Огонь без дыма, стр. 29

— Прости, дружище, но я должен был выяснить, что тебя так привлекло в Альберте, — без малейшего сожаления в голосе сказал Тегрей. — И я выяснил. Неужели тебя не удивило, что зов Альберты о помощи преодолел столь большое расстояние?

Томас приподнялся с кресла. В его лице, казалось, не осталось ни кровинки. Лицо вмиг осунулось, скулы заострились до невозможности.

Я была уверена, что Томас сейчас накинется на Тегрея. Забудет свою клятву и хорошенько наваляет этому негодяю королевской крови. Более того, я даже хотела этого. Пусть он заставит его замолчать!

Но Томас каким-то немыслимым усилием воли остался стоять на месте, так крепко сжав губы, что они превратились в две тонкие бескровные линии.

— Не беспокойся, я действовал очень мягко и практически целомудренно, — заверил его Тегрей. — Почти невесомый поцелуй. Но итог его меня поразил. Я ощутил такой прилив энергии, что, казалось, был готов перевернуть весь мир. К сожалению, это ошеломило меня настолько, что я на какой-то миг потерял контроль над действиями Альберты. Поэтому, собственно, она и сумела докричаться до тебя.

— И какое отношение все это имеет к поискам принца Эдриана? — с недоумением спросил Велдон. — Томас уже попытался воспользоваться этой способностью Альберты, когда мы брали след. Но…

— Так называемые резонаторы на каждого мага влияют по-разному, — чуть повысил голос Тегрей, не дав ему договорить. — Видимо, из-за индивидуального ритма пульсации аур и степени совпадения этого биения. Для кого-то эффект будет практически незаметен. Для кого-то он будет выражен отчетливее. Ну а кто-то на короткий миг станет практически всемогущим. Так вот, Томас. Я отношусь к числу последних. Альберта — идеальный резонатор для меня. Никакая защита не устоит, если я повторю свой опыт с ней.

Я приоткрыла рот от немого возмущения.

Увы, мне не надо было гадать, о чем говорит Тегрей. Он выразился более чем ясно и понятно. Мол, любезный мой Томас, дай мне еще раз поцеловать твою невесту — и укрытие принца будет обнаружено.

Чудовищно циничное предложение! Так говорить обо мне, как будто я не человек, а какая-то вещь. Особо ценный амулет, помогающий магу в его работе.

Хотя… Как ни печально осознавать, но это, скорее всего, так и есть. Для Тегрея я не личность. Ему плевать на мои мысли и желания. Сейчас я для него лишь способ достижения цели.

Я надеялась, что вот-вот Томас взорвется криком. Ринется на Тегрея, сметая все на своем пути. Однако медленно утекали секунды, складываясь в минуты безмолвия. И ничего не происходило. Томас стоял бледный и удивительно сосредоточенный. Неужели он всерьез обдумывает предложение герцога?

— Вы это всерьез? — первым не выдержал Велдон. — Ваше высочество, это… Это просто глупо, уж простите за бестактность. С чего вы решили, что Альберта не является таким же идеальным резонатором для Томаса? По крайней мере, возможности у него возрастают многократно. Но даже это не помогло нам в поисках.

Тегрей недовольно дернул щекой, как будто прогонял невидимого комара. Язвительно улыбнулся и проговорил:

— Зачем гадать? Давайте спросим у самой Альберты. Когда она испытывала наибольший прилив сил? Во время поцелуев с Томасом или же со мной? Только она знает точный ответ на этот вопрос.

Я поежилась под перекрестием сразу трех взглядов: торжествующего — Тегрея, отстраненного — Томаса и сочувствующего — Велдона.

Щеки опять потеплели от смущения. Стало жарко и тяжело дышать.

— Ну же, — приободрил меня Тегрей. — Дорогая моя, не смотри на меня как кролик на голодного удава. Право слово, я ведь тебя не насиловать на глазах у всех собрался. И помни, как многое сейчас зависит от твоей честности. Как верно сказал Томас: больше зацепок у нас пока нет. Моему брату осталось всего несколько часов жизни.

— Тогда почему бы вам не объявить полномасштабные поиски? — пожалуй, даже слишком резко спросила я. — Почему к расследованию столь серьезного дела вы привлекли только Томаса, а не всю Тайную Канцелярию?

— Потому что, — оборвал меня Тегрей, — в Томасе, несмотря на все наши бывшие, настоящие и будущие разногласия, я уверен. В остальных — ни капли. Если общественности станет известно, что король при смерти, а наследник престола таинственно исчез, то начнется такая паника, что страшно себе даже представить. Нельзя этого допустить. И я знаю, что если кто-нибудь в Альмионе и способен отыскать преступников — то только Томас. Он гений в своем деле. — Хмыкнул и негромко добавил: — Пусть и воспитания ему не хватает.

Я умоляюще посмотрела на Томаса, который задумчиво тер подбородок. Ну пожалуйста, откажись. Скажи Тегрею, что его идея — полный бред. Нахами ему, оскорби по своему обыкновению. Тресни как следует. Только не поступай так со мной.

— Тегрей задал тебе вопрос, Альберта, — сухо напомнил Томас. — Ответь на него.

У меня словно оборвалось что-то внутри после этих слов Томаса. Глаза защипало от подступивших слез, губы задрожали, и я опустила голову, пытаясь спрятать свои разочарование и обиду.

— Альберта, — с обманчивой мягкостью прошелестел Тегрей, — у нас очень мало времени. Так для кого ты лучший резонатор? Для меня или для Томаса?

— Для вас, — негромко проговорила я, стараясь не расплакаться.

Признание больно оцарапало горло, и я тут же замолчала.

Да и что еще говорить? Все уже сказано.

— Все равно это бред! — гневно воскликнул Велдон и встал так, чтобы оказаться между мной и Тегреем. С возмущением продолжил: — Пусть даже Альберта для вас превосходный резонатор. Но это не означает, что вы сумеете отыскать Эдриана таким способом. Одна попытка у вас уже была. Что же вы ею не воспользовались?

О Велдон! О мой добрый верный друг! Как я тебе благодарна! Хоть кто-то пришел ко мне на выручку.

— Признаюсь честно, я был слишком ошеломлен навалившейся на меня энергией, — холодно произнес Тегрей. — Я не знал, что произойдет, когда поцеловал Альберту. Поэтому это стало для меня полнейшей неожиданностью. Я растерялся. А потом она стала звать на помощь — и мне окончательно стало не до того. На сей раз я буду готов и не стану тратить и крупицы сил понапрасну.

— Томас! — воззвал Велдон. — Ну хоть ты останови это безумие! Альберта — твоя невеста! Неужели ты так спокойно будешь наблюдать за всем этим безобразием?

Томас молчал. И это было красноречивей любых слов.

— Томас! — отчаянно взвыл Велдон, пытаясь достучаться до здравого смысла товарища. — Да что ты, в самом деле! А если это не сработает? Позволишь Тегрею продолжить эксперименты? Все мы прекрасно знаем, что чем сильнее физический контакт между магом и резонатором — тем больше доступ энергии. Что же будет дальше? Своими руками уложишь Альберту в его постель? Должен быть другой способ!

— Не нагнетай, — вдруг услышала я усталое. — Пока ни о чем подобном речи не идет. Пусть Тегрей попробует. Если не сработает — будем думать дальше.

Мое сердце после этого ухнуло в пятки. Я с такой силой стиснула челюсти, что они неприятно заныли.

Хотелось разрыдаться в полный голос. Вскочить на ноги, расколотить о голову Томаса пару бутылок вина. А потом выбежать отсюда — и никогда больше не возвращаться.

— Я набью тебе морду, если ты позволишь подобное, — сурово предупредил Велдон. — Томас, это слишком даже для тебя. Подумай, как потом ты будешь смотреть в глаза Альберте.

— Не переживай, я сам набью себе морду после того, как все закончится, — с кривой ухмылкой заверил его Томас. — Увы, Велдон, Тегрей прав, хоть мне и неприятно это говорить. Нам необходимо найти Эдриана. И пока это единственный способ, который может сработать. Если у тебя есть предложение лучше — выкладывай. Только поторопись.

Велдон растерянно обернулся ко мне. Он выглядел сейчас так, как будто сам был готов расплакаться.

— Да что вы такую трагедию устраиваете из-за обычного поцелуя? — Тегрей раздраженно хмыкнул. — Тоже мне, нашли из-за чего переживать! А теперь позвольте мне все-таки осуществить задуманное. Хватит переливать из пустого в порожнее.