжали наступать силами Юго-Западного, Румынского, Балканского, Южного и Кавказского фронтов.

Так, войска 8-го корпуса, под командованием генерал-лейтенанта Деникина в результате блестяще проведенной операции освободили от австро-венгерских захватчиков румынский город Плоешти. Король Румынии Фердинанд I, за вклад корпуса в освобождение Бухареста и за героизм при освобождении города Плоешти, пожаловал генералу Деникину орден Михая Храброго II степени.

На Кавказском фронте войска под командованием Генерала Империи Юденича взяли штурмом города Огнот и Муш.

Балканский фронт одержал очередную громкую победу, взяв под свой контроль важнейший пункт региона — город Скопье.

Итальянские войска продолжают штурм Полы — главной военно-морской базы Австро-Венгрии.

Южный фронт Генерала Империи Брусилова сжимает тиски на горле Оттоманской империи. Наши войска, совместно с нашими болгарскими союзниками, уверены — битва за Проливы начнется в ближайшие дни.

* * *

КРЫМ. ДВОРЕЦ «МЕЛЛАС». ИМПЕРАТОРСКИЙ КОМАНДНЫЙ ПУНКТ. 5 (18) августа 1917 года.

— Хорошо, Василий Васильевич. Еще раз пробежим по списку. «Восточный купец»?

— Генерал Слащев подтвердил готовность к началу операции, Государь. Отряды Сил специальных операций вышли на исходные позиции и ждут сигнала с гидроплана. Агентура в Константинополе продолжает подрывную работу.

— «Штиль»?

— Генерал Кованько подтверждает. 1-я Особая воздушная дивизия готова выполнить приказ.

— «Точка»?

— Генерал Шидловский подтверждает. 1-я Особая Императорской Фамилии дальнебомбардировочная дивизия ждет сигнала.

— «Новый год»?

— Генерал Каледин подтверждает. 1-я конная армия выдвинута на участок прорыва.

— Флот?

— Адмирал Колчак подтверждает. Корабли Черноморского флота вышли в указанные планом операции районы. Черноморские и балтийские сводные отряды морской пехоты готовы к десантированию. Отдельная Черноморская морская дивизия генерала Свечина находится в суточной готовности к десанту. Авиаматки Черноморского флота имеют полный комплект исправных гидропланов.

— Брусилов?

— Подтверждает готовность всех союзных армий Южного фронта к началу наступления.

— Ставка?

— Главковерх Действующей армии генерал Гурко сообщает о полной готовности к проведению операции. Таким образом, Ваше Императорское Величество, от всех исполнителей операции «Возмездие» получено подтверждение. Каждый элемент этой операции проработан и согласован. Часы сверены. Метеорологи дают благоприятный прогноз на ближайшие два дня.

— Есть свежие сведения об обстановке в городе?

— Город близок к панике, Государь. Люди генерала Слащева хорошо сделали свою работу, а прилеты одиночных гидропланов с листовками рождают буквально волны ужаса. Хочу заметить, что идея генерала Слащева о сбросе вместе с листовками по одной бомбе за визит, дала просто поразительный психологический эффект. Одни с напряжением смотрят в небо, другие в панике разбегаются, едва заслышав звук мотора в небе.

— Турки больше не пытаются сбить гидроплан?

— Нет, Государь. Прошлый раз это вызвало в городе колоссальную панику и несколько человек даже затоптали в толпе. Так что теперь аэропланы летают без помех.

— Хорошо. Что сообщает Кутепов?

— Генерал Кутепов сообщает, что в обеих столицах гарнизон приведен в полную боеготовность и они готовы к любым неожиданностям, но пока, слава Богу, все в порядке и никаких явных признаков внутренней смуты не наблюдается. Все явно затаились и ждут, чем все закончится. Это же подтверждает МВД, Имперское СБ и Отдельный Корпус жандармов. Министерство информации господина Суворина полностью контролирует ситуацию в прессе и готово к началу кампании.