Снежная Золушка (СИ), стр. 19

— Нет, не нажилась! — возразила я, усаживаясь на постели. — И они меня тоже не выгнали. Марго… — Слова давались с трудом — очень тяжело было переступить через себя и обратиться к ней с просьбой, но все же я решилась. Вкратце рассказала ей про намеченный на послезавтра поединок и про Олли, которого в случае отцовской неудачи ничего хорошего не ждет.

— А от меня ты чего хочешь? — чуть нахмурилась ведьма, перестав язвить. В эти моменты она походила на обычную женщину. Красивую, серьезную, умную, а не на магически одаренную гадину с арсеналом колдовских пакостей.

— Оберег для Арво, — призналась еле слышно. — Такой, чтобы от всех бед защитил. Или можно порчу какую-нибудь на альда Ларго наслать. Неопасную. Вроде головной боли или расстройства желудка, чтобы он на бой не смог прийти.

— Второе вряд ли поможет, лишь отсрочит неизбежное. Разве что градоправитель твой кони двинет… случайно… Хочешь? — поинтересовалась Марго, провокационно улыбаясь.

— Нет, — мотнула головой я. Может, этот лис и сволочь, но смерти ему я точно не желала. Пока что.

— Эх ты… жестче надо быть! С лисами жить — по-лисьи… что они там делают? Тявкают?

— Фыркают, — буркнула я, по-прежнему не желая никого убивать. Особенно руками мачехи. Да и она, подозреваю, делать это даже не собиралась, просто подначивала меня, побуждая на скверные мысли и на не менее скверные поступки. В этом вся Марго! Ведьма черная!

— Над оберегом, так и быть, подумаю, — вернулась к деловому разговору она. — Но не бесплатно, ты же понимаешь.

Я со вздохом кивнула. Хотя мачеха и не озвучила цену, догадаться о том, что она потребует за работу, было несложно.

— Еще хотела попросить… — начала я, кусая губы, — раз уж продавать себя в супружеское рабство, то с наибольшей выгодой! — Если вдруг все сложится плохо, ты сможешь забрать меня домой… вместе с Олли?

— Что такое, Анабель? Материнский инстинкт взыграл? Тоже решила мачехой стать? Поверь — неблагодарное это занятие! По опыту говорю! — Яблоко было в мой огород, и я не нашлась, что ответить. Мне ведьма не нравилась, я ей — тоже. Так и жили, как кошка с собакой, пока я не очутилась у альдов. Забавно, но за последние сутки мы второй раз с ней общались, причем относительно мирно. А год прожив под одной крышей, только грызлись и пакостили друг другу. — Как ты жениху хвостатого ребятенка представлять будешь? На каникулах в другом мире нагуляла?

— Марго!

— Ладно, подумаю и над этим тоже, но… — Она прищурилась, прожигая меня взглядом. — Вернувшись, ты сразу же примешь предложение его светлости, и мы сыграем наконец эту проклятую свадьбу! — выдала мачеха с раздражением, будто мой скорый брак с герцогом ее больше тяготил, нежели радовал. — Согласна?

— А других вариантов нет? — спросила я с надеждой.

— А надо, да? — усмехнулась Марго, наслаждаясь моими страданиями. — Не я перед старым бабником хвостом на королевском балу крутила. Скромнее следовало быть, деточка! Не строила бы ты из себя деловую и самостоятельную, глядишь, он и на другую леди глаз бы положил. А так…

— Значит, без вариантов, — окончательно поникла я, понимая, что от свадьбы мне не отвертеться. — Иссу Аарадо же предсказал.

— Ладно, есть еще один, — сжалилась ведьма.

— Какой? — оживилась я.

— Ты навсегда останешься у альдов, а мы с твоим отцом объявим тебя официально погибшей. Опознаем какой-нибудь бесхозный труп — и дело с концом. Это спасет нас от гнева короля, а тебя — от брака с его дядей. Навещать будем, помогать тоже… возможно… посмотрим на твое поведение. Но сама ты домой уже не вернешься. Никогда! Я наложу на тебя заклятие, блокирующее переход в наш мир, чтобы никто и никогда не смог обвинить графа Дорина во лжи. Подумай об этом. Подумай хорошенько, Белла! — проговорила она без тени издевки. — Потому что этот вариант избавит тебя не только от неугодного жениха, но и от богатой, сытой жизни, полной пышных балов и прочих столь милых женскому сердцу развлечений. И да… забрать тебя с лисенком в случае беды я тоже уже не смогу. Выбор за тобой, деточка. Герцог и все его богатства здесь, свобода и нищета там. Когда примешь ПРАВИЛЬНОЕ решение, позови, — сказала она и исчезла.

— Вовсе не нищета тут! — буркнула я, потому что обидно стало за лисов. Может, Арво с Олисом и не принцы во дворце, но и не бедные горожане тоже. Только ведь все это: дом, достаток, репутация… принадлежит им, а я в Альдъере чужачка, как верно заметил Ларго, и если мой альд меня выгонит…

Думать о подобном раскладе не хотелось. А вот о том, стоит ли ведьмовской оберег таких жертв — очень даже. Может, Арво и сам с градоправителем справится? Зачем я в их разборки лезу? Минут пять я все мысленно взвешивала, глядя на свою кислую физиономию в зеркале. Потом решительно поднялась, спрятала зачарованный предмет под подушку и осторожно, чтобы не разбудить Олли, спустилась по узенькой лесенке на второй этаж, где находились комнаты папы-лиса, его сына и третья… видимо, покои умершей жены Арво. Толком не постучав, потому что по-прежнему боялась побеспокоить спящего по соседству малыша, я вошла к его отцу. О сне Арво (и не только о сне) почему-то не позаботилась, нагло вломившись в его опочивальню. А стоило!

Света здесь было мало — лисы и в темноте неплохо видели, но и огонька одинокой свечи, стоявшей на столе, мне хватило, чтобы рассмотреть спину раздетого по пояс мужчины. Судя по валявшейся на кровати сорочке, застала я его за переодеванием. Краска моментально затопила лицо, растеклась по шее, зажгла кончики торчавших из-под волос ушей. Мне так много хотелось ему сказать, поделиться своими идеями, посоветоваться, когда кралась сюда, как воровка, на ощупь, но слова застряли в горле.

Я замерла на пороге, жадно вглядываясь в причудливый узор на лопатках альда. Он ажурными темными крыльями расходился в стороны от белой полоски шерсти, поднимавшейся от хвоста вверх по позвоночнику до самого затылка. Широкие плечи, мускулистые руки, узкие бедра… может, Арво и оборотень, но ведь и мужчина тоже! Почему я не дождалась утра, а пришла к нему сейчас? Разве леди так поступают?

— Что опять стряслось, неугомонная ты моя? — устало спросил альд, натягивая через голову домашнюю рубаху.

Жаль! Я бы с удовольствием еще полюбовалась… на узор его, конечно! Исключительно на него.

— Я… мне…

— Не спится? — предположил Арво, кивнув на кресло-качалку. Большое, удобное, с широкими подлокотниками и высокой спинкой — сделано под его размер и, подозреваю, его же руками. — Может, и тебя водой с медом напоить? С капелькой сонного зелья Ирмы. Лучшее средство от бессонницы.

— Арво, нам надо поговорить! — выдавила я наконец, присаживаясь в кресло. На самый краешек. Оно качнулось от моего веса, и я едва с него не слетела.

— Елы-палы, Белла! — услышала любимую фразочку лиса, когда он пододвинул меня ближе к себе вместе с креслом. — Что ж ты такая…

— Какая?

— Неприспособленная, — выдал он. — Дома, поди, пылинки с тебя сдували? — сказал, усмехнувшись. Невесело вышло, совсем. — А к неженатым мужчинам по ночам, прежде чем заходить, стучаться так и не научили.

— Я… я по делу! Важному! — сообщила в свое оправдание, чувствуя, что краснею еще сильнее, хотя это было и сложно. Следовало срочно выложить то, из-за чего, собственно, и явилась, но вместо рассказа о предложении Марго с губ слетело: — А почему ты не женат?

Действительно, почему? Молодой здоровый мужчина с ребенком на руках… женщина в доме им точно не помешала бы. Что, если альды женятся только раз в жизни? Вдруг Кэйса была его единственной любовью, истинной парой, и никакая другая ему больше не нужна? Стало неприятно и грустно. Наверное, из-за моей затеи со сводничеством, которая в таком случае пойдет к бесам на закуску. А я ведь уже пообещала Олли, что найду ему подходящую маму. Получается, солгала?

— Это и есть твое важное дело, Белочка? — вскинул бровь Арво, насмешливо глядя на меня. — Я заинтригован.