Принц по ГОСТу (СИ), стр. 94
— Прощай, — пошевелила губами я, чувствуя, как меня оборачивает в покрывало тьма, и сквозь нее я слышу первые удары его сердца, чувствуя. Оно снова бьется! Мою душу переполняет безграничное счастье. Я чувствовала, как он сжимал меня в объятиях, но уже ничего не видела.
В кромешной темноте передо мной вспыхнуло зеркало, а на ухо послышался женский шепот:
— Не плачь, сестричка… — меня нежно погладили по плечам. — Теперь ты не одна… Теперь ты с нами…
— И мы можем вернуть тебя к жизни, — послышался еще один голос из темноты.
— Мы — это кто? — устало спросила я, глядя на мутный туман огромного зеркала, словно подвешенного во тьме.
— Твои предшественницы. Сила Вороньей Королевы не только в ее армии. Сила ее в том, что те, кто были до нее, помогают ей во всем… Я подсказала тебе последнее заклинание… — слышались голоса. — А я рассказала про проклятье… Мы все старались тебе помочь… Мы тоже когда-то любили… Нам не нужна была власть… Мы готовы были жизни отдать за наших принцев… Но нас предали, растоптали, бросили… Мы гнили в темницах, потому что оказались просто надоевшими игрушками… Мы отомстили принцам… Но ненависть никуда не ушла… Раньше мы ненавидели человека, а когда его не стало — продолжали ненавидеть и истреблять память о нем… Мы разрушали города, губили династии, упивались мучениями и не могли насытиться местью… А потом оказывались здесь… И нет нам покоя…
Я обернулась и увидела их. Те самые девушки в черных платьях смотрели на меня, а по их щекам текли слезы.
— Она попросила помочь тебе… Мы помогли… И поможем еще раз, — прошептала та самая, не сказочная Золушка. — В наших силах вернуть тебя к жизни… Но только при одном условии… Если он любит тебя… Если он действительно, искренне тебя любит…
Зеркало прояснилось, а я видела склеп, себя в его объятиях, чувствуя, как сжимается мое горло. Любимый задыхался, с ужасом глядя на мои искалеченные руки. Он целовал мое лицо, что-то шептал, прижимал мою голову к груди и баюкал, как младенца…
— Я их всех поубиваю! Я же сказал! Зачем? — кричал любимый, а потом переходил на шепот, прижимая мое тело к груди и гладя мои неровно остриженные и спутанные волосы. — Пожалуйста… Прошу тебя… Вернись… Умоляю… Не отдам… Никому не отдам… У меня ее никто не отнимет… Никто… Больше никто… И никогда… Зачем ты обрекаешь меня на такую жизнь? Как ты посмела вообще сюда явиться?
Я стояла и сквозь слезы смотрела на свое бледное лицо и безвольную, поникшую руку, с которой каплями стекала кровь. «Он любит! - послышался чей-то голос. — Он ее действительно любит так, как никогда не любили нас!».
— Пусть помучается немножко, чтобы ценил… Ну что ж, девочки. Давайте, я буду первой! — прошептала Золушка, обнимая меня. Ее голос дрогнул. — У тебя будет самое красивое белоснежное платье. Мир еще никогда не видел такой красоты. И венок из белых цветов… Ты будешь самой красивой невестой… Я когда-то мечтала об этом, и сделаю так, чтобы моя мечта сбылась у тебя!
Я вытерла слезы и обняла ее, как родную, гладя по волосам и роняя слезы на ее плечо.
— Я прошу тебя, не надо плакать, иначе я буду плакать тоже! И тогда заклинание может не сработать, — сквозь слезы прошептала брюнетка, прижимая меня к себе и целуя в лоб, пока я ломала губы, чтобы не разреветься. — У тебя будет двое детей. Мальчик и девочка… Мальчик будет старше на три года… А у девочки будут папины глаза… Я всегда мечтала об этом, и хочу, чтобы моя мечта сбылась у тебя!
Мои руки гладили черные, роскошные волосы, а я чувствовала, как улыбаюсь сквозь слезы.
— Все будет хорошо, — шептала мне девушка с длинными рыжими волосами, улыбаясь и стирая слезинку. — Не плачь, дорогая… Такой красивой свадьбы, как у вас, в этом мире никогда не видели, и не увидят! Ты будешь самой счастливой невестой. К алтарю он будет нести тебя на руках… Вопреки всем традициям!
Они обнимали меня, а я смотрела на них, чувствуя такую признательность и благодарность, от которой сердце разрывалось на части. Может, ненависть когда-то и ослепила их, выжгла дотла, но где-то в потаенных уголках души остались вера, любовь и сострадание. Может, когда-то они и были теми ведьмами, злыми мачехами, но сейчас в них не было ненависти и злобы. Сейчас они были теми юными девушками, однажды поднявшими робкий взгляд на принца, понимая, что готовы любить его всю жизнь, доверчиво вложив руку в его раскрытую ладонь.
— Ты будешь просыпаться от поцелуя, — шептали мне на ухо, гладя меня по волосам и утешая. — И каждый твой день будет наполнен радостью и счастьем… Вы будете жить долго и счастливо, и умрете в один день… Все как в настоящей сказке…
— Спасибо, — прошептала я, опасливо поглядывая в сторону зеркала. Кто-то решительно настроен разнести замок к чертям… Пока мое тело несли наверх, я видела что наш дружный коллектив выжил в полном составе, хотя выглядит не самым лучшим образом. И если я сейчас не вернусь, то все дружно попадут под сокращение. И, судя по взгляду хозяина, поголовья… Подземелье было разрушено, а мое тело несли вверх по ступеням.
— Девочки, я, конечно, все понимаю, но он сейчас замок разнесет! — занервничала я, а мне протянули розу. Стоило мне только взять ее в руку, как я почувствовала тяжесть ноющего тела, боль в руках и чувство, будто все кошки королевства нагадили мне в рот. Мои глаза с трудом разлепились, я уже предвкушала нежный поцелуй, как вдруг…
— Да как ты могла!!! — обрушился на меня любимый, а мне очень захотелось прикинуться дохлой, потому что выглядел он ужасно. Разбитая мебель, растрепанные волосы, окровавленная одежда. Меня бы устроила скромная мемориальная табличка за особые заслуги, но его испепеляющий взгляд настаивал на урне с прахом.
— Я нес мертвую на своих руках!!! — в стену ударило заклинание, оставляя внушительную трещину. — Всю в крови!!! В крови!!!
— Для покойницы я еще очень даже неплохо сохранилась! — простонала я, чувствуя, как ломит мое несчастное тело, когда я попыталась сесть. — Ладно, если ты не рад, то я пойду, наверное…
— Куда?!! — дверь тут же захлопнулась. Тонкий намек меня сразу насторожил. — Ты…
Я видела, как он подходил все ближе, до конца не веря своим глазам.
— Никуда… — он смотрел на меня так, словно сейчас собственноручно растерзает. После того, что сегодня удалось пережить, вряд ли я сумею далеко убежать.
Но несмотря на ломоту в теле, я все еще мужественно пыталась встать. Кто-то, значит, неплохо выспался за энное количество веков, а сейчас полон энергии и сил… В отличие от меня. Так нечестно!
— Не пойдешь! — я почувствовала, как меня прижимают к себе, начиная целовать так, что Спящая Красавица на моем месте еще долго имитировала глубокий сон, чтобы потом как бы невзначай шепнуть, мол, не останавливайся, дорогой!
— Я с тобой не разговариваю! — категорично вынесли мне вердикт, ощупывая меня и прижимая к себе до хруста ребрышек.
— Ага, — сдавленно прошептала я, счастливо улыбаясь и прижимая его к себе. — Можешь и дальше писать на стенках! Желательно что-нибудь не очень цензурное!
И тут на меня действительно обиделись, причем так сильно, что мне даже понравилось. Почаще бы так на меня обижались…
— Кстати, — поинтересовалась я, протягивая расцарапанную руку к зеркалу. — Ты имя свое вспомнил?
Любимый застыл на месте, странно глядя на меня. Вопрос застал его врасплох.
«Велирион» — выдало мне зеркало, даже не дожидаясь моего вопроса. Хм…
— Это точно не заклинание? Это можно произносить вслух? — на всякий случай уточнила я, не показывая имя и прижимая зеркало к груди. Нет, оно действительно интересное. Правда, я ожидала чего-то другого. Фердинанд, например! А что? Очень популярное имя!
— И как же меня зовут? — послышалось, когда я начала отползать подальше, слегка улыбаясь и пряча на груди ответ.
— А кто это на меня обиделся? Кто это со мной не разговаривает? — улыбалась я, а потом показывая ответ, а следом язык.
— Велирион… Вель… Я почти ничего не помню… Помню, кем был, помню, как уснул… Тот день я помню в деталях… Помню розу…, - на снова странно посмотрели, задумчиво, пробуя имя на вкус. — Да… Кажется, вспоминаю…